Чтение онлайн

— Что читает младое племя? — с кислой ухмылочкой поинтересовался он, вскакивая и опрокидывая книгу обложкой наружу.

— Угу! — вскинул он брови и зачем-то впервые вгляделся в Тутора внимательно. — И как?

Курсант Тутор не совсем понял вопрос и решил по-привычному схитрить, уводя дискуссию в сторону. Он начал подниматься с табурета, желая строевой выправкой забелить отсутствие в голове ответа. Это был известный и распространенный в Академии метод. Бывало, четкость выхода к доске уже обеспечивала удовлетворительную оценку или набрасывала балл сверху. Быть может, именно таким непреднамеренным образом преподаватели воспитывали в «зелени» командирскую уверенность? Но сейчас не получилось.

— Сиди, сиди! — остановил его прыть броне-майор, водружая на плечо увесистость ладони. — Как думаешь, курсант, почему генерал Псаммет-Сас не добил «баков» возле хребта Мулу-Мулу?

Тутор не знал, он смутно помнил имя генерала-героя, о чем-то говорило и название гор, но что там конкретно произошло? Он снова попытался встать — глупая попытка, похоже, майор оперся на него всей своей тушей.

— Ладно, — сказал дежурный по корпусу, блеснув стеклами. — По этой книге вряд ли можно усечь суть. Издают же такую вялость. — Он потеребил обложку и захлопнул Учебник. — Вот смотри, — сказал он, извлекая откуда-то из пространства хронопластину. — Танки «баков» стояли в основном здесь и здесь. — Пухлая рука уже мельтешила перед глазами Тутора, орудуя малюсеньким хронокарандашом. — Наши корпуса находились от них…

И в голову курсанта Тутора полились цифры, а стрелы обходных маневров зажили самостоятельной жизнью. Майор говорил, говорил и говорил. Заблестел за окном розовый рассвет — предшественник восхождения Кровавого Пожирателя, а он все говорил. Уже розовая заря приобрела желтизну, предсказывая появление Рыжей Матери, а карандаш броне-майора все еще чертил, и сыпались изобильностью цифры.

И когда сияющие лучи убили электрические вкрапления коридоров, возвращая из заколдованности власть метлы и швабры, это уже случилось — Тутор влюбился в тактику.

В весовых характеристиках «боевой горы» была еще одна асимметричная деталь. Из полутора миллиона килограммов экипажа на женскую часть команды приходилось только триста тысяч кило. Правда, Тутор-Pop считал и такое количество излишним — этим, несмотря на все препоны, раскрашенным, отвлекающим от созерцания экранов и натяжения гусениц личикам генерал-канонир предпочел бы мускулистые, затянутые в форму бицепсы мужчин. Нет, он не был гомосексуалистом, и вот именно как нормальный самец считал, что дамам не место за пультом управления стрельбой, и уж тем более их тонкие пальчики не должны поглаживать гашетку игломета. Однако, как здравомыслящий человек, он понимал, почему число женщин в армии не убывает, а в процентном отношении даже растет. От всех этих басен легковерным ушам об уравнивании обоих полов в правах он, разумеется, посмеивался. Дело было именно в обратном — в превосходстве мужского мяса для целей войны, в его все большем дефиците в связи с постоянным ростом числа армий и флотов. Приходилось экономить его для отраслей, в которых нужны мужество, сила и выносливость. Для десантников, тяжелой пехоты и корабельных канониров, для всех прочих мест, в которых тонкость женской психики и ручек слишком быстро изнашивалась. К сожалению, благодаря механике и автоматике наведение пушек более не требовало развитого абстрактного мышления — бездумного умения манипулировать кнопками в заранее заданной последовательности хватало с лихвой. Потому в том же процентном измерении все большее число мужчин перемещалось во все менее интеллектуальные сферы боевых ремесел. Тутор-Pop с опаской думал о том времени, когда даже командирами «гор» станут женщины, а мужчины разучатся делать что-либо кроме метания двустороннего топора и вождения «Циклопов». Однако теперь, похоже, дальнейший прогресс в науке ушел в предание, так что очень скоро женщинам, в силу историческо-технологического коллапса цивилизации, придется возвратиться к кастрюлям и пеленкам, то есть к своему естественному, назначенному природой занятию. Это соображение придавало Тутору-Рору бодрости.

