Чтение онлайн

– Нет, ты что делаешь?
– бормочу гораздо тише, чем хочу.Получается почти беззвучно. Голос предательски срывается, и у меня совсем не получается возразить так, как я собираюсь.- Ничего не делаю, - нагло лжет Хан.

– Нормально все.А сам уже и низ моего купальника полностью стягивает. За верх берется. Легко меня от него избавляет, дергая за тесемки.- Нет, нет, - мотаю головой.Напрасно пробую задержать его, помешать движению рук. Хан действует четко, уверенно. Ничем не сбить, не переключить его внимание.- Мне же холодно!
– выпаливаю.Не то, чтобы купальник мог сильно согреть. Да эти два маленьких клочка ткани едва ли тепло добавляют. И все-таки попробовать стоит.Сам тебя согрею, Василиса, - заявляет Хан.

– Не мешай. Не отвлекай меня от дела.Я бы и рада отвлечь, но не похоже, будто хоть что-то из моих действий работает.И ладно бы только это...Холод больше не пугает. Холода теперь практически не ощущаю. Моя кожа вспыхивает под пальцами Хана. Впечатление, будто все мое тело в момент воспламеняется. Кажется, огненные змейки бегают от груди к животу. Ниже разливаются, струятся по бедрам, оплетают икры, обхватывают лодыжки, а после снова вверх. Будто потоком. Мощным рывком. Обжигают. Опаляют.Везде, где пальцы Хана дотрагиваются до меня, чувствительность обостряется до предела. Нервы оголяются на максимум.Большие ладони скользят по моей груди. Проходятся по рукам. Поглаживают. И пусть едва дотрагиваются, меня все равно начинает потряхивать.Дрожь пробегает по телу. Теперь не от холода. Крупная дрожь, раскаленная.Он прижимается ко мне теснее. Снова. Так тесно, что невольно вскрикиваю. А после осознаю, что не только я теперь без одежды. Он тоже. Бесстыжий.- Хватит, - выдыхаю нервно.Упираюсь ладонями в его грудь. Стараюсь от себя отодвинуть. Но голос опять звучит совсем тихо, с трудом различимо. А движения получаются вялыми. Он кажется, даже не замечает моих жестов. Или не хочет замечать.

В любом случае, Хан даже на миллиметр не сдвигается.Все, все, - шепчу.

– Не надо.Что - не надо?Он дышит тяжело и шумно. Его глаза буквально впиваются в мое лицо. Жадно изучают. Совсем как его пальцы - мое тело.

Скользят все более уверенно, без тени стеснения. Прикасаются везде.Чувствую крупные ладони на ребрах. На животе. На бедрах. И на ягодицах. Хан буквально притискивает меня к себе. Жарче. С животной алчностью.Ничего не надо, - выдаю сквозь судорожный выдох.Ты же сама хочешь, - заявляет он хрипло.Почти касается моих губ, когда произносит это.- Не хочу, - замечаю взволнованно.- Прекрати.Лгунья.Нет, я правда не...Я же чувствую.Вяло качаю головой, потому что разум совсем затуманенный, мысли будто из свинца, все сильнее спутываются, тяжело подобрать осмысленный ответ.- Да, Василиса, да, - низкий голос Хана действует будто ушат кипятка.

– Ну ты и обманщица. Всегда такая мокрая была, когда тебя целовал? А ну давай.Признавайся.Он двигает бедрами.Моментально дергаюсь. Поясница рефлекторно прогибается, словно бы в такт его движению.Отчаянно стараюсь подобрать достойный ответ или хоть что-то подходящее вымолвить, однако в следующую секунду Хан накрывает мои губы поцелуем. Будто финальный аргумент.Мысли - в пепел. Тело вспыхивает еще сильнее.Чувствую его. Горячего. Твердого. Непреклонного. И с ужасом ловлю себя на том, что протестовать совсем не выходит. Уступить хочется. Подчиниться.И так тянет продолжить. Не только поцелуй. Больше.

