Чтение онлайн

Я наконец позвонила родителям. После часа, в течение которого отец орал на меня, он передал трубку матери.

Это был ад, но мне удалось выложить свои аргументы, и вскоре я стала получать гневные сообщения от сестры. Видимо, они вынесли ей мозг после разговора со мной. Не могу сказать, что не улыбнулась, читая ее хреновые оправдания.

Бен присел рядом со мной на диван, когда группа заканчивала свой последний сет. Рид всё еще возился с одним ритмичным переходом, который он отрабатывал для новой песни.

— В чем дело, красотка? Кому это ты пишешь?

— Не Лекси, — ответила я с ухмылкой.

Он ухмыльнулся в ответ и наклонился ближе.

— В последнее время он меньше ворчит.

— Ручаюсь, что это не так.

Мы оба рассмеялись.

— Я, блять, это услышал, — донесся голос Рида с его установки, и его взгляд наконец встретился с моим.

— Вы двое, только посмотрите на себя. Какая прелесть, — Бен ни капли не смутился грозным тоном Рида. — Я предрекаю вам светлое будущее, детки.

Рид сжал губы, пока я упрямо смотрела куда угодно, только не на него. Он снова начал отбивать свой ритм, а я наклонилась к Бену, чтобы прошептать:

— Мы просто застряли вместе.

— Пейдж всё еще достает вас? — спросил Бен. — Не круто.

— Такое чувство, будто я пришла и всё испортила, — тихо сказала я, так, чтобы слышал только он.

Он кивнул, а затем продемонстрировал мне свою ослепительно белую-ни единой пломбы- улыбку.

— Могло быть и хуже. Ты могла бы спать с Раем.

Он кивнул в его сторону. Рай яростно «рвал» аккорды, толкая бедрами, словно трахал воздух. Мы оба прыснули со смеху, когда Бен притянул меня к себе.

— Его бывшая, Лия… я ненавидел ее, — прошептал он. — То есть я, блядь, реально ненавидел ее. Она была токсичной и вечно включала жертву. Всегда всё крутилось вокруг неё. Всегда. Думаю, ты хорошо влияешь на него. Та авария — это ее вина.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я знаю ее. И он на это намекал, но не признается полностью. Они спорили. Он снова с ней расходился, а она дернула руль. Черт, меня спалили.

Рид смотрел на нас из-за своей установки, а затем его взгляд переместился на руку Бена, на моем плече.

— Может, хватит ее лапать, мудак?

— Мне нравится, когда ты такой альфа, детка, — мурлыкнул Бен.

Мне тоже.

Рид поднялся с табурета, его волосы были влажными, грудь блестела от пота. Он двинулся к нам, надевая футболку, и рывком поднял меня на ноги, не отрывая глаз от Бена.

— Пошли.

По дороге домой Рид заехал в круглосуточный магазин, чтобы я купила нормальный шампунь и другие вещи, без которых обходилась, пока жила у него. За последнюю смену я заработала достаточно чаевых, чтобы хоть чем-то заполнить холодильник, но я чувствовала, как тяжелеют его шаги с каждой новой вещью в моей корзине. Мы молча шли по проходам. Он был измотан, а я — на взводе. Я не могла избавиться от ощущения, что вляпалась в неприятности, но его взгляд, брошенный в мою сторону, говорил об обратном. Однако молчание затягивалось, и, не пройдя и десяти шагов от магазина, я не выдержала.

— В чем дело?

Он продолжил идти, открыл свой пикап, закинул покупки внутрь и, когда я догнала его, забрал мои пакеты из рук. Рид сел в машину, и мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Заведя двигатель, он бросил на меня взгляд. Похоже я была права — у меня неприятности.

— Я предпочитаю не выносить свою личную жизнь на всеобщее обсуждение, Стелла.

— Разве Бен не твой близкий друг?

— Мне просто не нравится, когда моё дерьмо выносят на публику, — произнес он, сжимая руль и глядя прямо перед собой.

Я пожала плечами.

— Не я начала тот разговор.

— Я был бы чертовски признателен, если бы то, что происходит между нами, так и оставалось между нами.

— Хорошо, — сказала я, не в силах спорить ни с его тоном, ни с тем, как он держался.

Он рассмеялся, и мне ненавистен был этот звук. В его голосе сквозила злоба.

— Уверена, что справишься?

— Теперь ты хочешь поссориться? — огрызнулась я.

Меня накрыло тяжелое чувство, пока мы ехали обратно к его квартире. Атмосфера была хуже, чем просто неловкой. Я не могла уйти. Как только Рид занес продукты внутрь, он схватил одну из своих тетрадей и вышел на крыльцо.

Я с головой ушла в уборку, а когда он не вернулся, решила погрузиться в новую статью. Я была на полпути к завершению материала о Джоне Майере94, когда Рид вошел в дом. Я не подняла глаз. Не удостоила его вниманием. Просто продолжала печатать. Даже когда он принял душ и лег на матрас, я не подняла головы. Я ненавидела свое положение. У меня не было ни сил, ни опоры. Тогда я поклялась себе, что никогда больше не позволю себе оказаться в положении, когда буду зависеть от кого-либо — ни ради любви, ни ради музыки.

Словно последние остатки пелены сорвали у меня с глаз. Мир, в котором жил Рид, казался уродливым и жестоким, и я была в ужасе, потому что всё, чего я хотела, — это утонуть в нем вместе с ним. Гнев разливался по мне от чувства беспомощности и вины. Мне не хватало сестры. Не хватало моей беззаботной жизни в Далласе. Мне не хватало Рида, лежащего в трех шагах от меня.

Соленые слезы потекли по моему лицу, но я смахнула их и продолжила печатать. Но сообразив, что это глупо, решила унести свою плаксивую задницу на крыльцо, чтобы не мешать ему. Я вынула наушники и почувствовала, как его пальцы коснулись моей лодыжки.

Я отвела глаза от экрана и увидела, что он пристально смотрит на меня.

— Иди сюда.

— Не хочу.

— Лгунья, — усмехнулся он, и его губы изогнулись в самодовольной улыбке. — Давай, уже поздно.

— Мне завтра нужно проверить почту, — сказала я, игнорируя его.

— Ты сохранила? — спросил он, пока его пальцы скользнули по моей икре. Каждый нерв в моем теле напрягся, а соски налились и затвердели.

— Стелла, — прошептал он низким, властным шепотом.

Он потянулся и захлопнул мой ноутбук. Я бросила на него убийственный взгляд:

— Никогда так не делай с писателем, ясно? Это так же опасно, как отрубить барабанщику его гребаные пальцы.

Его тихий смешок воспламенил меня изнутри, но я не сдвинулась с места, пока он соблазнял меня своими ленивыми прикосновениями.

— Но ведь тебе сейчас нужны эти пальцы, не так ли?

Да.

— Иди спать, Рид.

— Без тебя не лягу. Иди сюда, — он придвинулся ближе, щекой прижавшись к тыльной стороне руки на краю матраса, и в его глазах загорелся мягкий, но хищный свет, пока другая его рука скользила по моему бедру.