Чтение онлайн

Именно тогда я это чувствую. Властное присутствие, которое входит в зал, как хищник на охоту. Словно король, снизошедший до своего Двора.

Я замираю на месте, не зная, хочу ли я посмотреть вниз, в сторону или вверх, чтобы помолиться самой Дикой Богине. Но затем он обходит буфет и останавливается рядом со мной — как будто он здесь не для того, чтобы увидеть меня, а просто для того, чтобы посмотреть на столовую. Но меня не проведешь. Я нутром чую, что он пришел сюда, когда почувствовал мое присутствие.

Интересно, все ли мои суженые могут чувствовать, где я нахожусь во времени и пространстве, даже сквозь мои поднятые щиты? Дикарь смог выследить меня, когда я сбежала от них, но только потому, что он был внутри меня. Но теперь, очевидно, Лайл тоже может.

Мы ничего такого не делали в пещере. Я бы знала, случись с нами нечто подобное.

Моя анима умоляет меня посмотреть на него, и поскольку мы обещали сотрудничать друг с другом, я подчиняюсь.

Когда мой взгляд останавливается на нем, у меня перехватывает дыхание. Он действительно потрясающий зверь, несмотря на все цепи, которыми, по словам моей анимы, он себя сковал. Длинные волосы идеально зачесаны назад, сверкая золотом в лучах солнечного света, который струится сквозь витражи, занимающие одну сторону зала. Эти янтарные глаза пристально изучают меня, оглядывают с головы до ног, словно он опасается, что я могу взорваться в любой момент и поубивать всех вокруг.

Беспокоится. Лайл Пардалия беспокоится обо мне. Осознание этого одновременно вызывает и раздражение, и… что-то еще. Мой взгляд опускается на его шею, где, конечно же, я ничего не вижу из-за собственных щитов. Впервые в жизни я проклинаю их.

— Мисс Аквинат, — говорит Лайл. Как голос мужчины может быть одновременно и сладким как мед, и твердым как сталь?

— Да?

— Вы задерживаете очередь.

Я бросаю взгляд на анимуса-орла поблизости, терпеливо ожидающего, но явно изучающего меня.

— Точно, прошу прощения.

Я быстро разворачиваюсь, чтобы присоединиться к своим друзьям за нашим обычным столиком в центре зала, проклиная свою глупость. Наверное, мне и одной еды будет достаточно.

Пока я иду, множество глаз скользят по моему лицу, моей груди, моей заднице. Я чувствую на себе их взгляды, как прожорливых хищников, которыми они и являются, и, клянусь богами, как я могла забыть, что эти голодные ублюдки численно превосходят нас, анима, в пять раз? Приходится изображать свирепый взгляд, услышав шепотки, когда я прохожу мимо заполненных столов. Я вышагиваю медленной, уверенной походкой, чтобы доказать всем, включая Лайла, что мне глубоко наплевать на то, что они обо мне думают.

Усевшись напротив задумчивой и хмурой Ракель, я сразу замечаю три вещи.

Во-первых, никого из моих суженых нет за их обычным столом в задней части зала. Он пуст, и от соседних столиков доносится пара ехидных «Где ты была, зайчонок?», брошенных хищными птицами, которые думают, что у них есть шанс со мной, поскольку мой орден-прикрытие — орел.

Во-вторых, в спешке я забыла надеть нижнее белье. Бюстгальтер в том числе. Мои соски видны сквозь тонкий материал облегающего синего мини-платья. На самом деле мне нравится, что оно облегающее, потому что после четырех недель, проведенных без одежды, оно кажется второй кожей, и я могу легко его игнорировать.

Но я забываю о шоу, которое устраивают мои соски, когда замечаю третью вещь.

Минни нет за нашим столом.

