Чтение онлайн

Как оказалось, Бой тоже знал Эмилию:

– Такое ощущение, что эта особа родилась исключительно для того, чтобы изрыгать проклятия. А уж сколько помады на губах…

– Да, ты прав, Бой. Но ей не откажешь в уме. И потом… в ней есть определенная харизма, притягивающая людей. Это как раз то, что мне нужно. Я сделаю все, чтобы она стала моей союзницей.

Чтобы осуществить задуманное, Коко понадобилось гораздо больше времени, чем она предполагала. Ей было важно, чтобы в празднике приняли участие не только женщины, но и мужчины, способные оценить новизну ее моделей. Дело осложнил и отъезд Этьена, из-за чего пришлось несколько раз передвигать сроки. Были моменты, когда Коко впадала в отчаяние. Ей хотелось забыть Париж и эти проклятые шляпки, которые никто не покупает. Но отчаяние длилось недолго. Коко прошла хорошую школу. Нельзя сдаваться, никогда – она отлично усвоила этот урок. Иначе твоя слабость обратится против тебя. Евгения Жанна Деволь, несмотря на свою болезнь, была упорной женщиной, а Альберт Шанель умел с легкостью относиться к ударам судьбы. Коко унаследовала от родителей и то и другое. Это помогало ей выстоять.

В один из вечеров она села и написала Эмилии письмо. Не ударяясь в риторику, она попросила о помощи – просто и по-деловому. Эмилии не откажешь в интуиции, единственно правильной стратегией по ее привлечению будет правда и только правда.

Результат оказался поистине триумфальным. Четыре дня спустя Коко получила от мадемуазель д’Аленсон ответ. Письмо было написано в уважительном тоне, с явной симпатией. Похоже, они находятся на одной стороне баррикад!

Эмилия выразила желание как можно скорее встретиться с Коко. «Если тебе не удобно в Париже, – написала она, – просто дай знать, где и когда».

Отложив письмо, Коко задумалась. Она знала, что Эмилия проводит ночи с богатеями, – некоторые даже называют ее пожирательницей кошельков. Однако эта сомнительная слава не отвратила от нее поклонников. Долгие годы мадемуазель д’Аленсон считалась одной из самых привлекательных женщин Франции. И даже теперь, в свои сорок пять, она продолжает сохранять за собой роль искусительницы.

…Они встретились в поместье Бальзана, куда Эмилия в былые времена частенько наведывалась в темноте.

– У меня не очень хорошо идут дела в Париже. А точнее, если уж быть откровенной, из рук вон плохо, – призналась Коко. – Эмилия, прошу тебя, не удивляйся тому, что я обращаюсь к тебе, ведь мы должны ненавидеть друг друга. Как бы то ни было, поверь – из тех, кто окружает Этьена, тебя я ценю больше всех.

– И чем же я могу помочь тебе, моя дорогая?

«Моя дорогая»… В ответе куртизанки нет ни капли иронии. И она вовсе не кудахчет, как сказал бы Бой. Голос женщины спокоен. Это кажется необычным. Вообще-то Коко никогда не слышала, чтобы Эмилия так разговаривала. Однако ее тон вселяет надежду. Теперь Коко знает: у нее появилась союзница.

Коко ведет диалог не с прославленной упрямицей, мадемуазель д’Аленсон, а с Эмилией – женщиной, на которую можно положиться:

– Я подумала, можно устроить прием, праздник. Один из тех, что обычно проходят здесь, в Руайо. Но он будет особенным. Я хочу, чтобы в центре внимания были мои шляпки… Ты ведь понимаешь меня, Эмилия? Большинство гостей Этьена покупают то, что носят в Париже. На них смотрят, им подражают. И я хотела бы, чтобы они стали моими клиентами, чтобы их отзывы привлекли бы других людей в мое ателье на бульваре Малерб.

– Должна признать, Коко, в тебе есть две вещи, которые мне нравятся. Во-первых, ты умеешь говорить прямо, и, во-вторых, ты амбициозна. Я ошибалась на твой счет. Когда мы впервые столкнулись в том кафе, я подумала, что ты – одна из девчонок на час, которых Этьен подцеплял чуть ли не ежедневно. Порой он даже влюблялся, но ненадолго. Дело, однако, не в этом. Все его прежние пассии, проживая свои короткие романы, не задумывались о финале. Они наивно полагали, что стали наконец принцессами, что так и будут жить счастливо до конца своих дней. Но что касается тебя… Я еще ни разу не встречала девушку, которая добровольно отказалась бы от содержания до того, как ее вышвырнут вон. Ты первая, Коко. Я искренне уважаю твое желание бороться за успех, которого ты действительно заслуживаешь. Не знаю, как долго продлится наша симпатия, но я целиком на твой стороне и готова помочь тебе.