И длинные карточные стрелы ударных амфибийных сил Республики, берущие в железную клешню тяжесть северного материка, пухлыми лупами аэростатных разведчиков выискивающие в рельефе, в воронковых оспинах суши, в копчености пришибленной атмосферной подушки некоторые поводы для сомнений в эффективности первичного удара. И непрозрачные лица броне-маршалов, их большие, способные утопить в ладони стакан, отвыкшие работать руки, сейчас нагруженные скребками и граблями тактических боеголовок, так нужных для зачистки плацдармных трамплинов, кровь из носа, требующихся для бросков в глубь выжженного континента.

И прущие сквозь экватор линкорные конвои сопровождения перевозчиков «боевых гор», и медленные потоки обычных транспортов со всякой необходимой для эффективно-плановой войны мелочевкой. Тем, кто ступит на битые атомной дубиной развалины Империи, не приходится рассчитывать на лихость рейдов за трофейной утварью — базовые склады Эйрарбии уже пыхнули дымной метелью, уже зачернили горизонтную синь разложенной на молекулы амуницией. А потому запас продовольствия каждому готовому к битве воину, и не на один месяц, и сапоги — десятки пар на нос. Нет, не многоножки они, и обувь в Брашской армии не одноразовой носки, но теперь там, куда ступят пехотные легионы, повышенный радиационный фон. И ляжет этот фон с пылью-грязью в первую очередь на блестящую чернь сапог.

А значит, если б в Республиканском войске, штурмующем океан Бесконечности, был бы всего миллион двуногих носителей обуви, то и тогда каблукасто-подошвового добра требуется не один морской караван. Но в легионах южан одной только пехоты гораздо больше. Да, не все из них переживут предписанную им гору блестящей обувки — война, даже в самом победном варианте, опустошительная ротная рулетка. Но ведь и сами сапожные завалы могут попасть под удар. И потому болят головы у военных снабженцев — им бы плоско-однозначные заботы капитанов транспортов: совмещай ежечасно реальность с картой да отслеживай штурвалом дрожь компасной стрелы.

Разумеется, нельзя было отрицать, что от женщин на борту «боевой горы» есть дополнительный прок помимо исполнения непосредственных служебных обязанностей. Тутору-Рору приходилось это признавать.

— Ты знаешь, мне все в казарме завидуют, — проговорила она, разглаживая островок скрученных спиральками волос на его груди.

Да? — выплывая из неги, отозвался он. — Может, мне нужно завести гарем? Расписать дополнительный график дежурств для планшетисток и телефонисток?

— Пугаешь? — спросила она, не прекращая играть с его неподатливыми волосами. — Зря пугаешь. Я выпью тебя до капли — не оставлю им ничего.

— Ни чуточки не сомневаюсь, штаб-сержант. — Он наконец поднял веки.

— А я думаю, сомневаешься, мой милый генерал. — Она скатила голову с его плеча на грудь, и ее черная грива, расплескавшись, накрыла огромную площадь: тонкие пряди защекотали и нос и подмышки одновременно.

— Тайм-аут! — взмолился он, содрогаясь от поцелуя. — Прошу маленький тайм-аут!

— Никаких, — прошептала она с очаровательной интонацией, — На вас нет погон, и я не различаю звание. Так что подчиняться не собираюсь. Перерывчик миновал. Я тебе сделаю гарем. Сейчас ощутишь.

Они знали друг друга достаточно долго. Почти цикл миновал с того момента, когда однажды он оказался с ней в «куполе» один на один. Было ли это достигнуто усилиями одной из сторон? Скорее обеих, хотя случайность тоже сыграла известную роль. А возможно, все было предрешено усилиями богини любви — Бледной Матери, той, что пялится с неба по ночам, когда за горизонт проваливаются все три пылающих светила. Астрономы утверждают, что она сияет отраженным светом. Может быть, но дело свое она вершит отменно. И, следуя указанию планеты-спутницы, они влюбились, причем оба, хотя Тутор-Pop был старше и по возрасту и по званию. Может быть, серебро аксельбантов придавало его пробивающейся седине новый неотразимый для женщин блеск? Может быть.

И она вошла в его жизнь. Он очень надеялся, что Бледная Мать будет покровительствовать их встречам еще достаточно долгое время, несмотря на то что теперь за дела Геи взялись совсем другие, не слишком любвеобильные боги.

Выводы экспертной комиссии по разработке темы

«Синхронное задувание солнц»

ДОКУМЕНТ 1

Секретность изложенных рассуждений наивысшая, хотя сами выводы являются гипотетическими прикидками и в реальности могут быть ошибочными.