Чтение онлайн

– Уж будь уверена, – огрызнулся он, – если у меня вдруг заведется “самка с детенышем”, то визжать на улице ни она, ни он не будут!

– Ты на что-то намекаешь?

– Я не умею намекать, Витёк, – обрубил Шес. – Я предупреждаю во избежание.

У меня чуть глаза на лоб не вылезли от такого явного и незавуалированного заявления. Да ещё и в таком тоне. Что он вообще себе позволяет? Я ещё от того поцелуя на кухне не отошла, а он уже “предупреждает”! Цветочно-шоколадный период он, видимо, решил вообще проигнорировать. Разгон от “да вашу ж мать!” до “я предупреждаю” за одну неделю. Да это новый рекорд в моем рейтинге мужской самоуверенности! Впрочем, выразить всю глубину возмущения мне не позволил Алек.

– Ты же, вроде, не хотел детей? – повернулся он к Шесу.

– Так я и сейчас не хочу, – подтвердил ударник, тем самым моментально вычеркнув себя из списка потенциальных ухажеров, и плевать мне, что он сам по этому поводу думает. – Что не мешает мне иметь свое мнение по поводу их воспитания. Это, во-первых. А во-вторых, если уж мне суждено провести с этим конкретным ребенком бок о бок три месяца, хотелось, хотя бы, не разориться на психоаналитике.

– Ты намекаешь, что мой ребенок психованный? – я прибью его сейчас!

– Так, Витёк, мы, кажется, потеряли пропорции, – он с силой потер лицо ладонью и продолжил, явно тщательно подбирая слова: – Ты пожаловалась на проблемы в поведении сына, а я всего лишь высказал своё мнение. Я его не навязываю, но и навязать себе твоё не позволю. Давай сойдемся на том, что это твой ребенок, твои проблемы и твоё решение. Я не вмешиваюсь. Но пока вы оба находитесь под моей ответственностью, я настойчиво прошу, даже требую, избавить группу от дополнительных проблем, в виде истерящего ребёнка. Можешь звать меня тираном и самодуром, но это моё условие. Следи за ним и я буду счастлив. У меня есть право на эту просьбу?

– Думаю, да, – странно, но остыла я так же мгновенно, как и взбеленилась. Собственно, чего взвилась-то? Все он правильно говорит. Можно подумать, я сама этого не знаю. Просто, обидно слышать это от чужого человека. Вон Алек, тоже, небось, все прекрасно понимает, но вместо того, чтобы тыкать мне в лицо, какая я плохая родительница, пытается поддержать и подбодрить.

– Вот и договорились, – атмосфера разрядилась, и Шес даже попытался пошутить: – Предлагаю внести отдельным пунктом в контракт – дядю Шеса не злить и его игрушки не тырить.

– А не то он возьмет большой ремень... – подключился Алек.

– И выпорет маму! – закончила, коварно сверкая глазами, Ленка. – Слушайте, ну хватит уже на Викторию наезжать! Она, между прочим, делает все возможное. Думаете, легко воспитывать ребенка в одиночку?

– А где же штабеля благородных рыцарей павших к ногам прекрасной дамы? – Алек приподнял бровь. – Только не говори, что ты их того... насмерть.

– Что ты, я занимаюсь лицензионной охотой, а не браконьерством, – подмигнула я в ответ. – Штабеля, резвенько отряхнувшись, сбежали проверять свои контракты на предмет пункта о четырехлетнем пакостнике.

– Я могу их понять... – протянул Шес.

– Ой, да хватит уже! – перебил его Алек, опять накрывая своей ладонью мою. – Это всего лишь ребенок. Расслабься, дорогой, и получай удовольствие.

– И скажи спасибо, что у тебя токсикоза никогда не было, – мрачно выдала Боженова и все взгляды немедленно переключились на неё. Спор был забыт. Лена залилась краской.

– Ленка... – я с трудом решилась спросить: – Вы хотите нам что-то рассказать?

Боженовы переглянулись, Ленка покраснела ещё гуще и, поймав одобряющий кивок мужа, огорошила нас:

– Мы, кажется, беременные.

Что тут началось! Мне стыдно. Правда, стыдно. Но я визжала, как сопливая девчонка, получившая на день рождение долгожданного щенка. Обнимала по очереди то смущенную будущую мамашу, то сияющего, как медный пятак, Ромку. Порывалась погладить плоский пока ещё Ленкин живот. Плела какую-то чушь по поводу того, что делать, чего не делать. Обещала Романычу медленную и болезненную смерть от моей руки, если не будет потакать абсолютно всем прихотям своей драгоценной супруги. Меня не смутил даже его полный недоумения взгляд, когда тот интересовался, в чём это он ужимал благоверную до сих пор. Короче, я радовалась, как будто это я забеременела, наконец-то, так давно ожидаемым и желанным ребенком, а не они.

Парни тоже удивили. Я как-то не особо привыкла к бурному проявлению чувств у мужчин. Но Алек, казалось, был искренне рад за друзей. После традиционного “дай пять, мужик, так держать!”, они с Романычем ударились в пространные обсуждения дизайна детской, преимуществ тех или иных видов колясок, рожать ли с эпидуральной анестезией или без, и самое главное, в какую секцию отдавать будущего Антона Боженова. Короче, с умным видом трепались о вещах, в которых оба абсолютно не разбирались. А уж мысль о том, что Антон может оказаться девочкой, им, похоже, вообще в головы не приходила. И даже Шес проявил интерес: поздравлял, расспрашивал Ленку о самочувствии и давал не менее идиотские, чем мои, советы. Никак из личного опыта, ага.

В конечном итоге, Боженова, не вынеся столь пристального внимания к собственной персоне, банально сбежала на кухню, утащив меня за собой.

– Я так за вас рада! – уж я-то знаю, как они этого ждали. – Какой срок?

– Да шесть недель всего, – рассмеялась Боженова. – Мы сами только позавчера узнали. Не хотели месяцев до трёх говорить, чтоб не сглазить. Но оно как-то само вырвалось. Ну, не могу я удержать это в себе! Боже, Виктория, я так счастлива! Это гормоны?

– Да рано ещё для гормонов. Не переживай, когда они начнутся, ты не пропустишь. О-о-о, ты понятия не имеешь, что тебя ждёт!

– Всё так плохо?

– Тебе? Не-е-е, тебе, дорогая, будет хорошо. И пусть Романыч только попробует не обеспечить тебе это “хорошо”, я его лично расчленю. А вот ему надо бы обзавестись бронежилетом и запасными нервами.

– Да брось, – смутилась Ленка. – Не такая уж я и грозная.

– Посмотрим на тебя через пару неделек. Ну куда ты это потащила?! Дай я. Тебе вообще ничего поднимать нельзя!

– Виктория! Ты с ума сошла?! Это чайник!

– Вот и давай его мне! Сядь, расслабься...

– Эх... – тяжело вздохнула она. – Все вы инкубаторские. Вот и Ромка шагу не даёт мне ступить.

– Не ворчи, у тебя замечательный муж.

– Кстати, муж... – мне сразу не понравился маниакальный огонёк в её глазах. – Я смотрю, вы с Алом нашли общий язык?

– Не знаю, – честно призналась я. – Вроде бы да. Но я не уверена, что он по этому поводу думает.

– Он тебе понравился?

– Ну, да, наверное, – Ленка грозно сощурилась и я поправилась: – Да, нравится.

– Слава Богу! А Шес? – удар ниже пояса.