Габриель одержала свою первую победу, и как! Ей никогда не нравилось окружение лейтенанта Бальзана, и она ничего не делала, чтобы использовать его возможности. Теперь же пришло время пересмотреть свои взгляды. Для начала она обратилась к Эмилии – и не прогадала!

Но события по-прежнему разворачивались медленно. Понимая, что речь идет о ее будущем, Коко готова ждать. Уже несколько дней, как Бой уехал в Шотландию, чтобы подписать бумаги о покупке кораблестроительной верфи в торговом порту Глазго. Перед отъездом он предупредил Коко, что по пути заедет в Лондон и в Париж вернется вместе с подругой юности. Без всякой спеси он уточнил, кто его подруга – Виктория Мелита Саксонская, третья дочь принца Альфреда, герцога Кентского, всего несколько лет назад скоропостижно скончавшегося от тяжелой болезни. Соответственно, Виктория Мелита – родная племянница самой королевы Виктории!

Вот как? Коко быстро сообразила, что эта женщина сможет изменить ее жизнь. Если она приедет на праздник в Руайо и скажет всего лишь полслова о ее шляпках, все в миг изменится, словно по мановению волшебной палочки.

Дожидаясь возвращения Боя, Коко не сидела сложа руки. Новоприобретенная союзница действительно помогала ей. Вооружившись карандашом, Эмилия прошлась по списку гостей, составленному Габриель.

– Будь осторожна, не все такие богатеи, какими кажутся, – предупредила она. – У некоторых и гроша за душой нет. А другие сгибаются под грузом долгов. К Этьену они приходят лишь для того, чтобы поймать очередного кредитора.

Несколько имен из списка вычеркнуты. Ведь вполне возможно, что в поместье приедет самая настоящая принцесса, нельзя ударить лицом в грязь.

– И еще, дорогая Коко, не забудь о самой важной детали, – с улыбкой говорит Эмилия. – Привезти шляпку и мне. Ведь я тоже должна носить головной убор от Шанель, не так ли?

Бой не возвращается дольше обещанного. Тем временем отчеты Адриены о парижских делах Коко приносят одни разочарования.

– На днях заходили две посетительницы. Одна очень внимательно все посмотрела. И так улыбалась – и когда пришла, и когда уходила. Но при этом ничегошеньки не купила…

В словах Адриены нет ничего нового: шляпки под маркой «Шанель» по-прежнему остаются непризнанными. Моду в Париже диктует ателье Левис, предлагающее бесспорно интересные модели, но из таких материалов, которых любой женщине нужно избегать.

– Дело не в шляпках, я ставлю на кон само представление о женщине. Я хочу, чтобы женщины чувствовали себя естественно. Зачем им сбруя, как у средневекового рыцаря, отправляющегося на поединок? Я уж не говорю о шляпах, больше похожих на колонны соборов…

Частенько, предаваясь подобным тирадам, Коко забывает, что далеко не всем дано природное чутье. Творения ее рук – прежде всего воплощение абсолютного вкуса. Это настоящее искусство, понять которое способны пока немногие.

– Письмо для госпожи Габриель Шанель.

В ателье на бульваре Малерб пришел почтальон.

– Это от Боя. Посмотрим, что он мне пишет, – просияла Коко.

«Я только что приехал во Францию, буду в Париже во вторник вечером. Через пару дней в Париж приедет и принцесса Виктория Мелита. Я уже рассказал ей о приеме, который ты затеваешь. Она говорит, что почтет за честь присутствовать на нем и очень хочет взглянуть на твои шляпки. Остальное расскажу при встрече. Люблю. До скорого. Бой Кейпл».

– Во вторник? Но это же завтра! Я остаюсь здесь, с тобой, Адриенн, не поеду в Руайо. Мне так хочется поскорее увидеться с ним. Сразу, как только он будет в Париже!

На накрытых столах – жаркое из кабана и провансальский рататуй. На десерт подадут шедевры великого Мари-Антуана Карема, повара, которого знают все во Франции. Хрустящие печеньица, пирожные, безе, волованы… Примерно сто двадцать гостей уже вовсю работают челюстями. Нет только Боя, которого ожидают в компании титулованной особы. Внезапно наступает тишина – дворецкий спешит к Этьену, чтобы сообщить ему о прибытии в Руайо господина Кейпла. Через пару секунд слышится шум подъезжающего экипажа – на сей раз Бой оставил автомобиль в гараже. Лакированная двухместная коляска останавливается, из нее выходит улыбающийся англичанин и жестом показывает кучеру, чтобы тот не подходил, – он сам хочет подать руку даме, своей спутнице. Виктория Мелита Саксонская грациозно спускается с подножки. Она завернута в пальто, и ее пока невозможно разглядеть. Видно лишь, что Бой обращается к ней с огромным почтением, как ни к кому другому. Виктория опирается на его руку и устремляется вместе с ним на свет вечеринки. Этьен, радостно поприветствовав друга, отходит в сторону. Он не знает, как вести себя с принцессами и испытывает некоторую неловкость.