Двор Тумана и Ярости
Шрифт:
— Я поняла.
Рис фыркнул.
— Попробуй прочесть это, Фейра.
Придурок. Я выхватила эту бумагу, едва ли не разорвав ее надвое. Посмотрела на первое слово, произнесла его в голове. — Т-ты…
Потом я попыталась разобраться в произношении, следуя логике. — Выглядишь…
— Хорошо, — прошептал он.
— Я не просила твоего одобрения.
Рис засмеялся.
— Со…Совершенно. — Это слово заняло у меня больше времени, чем хотелось бы. Следующее слово было еще хуже. — Ап… Ап…
Я соизволила взглянуть на него, подняв брови.
— Аппетитно, — промурлыкал он.
Мои брови поползли вверх. Я прочла еще два слова, а затем посмотрела ему в лицо. — Ты выглядишь совершенно аппетитно сегодня, Фейра?! — Ты ведь это написал?
Он откинулся в кресло. Наши глаза встретились, острые когти ласкали мой разум, а его голос прошептал у меня в голове:
«Это ведь правда, не так ли?»
Я отпрянула назад, мой стул заскрипел.
— Прекрати это!
Но эти когти внезапно впились — и мое тело, мое сердце, мои легкие и даже кровь уступили его захвату, полностью в его подчинении, когда он мысленно произнес:
«Тебе идет мода Ночного Двора.»
Я не могла двинуться со своего кресла, не могла даже моргнуть.
Вот что происходит, когда ты опускаешь ментальные щиты. Кто-то с такой же способностью, как у меня, может проскользнуть внутрь, увидеть все, что они желают и подчинить твой разум себе. Или они могут разрушить его. Прямо сейчас я стою на пороге твоего сознания… но если я шагну дальше, мне понадобится один лишь проблеск мысли— и то, кто ты, твоя личность будет стерта.
Где-то далеко по моим вискам стекал пот.
«Ты должна бояться. Ты должна бояться этого и благодарить чертов Котел, что за последние три месяца, никто с похожими как у меня силами не наткнулся на тебя. А сейчас выстави меня.»
Я не могла. Эти когти были повсюду — они цеплялись за каждую мысль, за каждый кусочек меня. Он надавил сильнее.
«Выстави. Меня. Вон.»
Я не знала, с чего начать. Я слепо толкнула и ударила его, эти когти, которые были везде, как будто я была окружена зеркалами.
Его смех, низкий и приятный, заполнял мой разум, мои уши.
«Сюда, Фейра.»
В ответ на это, в моем сознании появился маленький проблеск дорожки. Выход.
Казалось, у меня заняло целую вечность отцепить каждый коготь и выставить его через этот узкий просвет. Если бы я могла смыть его волной..
Волна. Волна меня, моих мыслей, чтобы я могла вымыть его из себя.
Я не позволила ему увидеть формирующийся план у меня в голове, когда я превратила себя в волну и ударила.
Когти ослабли — неохотно. Словно позволяя выиграть мне этот раунд. Он просто сказал:
— Хорошо.
Мои кости, мое дыхание и кровь снова были моими. Я упала на сиденье.
— Еще нет, — сказал он. — Щит. Заблокируй меня, чтобы я не смог вернуться.
Мне уже хотелось уйти в какое-нибудь тихое место и немного вздремнуть.
Когти гладили внешний слой моего разума.
Я представила себе растущую адамантовую стену, темную как ночь и толщиной с ногу. В какой-то момент когти попытались втянуться, перед тем как стена разрезала их надвое.
Рис ухмыльнулся.
— Очень хорошо. Грубо, но хорошо.
Я ничего не могла с собой поделать. Я схватила листок и разорвала его сначала надвое, а потом на четыре части.
— Ты свинья.
— О, несомненно. Но взгляни на себя — ты прочла целое предложение, вышвырнула меня из своего разума и возвелащит. Отличная работа.
— Не разговаривай со мной снисходительно.
— И не думал. Ты читаешь на уровень выше, чем я предполагал, — мои щеки вновь запылали. — Но в основном безграмотно.
— Пока что будем практиковаться, учить правописание и снова практиковаться. Ты сможешь читать романы еще до Нинсара. Если продолжишь выстраивать щиты, то, вероятнее всего, я не смогу даже подступиться к тебе к этому времени.
Нинсар. Впервые за пятьдесят лет Тамлин и его Двор будут праздновать его. Амаранта запретила это празднование по своей прихоти, наряду с несколькими другими небольшими, но почитаемыми Фэ праздниками, которые она посчитала ненужными. Но Нинсар наступит лишь через несколько месяцев.
— А это возмоно? Не пускать тебя к себе в голову?
— Не особо, но кто знает, насколько ты сильна? Продолжай практиковаться, и мы увидим, что из этого получится.
— Я все еще буду связана этой сделкой на Нинсар?
Молчание.
Я продолжила:
— После… После того, что произошло… — я не могла упомянуть детали того, что случилось Под Горой, что он сделал для меня во время битвы с Амарантой, и что сделал после. — Я думаю, мы можем согласиться с тем, что я ничего тебе не должна, а ты не должен мне.
Его взгляд был тверд.
Я продолжила.
— Разве недостаточно того, что мы все стали свободны? — я положила татуированную руку на стол. — В самом конце, я думала, что ты другой, полагала, что это все это было твоей маской, но похищать меня, держать здесь… — я покачала головой, не в силах найти подходящие слова, чтобы убедить его расторгнуть эту сделку.
Его глаза потемнели.
— Я не враг тебе, Фейра.
— Тамлин говорит, что враг, — я сжала свои татуированные пальцы в кулак. — Все говорят, что ты враг.
— А что думаешь ты? — Он снова откинулся в кресле, но лицо оставалось мрачным.
— Ты делаешь чертовски отлично стараешься, чтобы заставить меня согласиться с ними.
— Лгунья, — промурлыкал он. — Ты когда-нибудь говорила своим друзьям о том, что я сделал с тобой Под Горой?
Похоже, тот комментарий за завтраком и правда задел его.
— Я не хочу говорить ни о чем, что касается того времени. С тобой или с ними.