Его десятый развод
Шрифт:
– Вообще-то сейчас его жена – Валентина! – спешит защитить меня сестра.
– Это ненадолго! – отбривает ее Амалия, и снова обращается ко мне, – узнаю, что ты залезла к нему в постель – убью!
– А если он сам полезет к Валентине? Она – девушка красивая, молодая и невинная… не то, что ты! – злит Амалию Тамара. – Ваш бывший муж – мужчина, которому не отказывают. Вы же сами знаете!
– Обе дряни! Из какой только мусорки тебя мой муж откопал?! – Амалия идет пятнами под тональным кремом. – Я тебе все сказала! – шипит она мне в лицо. – Ты меня поняла!
ГЛАВА 2
ВАЛЕНТИНА
Пользуясь тем, что мой муж исчез из виду, я тоже выхожу из банкетного зала. На меня мало кто обращает внимание, в основном все внимание было приковано к Константину Харитонову.
Мне же надо хоть немного побыть в одиночестве. Перевести дух хотя бы в дамской комнате!
– Заткнись, Аля! – раздается приглушенное шипение отца.
Я вздрагиваю. В коридоре ресторана я одна. Быстро смотрю по сторонам.
– Возьми себя в руки, тупая идиотка! – голос отца доносится… из предбанника, примкнутого к лаундж-зоне.
Рядом никого нет, и отец, пытающийся привести в чувство мою маму, думает, что их никто не слышит.
– Я… я не могу, Руслан! – всхлипывает мама, размазывая черные круги потекшей туши. – Руслан, пожалуйста! Она ведь моя дочь! Как ты можешь быть таким жестоким?!
– Тварь! – шипит отец. – Только попробуй сорвать мне всё!
Он хватает мать за плечи, и… окунает ее лицом в огромный аквариум!
Отец всегда был жестоким, циничным, беспринципным мужчиной, но то, что я наблюдаю сейчас, притаившись за искусственной изгородью, разделяющей коридор и лаундж-зону, не лезет вообще ни в какие ворота!
Это слишком. Даже для него. Мать начинает дергаться. Я боюсь, что он просто ее утопит! И в тот момент, когда я уже готова вмешаться и вступиться за маму, он резко выдергивает ее на воздух. Мать жадно ловит ртом кислород.
– Успокоилась?! – рычит отец ей в лицо, вместо того, чтобы извиниться.
Мать быстро кивает. Капли с ее лица, вперемешку с макияжем, капают на белоснежный пол.
Мои руки мелко трясутся. Кажется, я увидела то, что не должна была видеть ни при каких обстоятельствах!
– Запомни, тварь, обратной дороги нет! Ты сама во всем виновата! Теперь пожинаешь плоды своих грехов!
Мать мелко кивает головой.
– Кажется, ты все еще не поняла! – отец снова хватает ее за плечи, чтобы, видимо, повторить погружение.
– Я… я поняла, Руслан… – заикается от страха мать.
– Тогда вот, проглоти! – отец вытаскивает блистер с какими-то таблетками. Выдавливает из него одну и протягивает матери.
– Не надо… я… спокойна…
– Проглоти! – добавляет в голос металла отец.
– Ты меня весь месяц успокоительными пичкаешь, Руслан… – слабо отбивается мать.
– А ты все никак не уймёшься! – отец надавливает пальцами ей на челюсть, и впихивает таблетку.
Дождавшись, пока она ее проглотит, он всучает ей ее сумочку.
– Приведи себя в порядок, накрась лицо, и возвращайся в зал! – следует его беспринципный приказ.
Я еле успеваю отскочить. Отец намеревается выйти из лаундж-зоны. Еще секунда, и он меня увидит!
Мне ничего не остается, кроме как кинуться к ближайшей по коридору двери. Дверь поддается, и я молниеносно скрываюсь за ней.
Перевожу дух и оборачиваюсь.
Снова коридор. Точно такой же. И несколько дверей. Я жду минут пять, чтобы отец наверняка вернулся в зал, и толкаю ту, в которую вошла. Но, оказалось, я ошибаюсь. Опять бесконечные коридоры!
Черт, кажется, я заблудилась. И никого! Ни души! Даже мобильный остался за нашим столом в моей сумочке из белоснежных бусин.
Я начинаю проверять каждую дверь. Пока одна из них не открывает передо мной апартаменты!
Даже не знала, что к загородному пафосному ресторану примыкают отельные номера.
Мне бы покинуть этот номер, но после всего что я только что увидела, мне самой не помешает умыться! Причем, ледяной водой! И хотя бы немножко посидеть на диванчике в одиночестве.
Поэтому я, тихонько прикрыв за собой дверь иду обследовать номер. Мягкое ковровое покрытие скрадывает стук от моих каблучков.
Но то, что я слышу дальше, быстро заставляет меня замереть на месте.
Там, где я сейчас нахожусь, это как бы гостиная, а за едва прикрытой дверью я снова становлюсь невольной свидетельницей чужого разговора!
– Тебе нравится меня дразнить, да, Костя?
Этот женский голос я слышала уже дважды за сегодня! И он принадлежит Амалии. Первой жене моего мужа. Ну а Костя, как ни сложно догадаться, и есть никто иной, как сам Константин Харитонов! Мой супруг, за которого меня сегодня выдали замуж!
– Нравится смотреть, когда я злюсь и ревную, да милый?
Черт, опять я нарвалась на то, что не предназначено для меня. Харитонов и его бывшая супруга уединились в апартаментах для сексуальных игрищ, это и ежу понятно. У богатых свои развлечения. Я – просто фикция в этом браке. Десятый лебедь в восьмом ряду. И я не должна ревновать своего новоиспеченного супруга к его бывшей жене!
Поэтому очень тихо, разворачиваюсь на цыпочках, и хочу уже оставить сладкую парочку наедине, но следующие слова Харитонова заставляют меня остановиться:
– Я проведу с ней ночь, Амалия!
С «ней», это со мной?! И говорит как, спокойно, уверенно. С насмешкой!
– Нет, ты этого не сделаешь, милый! – в голосе Амалии чувствуется беспокойство.
– Что-то помешает мне провести брачную ночь с моей новой женой? – спокойно интересуется Харитонов.
– Она не в твоем вкусе! – не уверенно заявляет Амалия.
– С чего ты взяла?
– Ты любишь пышногрудых блондинок, милый! Таких как я! Чтобы и бедра сочные были, и попка как у меня! А она – угловатая шатенка. Гадкий утенок! Ни рожи, ни кожи!
– Я бы так не сказал. – спокойно возражает Харитонов. – Девочка с характером. С норовом. Мне будет даже интересно ее обуздать!
– Ты уже успел разглядеть ее характер, милый? – с тревогой в голосе спрашивает Амалия.
– И не только. – спокойно подтверждает Харитонов.
А мне становится так мерзко! Обсуждают меня, будто я не живой человек, а кусок мяса!