Джек Дэш и летняя вьюга
Шрифт:
– Тря-тря!
Пабло поглядел на Джека и вильнул хвостом.
– Ну же, что ты стоишь? Поздоровайся с ним!
Джек присел на корточки, погладил пингвина по голове и тут же вскрикнул:
– Ай! Он меня укусил!
– Малыш просто ещё немного не в себе, – объяснила Коко. – Чего ты хочешь? Всего десять минут как появился на свет!
– Тря-я-я-я! – истошно завопил Пабло и, вытянув шею и хлопая крыльями, принялся носиться кругами на своих коротеньких лапах. Всё быстрее и быстрее.
– Немного не в себе? – переспросил Джек, пятясь от обезумевшего пингвина. – Да он больной на всю голову! И наверняка заразный. Красная волчанка, грудная жаба и заячья губа – всё вместе! О-о-о… Что это он делает?
Тюк-тюк-тюк. Пабло сунул голову в рюкзак и – тьфу-у-у-у! – выплюнул на тротуар ластик.
Джек вздохнул.
– Ладно, нужен план. У нас появился опасный, психически неуравновешенный пингвин. Куда мы его денем?
– Возьмём с собой в школу, разумеется.
– У тебя что, веснушки вместо мозгов? Или огуречная каша? – Джек закрыл лицо руками. – Катастрофа! И это всё ты виновата!
– Да расслабься, трусишка-в-штанишках. Будет круто!
– Как ты меня назвала? Трусишка-в-штанишках?! – Джек гордо выпятил грудь и ткнул в неё пальцем: – Я Дерзкий Демон Джек! Это мой профессиональный псевдоним. Как у боксёров, ну ты помнишь. Я непобедимый. Неутомимый. Я за один присест могу съесть тонну мармеладных мишек.
– Ну так решайся, Дерзкий Демон Джек! Берём с собой Пабло?
И Джек решился:
– Ладно. Берём.
– Йе-е-ес! – крикнула Коко, вскинув кулак.
– Но мы будем экстрамегасуперосторожными. Это же мой первый день в новой школе, Коко. Мне не нужны неприятности. А если учителя узнают… – Джек закрыл глаза и нервно сглотнул. – Не станем выпускать Пабло из рюкзака. Никому его не покажем. Ни одна живая душа его не увидит. Договорились?
– Договорились. Будем очень осторожными, никому не покажем, – повторила Коко.
– И чур не рисуй больше ничего!
Коко сжала его ладонь и мечтательно зажмурилась:
– Будет классно-классно! Теперь, когда у нас есть Пабло, мы так повеселимся!
Глава 5
Коко остановилась перед решётчатыми воротами в высоком каменном заборе и объявила:
– Вот и она, наша школа!
Джек прижался к прутьям и посмотрел во двор. Оглядел стены из крошащегося красного кирпича, затянутые плёнкой окна, сорняки у дорожки.
– Ты уверена?
– Ну конечно, уверена, капустная голова! Я же сюда с четырёх лет хожу [4] .
БОМ!
Всё здание дрогнуло, окна зазвенели, а с крыши свалился кусок черепицы.
– Что это? – Джек отпрянул.
– Школьный звонок. – Коко кивнула на высокую башню со стрельчатыми окнами и остроконечной крышей. – Инней говорит: кто туда сунется, назад не выйдет. Она просто не даст спуститься.
– Инней? Кто это?
– Директриса. Ой, идём скорее. Вон она.
4
В Англии дети идут в школу в 4–5 лет.
Бдым-взиу-у-у! – Коко открыла ворота и продолжила:
– Ты её ни с кем не перепутаешь. Лицо белое, как простыня. Пальцы длинные и когтистые, как у ведьмы.
Директриса стояла у дверей школы. Высокая, тощая, в льдисто-голубом костюме и остроносых серебряных туфлях. Её короткие волосы сверкали, как начищенный шлем. К директрисе тянулась очередь детей. Она схватила ближайшего за ухо, потянула вверх – так что бедолаге пришлось встать на цыпочки – и посветила ему в рот фонариком.
– Что это она делает? – прошептал Джек.
– Зубы проверяет, – объяснила Коко. – Увидит, что у кого-то зуб шатается, и выдернет его. Сама. Клещами.
– Да ладно! – Джек сглотнул. – Она… она… не имеет права!
– Но это правда. Мне рассказывал Дэмиен из Класса Плутона. Она так вырвала зуб его сестре.
Мисс Инней тем временем отпустила мальчишку и махнула на дверь: мол, иди уже.
– И ты ещё не видел, как она злится! – продолжала Коко. – Ноздри раздуваются, губы становятся синие, и самое страшное: она смотрит тебе в глаза, и ты не можешь пошевелиться. А она так и пялится, пока всю душу из тебя не высосет.
Джек снова сглотнул и почувствовал, как дрожат коленки.
– Коко… – начал он. – Может, нам лучше…
– Опаздываете! – раздался вдруг пронзительный крик.
Джек обернулся. Мисс Инней стояла прямо перед ним.
– Опоздание на двадцать три секунды, мисс Макбин. – Директриса постучала фиолетовым ногтем по часам. – Штраф – один фунт, если не ошибаюсь.
«Ой-ой! Она смотрит на рюкзак Коко. Нет-нет-нет!» – пронеслось в голове у Джека. Рюкзак дёргался и подпрыгивал.
– Стой спокойно! – рявкнула мисс Инней. – Иначе возьму наждачку и счищу все твои наглые веснушки! – Директриса повернулась к Джеку, и глаза её тут же превратились в две узкие голубые щёлочки. – А ты кто такой?
«Смотри в сторону, – приказал себе Джек. – Иначе душу высосет».
– Отвечай, когда тебя спрашивают!
– Тря! – послышалось из рюкзака.
Ноздри у директрисы стали раздуваться. Она сердито уставилась на Коко.
– Разве я тебя спрашивала? Нет, мисс Макбин, ты тут ни при чём. Марш в класс, прочь с глаз моих! – Она махнула, и Коко как ветром сдуло. – Ну, мальчик, ты что, язык проглотил? Как тебя зовут?
– Д-д-джек, – промямлил Джек, глядя на её серебряные туфли. – Джек Альфонс Эксетер Дэш.
– Первый раз слышу. Иди отсюда.
– Но…
– Это моя школа. И я решаю, кто здесь будет учиться, а кто нет. Являются всякие лохматые, с обгрызенными ногтями и ещё надеются получить образование! – Она указала на ворота. – Я всё сказала. Проваливай.
«С удовольствием», – подумал Джек.
Но только он развернулся к воротам, как когтистые пальцы схватили его за шиворот.
– Постой-ка… – Директриса притянула его к себе. – Твоя фамилия Дэш? А ты случайно не сын Лайонела Дэша, нового мэра Кёртли-Амброза?