Она сидит за столом, который занимают кошки-старшекурсники, и вокруг моей лучшей подруги ощущается плотная концентрация энергии. Этот столик предназначен для одиночек, таких как тигры и ягуары, которые не любят общаться, но и не могут сесть где-нибудь еще. У каждого есть свое место в обеденном зале «Анимус», и это один из столов, от которого все стараются держаться подальше.

Рядом с Минни сидит огромный самец, совершенно мне незнакомый.

Это, кричат мои инстинкты, опасный самец. В последний раз, когда у меня было такое чувство, я встретила Косу в подземелье Полупернатого, погруженного во тьму, закованного в цепи и обнаженного. От воспоминаний меня пробирает дрожь. Но если Коса весь бледнокожий и серебристый, то этот зверь сплошь темнота. Короткая стрижка обсидиановых волос, две черные полосы вместо бровей и легкая щетина. Его радужки — не что иное, как полуночные сферы, обозревающие зверей вокруг с холодным, режущим доминированием, которое не подлежит оспариванию. Жестокая ухмылка кривит его губы, когда он обращается к сидящим за его столом.

Самцы смеются, но как-то нервно и натянуто.

Я понимаю, почему мои анимы в смятении. Мой примитивный женский инстинкт кричит, что я должна увести от него всех наших женщин. Что он тот самый зверь, который будет выжидать, чтобы напасть из высокой травы. Он не во вкусе Минни. Ни в коем случае.

Но Костеплет во мне задает маленький любопытный вопрос.

— Выглядит как тип, который хватает за волосы и тащит в койку, да? — ехидно замечает Сабрина, ковыряя свой фруктовый салат.

Мы все хмыкаем в знак согласия, подозрительно прищурившись на парня.

Стейси внезапно откладывает вилку.

— Подождите, это же не тот бывший, от которого были одни неприятности? Тот самый член банды, из-за которого она попала сюда?

— Дерьмо, — соглашается Сабрина. — Тот, о котором она нам рассказывала во время первого карантина.

— Он альфа-т-тигр, — бормочет Ракель, оглядываясь через плечо. — Только п-посмотрите на него.

В нашем мире альфа — это зверь, обладающий такой доминирующей силой, что другие самцы следуют за ним. Они отлично контролируют дары своего ордена и являются лидерами на своей территории. И этот самец метит сейчас не только свой стол, но и соседние, как будто так и надо. Все кошачьи, как анима, так и анимусы, заискивают перед ним, энергично кивают и с вниманием поворачиваются в его сторону на своих стульях. Даже некоторые волки и птицы, сидящие чуть поодаль, с интересом наблюдают за происходящим.

Я оглядываюсь в поисках Йети, главного тигра в Академии и лидера кошачьего ордена здесь, чтобы увидеть реакцию на эту новую угрозу, но его здесь нет.

Клюв сидит за своим столом с непроницаемым лицом. Он ловит мой взгляд, и его глаза немного расширяются. Он переводит взгляд с Минни на нас, рассвирепевших анима, и, словно зная о чем я думаю, слегка качает головой.

Предупреждение. Инструкция.

И то, и другое мне чуждо.

Минни даже не заметила, как я вошла, ее взгляд был прикован исключительно к этому огромному, жестокому зверю. Моя подруга имеет полное право добиваться любую аниму или анимуса, которых она захочет, но мой первобытный инстинкт кричит мне увести сестру по стае подальше от этой опасности, скрытой в человеческом теле.

Стейси достает свой тайный телефон, вероятно, просматривая социальные сети в поисках какой-либо информации. Сабрина бормочет себе под нос какие-то проклятия, в то время как Ракель мечет глазами кинжалы по залу.

Я осознаю, что вскочила на ноги, только когда ложка Ракель замирает на полпути ко рту.

— Лия, нет.

Но я смотрю только на Минни и на явную опасность, в которой она находится, и на Герти, на ее плече, желтом нимпине, выглядящей очень неуютно. Как будто она на волосок от того, чтобы выпятить грудь и заорать ту особенную песню, которую могут петь все нимпины.