Чтение онлайн

— Приступай! — дёрнул уголком губ.

— Я, Василиса Ярославовна Магинская, клянусь кровью, что буду служить Магинскому Павлу Александровичу, — её губы дрожали, а в глазах — слёзы. — Никогда ничего не сделаю против него и рода. Буду слушать его приказы.

Слова клятвы эхом отразились от стен камеры. Магия наполнила их силой, превратила в цепи, связывающие душу и тело. Почувствовал, как устанавливается связь, как её воля подчиняется моей.

— Я, Павел Александрович Магинский, клянусь кровью, что защищу Василису Магинскую от императора… Вот видишь, ничего сложного, — кивнул. — Но это ещё не всё.

— Что? — удивилась она.

В глазах мелькнул страх. Понимание, что попала в ловушку, что сделка оказалась не такой, как она ожидала, что условия могут измениться в любой момент.

— Я же сказал тебе: две клятвы.

— Преданности и крови… — возмутилась женщина. — Я их обе и произнесла.

Голос дрожал от негодования. От осознания, что обманули, использовали её же тактику против неё самой.

— Не совсем так. Я сказал: клятву крови и ещё одну, — покачал головой. — Души. Не хочу, чтобы ты потом сняла свои обязательства зельем свободы. Эта удержит тебя от необдуманных поступков.

Её невозможно обойти или нарушить без фатальных последствий, без уничтожения самой сущности клянущегося. Самая страшная клятва, на которую может пойти маг.

— Ты же не чудовище, ты мой сын… — всхлипнула она.

— Кто бы говорил, — сдержал смешок. — Это я со Злом внутри разгуливал и предлагал меня убить?

Женщина дрожала. Она уже принесла клятву крови, и я мог бы её заставить принести ещё одну. Но я же хороший человек? Пусть сама, пусть выбор будет за ней. Иллюзия свободы воли — самая жестокая форма контроля.

Мгновения тянулись, секунды превращались в вечность. Василиса боролась с собой, со своей гордостью, со своим страхом. И страх победил, как всегда побеждает у слабых духом.

Слова клятвы души сорвались с её губ. Слова, которые нельзя произнести случайно или забрать назад.

Магия закружилась вокруг неё видимым вихрем. Голубоватое сияние окутало фигуру, проникло под кожу, добралось до самой сущности. Её душа получила отметину — несмываемую, вечную.

Теперь Василиса — преданный мне человек. Не по своей воле, но по своему выбору. Загнанная в угол, согласившаяся на условия. Чего не сделаешь ради выживания?..

— Ну вот! — улыбнулся. — Теперь я могу тебе доверять, мама… Обнимемся? — после этих слов она взглянула на меня с такой ненавистью. — Нет? Жаль… Что ты там хотела рассказать?

Василиса заговорила. Тихо, сначала неохотно, потом всё быстрее, словно торопясь избавиться от тяжёлого груза.

Я слушал внимательно и запоминал каждое слово, каждую деталь, каждый нюанс.

Мои брови ползли вверх. Неожиданно. Картина мира снова расширилась. Не думал, что существует такое… Что на севере скрыта такая сила, что император настолько её боится.

Это меняет всё: расстановку сил, стратегию, приоритеты. Открывает новые возможности и создаёт новые угрозы.

Теперь я просто обязан отправиться туда и заполучить. Сразу после Лахтины. Эта информация стоила клятвы души Василисы, стоила каждого обязательства, которое я взял на себя.

Оскалился. Будет опасно. Очень. Но с помощью этого смогу не просто дать отпор, а убить. Как раз то, что нужно против посланника, который решил стать богом.

Дверь закрылась. Я вышел из подвала, оставив Василису наедине с её мыслями.

В коридоре поймал Жору. Верный слуга ждал, как всегда, точно там, где нужно, и именно тогда, когда необходим.

— Василиса принесла мне клятву верности и крови, — сказал я. — Мы можем ей доверять, она будет слушаться тебя во всём. Пересели её из нашей тюрьмы в более комфортные условия. Следи и используй максимально. Очень уж маме хочется помочь роду и загладить свою вину за плохое поведение.

Сарказм сочился из каждого слова.

— Вы уверены, Павел Александрович? — серьёзно спросил слуга.

В его глазах читалось сомнение. Он помнил все попытки Василисы нас уничтожить.

— Нет, — помотал головой. — Поэтому и прошу приглядывать, я ей подарок оставил — артефакт подчинения. Так что у Василисы нет и шанса. И мы же Магинские, не отказываемся от своих. Тем более от тех, кто решил встать на путь исправления…

Жора кивнул. Отлично, ещё один сильный маг у нас в роду появился, плюс Казимир. Магинские крепнут на глазах.

Встал перед дверью. Как бы сократить путь? У меня как раз есть одно элегантное решение.Уже послал за Цепешем. Это сильно упростит жизнь и сэкономит время. Проверил в пространственном кольце нужный мне наряд.

Жора всё ещё стоял рядом.

Во дворе вдруг закричали, а потом открылась стрельба. Резкие хлопки выстрелов разорвали тишину. Крики охраны, топот сапог по брусчатке, звон оружия, команды офицеров. Что за чёрт? Только этого не хватало! Перед самым отъездом?

Выскочил. Магическое зрение активировалось автоматически, духовное тоже. Двойное сканирование — материального и нематериального планов. Ищу угрозу, источник опасности. Не вижу ничего необычного. Энергетические потоки не нарушены, защитные барьеры целы. Но что-то определённо происходит.

Крики то тут, то там. Охрана мечется, не понимая, что случилось. Что-то перемещается — быстро, незаметно, неуловимо. Выстрелы смещаются, словно охрана стреляет по движущейся мишени, стремительной, ускользающей.

В особняке сработал красный код. Дверь закрылась, все приготовились. Руны защиты засветились по периметру. На территории тоже в ружьё. Охотники, служба охраны выбегали на улицу в полном обмундировании: бронежилеты, шлемы, оружие.

Прожектора светили, чтобы обнаружить ускользающую угрозу. Мощные лучи прорезали темноту, выхватывая из мрака фрагменты территории. Никаких следов, никаких признаков вторжения.

Судя по выстрелам, что-то быстрое. Очень быстрое, слишком быстрое для обычного человека. Монстр? Маг? Неизвестное существо?

Император кого-то подослал? Глупо. Слишком прямолинейно для него. Он предпочитает тонкие игры, сложные интриги.

— Не стрелять! — приказал я.

Хрустнул шеей. Мышцы напряглись, готовясь к бою. Сам поймаю нашего незваного гостя.

Теневой шаг. Мир размылся, пространство исказилось, сжалось, растянулось. Мгновение, и я уже в другой точке. Там, где только что стреляли, где только что кричали.