Хан продолжает меня целовать. Жарко. Глубоко. Страстно. Даже немного жестковато. Потому что дыхание перехватывает от его неистового напора.И то, что между нами происходит, заходит намного дальше обычных поцелуев. Его движения будто с ума сводят. Он продолжает толкаться в меня своими бедрами, вжиматься крепче, мощнее.

Дает прочувствовать всю силу и мощь своего возбуждения. Весь накал.Твердость кажется раскаленной. Пульсация от него словно бы и мне самой передается.

Заражает чем-то острым, ядовитым. Чем-то таким, что не удается контролировать.Прогибаюсь под ним. Подаюсь вперед. Открываюсь навстречу его сводящим с ума движениям.Впечатление точно расплываюсь. Плавлюсь под стать воску. Разум затуманивается настолько, что забываю, где нахожусь.На ледяных скалах. Посреди шторма.Больше не чувствую никакого холода. Горю. И вода кажется мне жидким огнем, который охватывает все мое тело. Пожирает мысли. Подавляет волю.Теряюсь в этом бурлящем водовороте. Сама себя не узнаю.Разве это могу быть я?Обвиваю широкие плечи Хана руками. Обнимаю его мускулистые бедра своими ногами. Прижимаюсь к нему. Сама тянусь. Льну и целиком отдаюсь порыву.Он отрывается от моих губ, смотрит прямо в глаза.Дыхание все равно сбивается. Будто он все еще меня целует, неистово впиваясь в мои губы.- Я тебя чувствую, - хрипло произносит он.

– Ты готова для меня.Наверное, в этот момент еще можно ему отказать. Пробормотать короткое «нет».Но у меня не выходит даже звук выдать, не говоря уже о чем-то более осмысленном.Похоже, все в моем виде дает Хану четкий ответ. Без слов. Без лишних подтверждений.Мое тело ему полностью сдается.А ум попросту выключен. Очнуться уже не пытаюсь. Глубже ныряю. Ощущение будто уношусь в самое сердце бездны. На полной скорости. Мчу без тормозов. Отдаюсь моменту.Отдаюсь ему.Буду осторожен, - говорит Хан.

– Тебе понравится. Будет круче. Жарче, чем сейчас. Ты улетишь, прекрасная моя. Обещаю.Он толкается вперед.Вспышка боли обдает мои бедра. Короткая, ранящая. Заставляет дернуться и вскрикнуть.Слезы подступают к глазам.Тише, выдает Хан.Тише, моя маленькая. Сейчас. Надо время. Надо привыкнуть.

Пока тяжело представить, что к такому можно привыкнуть.Его плоть ощущается очень сильно. И я осознаю, что он проникает в меня полностью. За единственный толчок погружается до предела.Плоть упирается в плоть.Не могу сделать вдох. И выдохнуть тоже не могу. Кислород обжигает легкие. Пульс приходит в бешенство. Напряжение овладевает каждой клеткой.Издаю нервный хныкающий звук.Тихо, родная моя. Хорошая моя. Василиса, тише, - продолжает прибалтывать меня Хан.Больно...
– выдыхаю сдавленно.?

– Скоро пройдет, шепчет Хан.Но он слишком крупный. Везде. Кажется, там - особенно. Для меня. Настолько крупный, что тело сопротивляется против такого вторжения.Однако Хану известны запрещенные приемы. Как из одной искры выжечь одержимый отклик.Он целует меня. Накрывает мою грудь горячими ладонями. Ласкает. Нежно, медленно, оголяя нерв за нервом. Не двигает бедрами. Дает возможность приноровиться.Сначала боль затихает. Отпускает. А после появляется возбуждение. Сперва едва ощутимое, слабое, оно захватывает все стремительнее. Заряжает. Берет под свой контроль. И вот уже натянутые мышцы расслабляются. Нервы все меньше искрят. Вернее совсем другие искры мною овладевают.Кончики пальцев поджимаются. И на стопах, которые скользят по твердому камню, не замечая никакого намека на холод. И на ладонях, которые вцепляются в плечи Хана.Стон вырывается из горла.Бросает в дрожь.Совсем не от того, что я заледенела.От тяжести его тела, от близости, от ощущения подавляющей мощности. От жара смуглой кожи. От диких поцелуев. От неистово нежных ласк, когда он дотрагивается до моей груди. Сжимает соски, перекатывает их между пальцами. Потом склоняется. Втягивает сосок в рот. Ласкает уже языком. Обводит. Надавливает.Отрывается не сразу. Лишь вдоволь позабавившись, доведя меня до накаленного состояния.- Хочу тебя, - заявляет Хан так, будто... заявляет свои права.

