Чтение онлайн

— Нет…

— Уверена?

Их разговор нарушает плеск волны о берег.

Вглядываясь в поверхность озера, замечаю в дымке темное пятно — лодка приближается… Господи, что же делать?

Может… может, пойти и привести подмогу…

Отступаю назад, и тонкий прутик хрустит у меня под ногами.

Эйвери резко поворачивается в мою сторону.

Замираю на месте, перестав даже дышать.

— Что с тобой? — раздраженно спрашивает Беллатрикс.

Прищурившись, он оборачивается к ней.

— Кажется, я что-то слышал…

— Черт, да это же просто животные. Тихо, она уже подплывает.

Господь милосердный, как же быть? Должна ли я закричать или попытаться вырубить их… но я не могу, потому что, благодаря Люциусу, у меня теперь нет гребаной волшебной палочки…

— В ней кто-то есть, — шепчет Эйвери, вперившись взглядом в лодку.

Оба в одно мгновение оказываются на корточках, скрывшись за буйно разросшимся кустарником.

О боже.

— Это он, — шипит Беллатрикс. — И… там кто-то еще, но… постойте-ка…

— Уизли, — добавляет Эйвери.

— Черт побери, какого…

— Неважно, — обрывает ее он. — Мы очень скоро узнаем.

Люциус и Рон все четче проступают из тумана: оба в ярости, но если бы только они знали, что их поджидают Беллатрикс и Эйвери, то ярость быстро сменилась бы страхом.

С замиранием сердца смотрю, как двое любимых людей плывут прямиком в ловушку.

— Надо вернуть их обратно в дом, — шепчет Эйвери, — и кажется, нам придется применить силу, и это нужно сделать до прибытия Темного Лорда.

Волдеморт. Волдеморт скоро будет здесь…

Вот оно: я сделаю все, что в моих силах…

— ЛЮЦИУС! — кричу что есть мочи, и они с Роном поворачивают головы. — ОНИ ЗДЕСЬ! ОНИ…

— СТУПЕФАЙ!

— ПРОТЕГО!

Голоса Эйвери и Люциуса взрывают тишину подобно выстрелам, лучи заклятий мечутся между берегом и лодкой, которая все приближается, покачиваясь на волнах…

Замерев, наблюдаю разворачивающуюся картину, не в силах пошевелиться от страха — нет, ужаса! — охватившего меня. Все случается так стремительно: Рон падает за борт, исчезая в мутных водах, Люциус же выпрыгивает из лодки, оказываясь почти по грудь в воде, палочка дрожит в его руках, выстреливая проклятие за проклятием. Он бледен как никогда, первобытная ярость исказила его лицо.

Внезапно красный луч, посланный неизвестно кем, бьет его прямо в грудь, и он заваливается на бок, погружаясь все глубже.

Я забываю, как дышать, мелко дрожа и отказываясь осознавать реальность.

Надо сделать что-то, попытаться остановить их, но все происходит слишком быстро…

Беллатрикс бросается в воду и вытаскивает Люциуса на берег.

Мысли причиняют почти физическую боль… неужели он… боже…

Он дышит. Он жив. Его грудь ровно поднимается и опускается.

Перевожу взгляд на поверхность воды: Рона нигде не видно. Он жив или…

Я не вижу его.

Не могу принять этот факт.

Не могу принять происходящее.

И дышать тоже не могу. О господи!

Эйвери, повернувшись, идет в лес, а Беллатрикс, стоя над потерявшим сознание Люциусом, от души пинает его по ребрам.

— Идиот, — каркает она. — Ты правда думал, что имеешь право так унижать меня?

Тихонько, почти беззвучно всхлипываю. Нужно убираться отсюда, найти и привести помощь. Но я не могу их оставить… и не оставлю…

— Добрый вечер, Гермиона, — тихий шепот пробегает по спине, щекочет шею и затылок, и я понимаю, что мне конец.

С этими словами он сдергивает с меня мантию-невидимку. Мои руки дрожат, и я задыхаюсь.

Обернувшись, вглядываюсь в ничего не выражающее лицо. Хотя в глубине его глаз плещется триумф.

— Кажется, я слышал что-то из этих кустов, — шепчет Эйвери. — И когда увидел, что тебя нет в лодке, сразу понял: ты где-то поблизости. Он бы не ушел без тебя — единственной в мире, кто ему небезразличен.

— Пожалуйста… — едва шепчу я.

Он ласково улыбается.

— Твои надежды на то, что я передумаю, казались бы смешными, если бы не тот факт, что однажды у тебя это получилось, вот только моя воля сильнее, чем у него, — он направляет на меня палочку. — Подними руки вверх, пожалуйста. Темный Лорд сейчас будет, и мы должны встретить его в доме.

По щекам сбегают слезы, и я медленно поднимаю руки.

Они живы. Они оба живы. И это самое главное.

Вопрос только, как долго еще они будут живы?

Мы сидим по отдельности в трех небольших клетках, сделанных из такой тонкой проволоки, что кажется, стоит прикоснуться, и она не выдержит. Но это обман. Сеть прочнее железа. Ее не порвать.

Знаю по опыту: не раз пыталась сломать ее, но лишь потешила Беллатрикс и Эйвери своими жалкими тщетными усилиями.

Вообще-то, Люциус и Рон не сидят в своих клетках. Я неточно выразилась. Они растянулись на полу без сознания.

Но хотя бы дышат.

Понимаю, что для Люциуса надежды никакой. Это было ясно с тех самых пор, как его оглушили. Но я надеялась, что Рону удалось сбежать.

Вот только он не смог долго находиться под водой. Чистая кровь защитила его от существ в озере, но Беллатрикс и Эйвери ждали, пока он не всплывет, откашливаясь и хватая ртом воздух.

И тогда они его оглушили.

Поэтому мы снова здесь — в сыром подземелье.

Не хочется даже думать о том, как близки мы были к свободе. Одно лишь воспоминание о том, что всего час назад… невыносимо больно.

Беллатрикс меряет шагами комнату, словно тигр в клетке, сжимая в руке палочку Люциуса. Эйвери — в противовес ей — стоит, подобно каменному изваянию, и лениво рассматривает ногти на руках.

Внезапно она резко бросает:

— Иди и приведи Драко.

— Драко? — он удивленно вскидывает бровь.

Кивнув, она вытаскивает из мантии порт-ключ — свой или Люциуса; кажется, она взяла его ключ, пока он был без сознания.

— Возьми это, — она протягивает ему крохотную вещицу, — и найди Драко. Он должен это видеть.