– Хочу пиздец как.Выдает это короткое признание. И снова накрывает мой рот своими жадными губами.А у меня мелькает мысль, что хотелось бы услышать нечто другое, но вскоре это все сгорает под напором искушения. Близость захватывает. Захлестывает.Забываю, в чем сомневалась, чего желала, чего мне тут не хватало.Пока Хан целует меня, оставаясь глубоко внутри, чувство возникает, будто все правильно. Так и должно быть.И сейчас ничего не важно. Даже то, что все может оказаться просто красивой иллюзией. Ранить меня.

Хан начинает двигаться. Очень медленно. Плавно. И мои бедра подаются вперед в ответ на каждый его будто намеренно растянутый толчок.Инстинкт включается на глубинном уровне. Сама не замечаю, как это происходит.Движения Хана тягучие. Пробирающие до трепета, до знобящей дрожи.Он заполняет меня без остатка. И чувство такое, словно хочет проникнуть глубже.Не только в тело. Дальше. В душу. Хочет каждую клетку собой заполнить.И что-то внутри меня отзывается очень мощно. Бурно. Что-то буквально взрывается от нашего тесного контакта.Ощущение будто всполохи искр переполняют изнутри. Кожу покалывает. Точно жидкий огонь разливается внизу живота, а после по бедрам, по икрам. И вверх проносятся раскаленные стрелы. Под ребра. К груди. Так, что воздуха резко перестает хватать.Пробую глотнуть кислород - не получается.Теперь нереально поверить, что совсем недавно меня всю колотило от холода.Сейчас от другого потряхивает. И температура вокруг ни причем.Меня всю прошивает насквозь этими новыми, ни с чем не сравнимыми ощущениями.Боли не чувствую. Острая пульсация переполняет. И я невольно прогибаюсь под Ханом. А потом еще плотнее к нему льну. Обвиваю его плечи. Крепче. Впиваюсь ногтями. Царапаю. И приглушенно всхлипываю, ведь его рот накрывает мой. Еще жарче, жестче. Он мои всхлипы пьет. Пожирает стоны.Мы сливаемся. Снова и снова. Момент накаляется. И уже кажется, все вокруг воспламеняется. Нет. Даже полыхает.Трудно понять, как посреди разыгравшейся непогоды, в сырости и холоде, я сгораю в пепел.Толчок за толчком. Все ближе к самому краю.Пульсация внутри нарастает. И я настолько запутываюсь, что уже не могу разобрать, где мой пульс, а где его. Все вибрирует. Содрогается. Трепещет.Раскалывается.Застываю на грани. Между темнотой и светом. Между пламенем и льдом. Все сливается. Переплетается.Хан до жути горячий. Очень твердый. Мощный. И он толкается в меня все сильнее.Будто разгоняет скорость. А я и так с трудом успевала. Теперь меня и вовсе будто размазывает под ним.Зажата между разгоряченным мускулистым телом и ледяной скалой.Еще толчок. Еще. Быстрее. Резче. Это чувствуется уже почти болезненно. Внутри саднит. Удовольствие спадает. Блекнет.Дергаюсь. Нервно, судорожно. И так получается еще больнее, чем прежде.- Хорошая моя, - хрипло выдает Хан, отрываясь от моих губ.А у меня слезы из глаз. Не только от боли. Наверное, вообще не от боли. Тут совсем другое срабатывает.- Извини, разогнался, - заявляет Хан.