Чтение онлайн

– И тебе разрешили дружить с простым мальчишкой?

– Ну, он ведь не совсем простой, - возразила Оливия, - знаешь, как я удивилась, когда увидела его, а дядя Алекс сказал, что у Ми большой магический потенциал. Я тогда пила чай с дедушкой в его кабинете. Он вообще, меня всячески баловал. Разрешал приходить к нему, даже когда вел деловые переговоры, - Оливия гордо выпрямилась.
– Миэль выглядел таким потерянным, из-под старой шапки торчали лохматые косы. Мой дед сначала не поверил и отправил их отрабатывать свое жалованье. Но господин Дарбадор, гостивший в тот момент у нас, подтвердил, что мальчик, действительно маг.

Я слегка поморщилась при упоминании этого господина, до сих пор не знала, как мне к нему относиться. Всем своим детским сознанием я ненавидела этого оборотня, но будучи достаточно разумной, понимала, все его поступки преследовали строгую цель. И ни одна из них не принесла мне ничего плохого. Пока не принесла.

– Что-то я не совсем понимаю, - растерялась Медая, - расскажите по порядку. Миэль, как ты попал в родственники к Оливии?

– О, это долгая история, - отмахнулась я, - не уверен, что тебе будет интересно.

– Жутко интересно, - в глаза дриады мелькнул огонек любопытства.

– Ну, про родственников, это из-за дяди Норса, - сказала я, - он считается очень дальним родственником из какой-то обедневшей ветви Родношев. Он взял меня под свою опеку, когда я остался без матери, он опекает всех несовершеннолетних, работающих в садах Родношев. А мама, - я сделала паузу, стараясь не возвращаться к этим воспоминаниям, - она сильно болела. Сколько я могу помнить свое детство, она постепенно угасала, только понимать я это стал уже после моего семилетия.

– Как страшно, - приглушенным голосом сказала Медая, - а что случилось? Почему она заболела?

– Лекари никак говорили, что она плохо перенесла акклиматизацию при переходе в Карамрант, и с годами это очень плохо отразилось на здоровье. Откуда мы пришли я тоже не знаю, пока. Но обязательно выясню, - меня саму давно грыз этот вопрос, почему мать выбрала именно этот мир из всего сплетения, и почему она никогда не рассказывала.

– Бедненький, столько испытаний в таком юном возрасте, потеря родителей, тяжелая работа, чтобы выжить, - Медалая чуть не плакала. Она, конечно, слишком драматизировала, или просто тот отрезок времени воспринимался мной уже не столь болезненно.

– Просто я старался беречь мать, больше у меня никого не было. Когда мне исполнилась десятая зима, она уже не вставала с постели. Тех денег, что платил мне барон за работу в саду, вполне хватало, чтобы прокормиться. Я не могу сказать, чтобы это было совсем тяжко.

– А как же детство? Игры, сладости, праздники, школа?
– Медалая начинала хлюпать носом, а я раздражаться. Нет, я, конечно, понимала, что расспросов не миновать, но как-то не очень хотелось откровенничать о своем прошлом.

– Будешь ныть, больше ничего не расскажу, - притворно сердясь, я посмотрела на девушку.

– Я буду держать себя в руках, - она отерла рукавом глаза и улыбнулась, - но только расскажи, мне же жутко интересно.

– Неужели, пока вы вчера болтали о девичьем, не успели перемыть мне кости? – съязвила я.

– Про себя рассказывай сам, - Оливия развела руками, я обреченно закатила глаза.

– Я учился, где-то с год, в швейной мастерской у известного портного. И даже делал успехи, - важно произнесла я, - но потом мне стало не хватать денег, чтобы платить за обучение, ведь наша маленькая семья стремительно беднела, болезнь матери не давала ей работать, мы еле сводили концы с концами.

Я прекрасно помнила, как никто не хотел брать на обучение бедную девочку, которая уже не могла оплачивать учебу, даже школа, которая должна была, каждый год набирать класс бедных учеников отказалась, а ведь это была их работа. Да и школьных принадлежностей купить, увы, я не смогла бы. Но вот как бы ни было тяжело, ни разу я не попросила милостыни, не могла переступить через свою гордость. Ведь, разве ребенок виноват в том, что так распорядилась судьба, и пришлось забыть про детство, кукол и сладости. Но вслух эти мысли я, конечно, не озвучила.

– Но даже это не значит, что Миэль не получил необходимое образование, - подметила Оливия.

– Да, мама начала учить меня многим вещам очень рано, - согласилась я, - она наверно понимала всю серьезность своего недуга, старалась научить всему, что знала сама. Я научился стирать и варить суп, раньше, чем научился писать, и, между прочим, был горд этим. А пока я занимался домашними делами, она рассказывала мне об устройстве Сплетения Миров11, о мироздании, добре и зле, религиях и расах, об основах магии. Можно сказать это было моя первая ступень образования, и надо заметить, не хуже, чем в школе.

– Прошу прощения, у вас свободно? – прервала мой рассказ подошедшая особа, с такими же янтарными глазами, как у Оливии.

Я ни секунды не засомневалась, что она из рода оборотней высшего порядка. Светло-серые с серебринкой волосы Дэйлары, так потом представилась девушка, были длиной чуть ниже плеч, убраны в две косы, что заплетались из свободных прядей и мелких косичек. Челка почти падала на глаза, скрывая их янтарный цвет. Леди Изабелла рассказывала, что многие представители из высших оборотней имели глаза всех оттенков янтаря. Род Родношев нес в себе кровь оборотней-лисиц, а вот Дэя выглядела настоящей волчицей. И что самое интересное, они, глянув, друг на друга, все поняли, но вражды между ними не вспыхнуло.

– Нет, конечно, - хором ответили девушки и заулыбались.

– Я Дэйлара, приятно познакомиться, - просветлела лицом девушка и присела рядом с Оливией, - я так рада, что встретила, хоть кого-то из своей братии.

Мы все с любопытством посмотрели на нее.

– Ну, я нюхом почуяла, что тут есть оборотень, - потупила глазки Дэйлара, - можно я с вами останусь?

– А я вот ничего не чую, - рассмеялась Оливия, - научишь?

Наша новая знакомая неуверенно кивнула, и девушки потеряли ко мне интерес. Я наконец-таки принялась за еду.

Меня очень радовало, что с Оливией хотят подружиться, она очень хотела, чтобы у нее были подружки. Но вот мне, как парню, вроде должно быть не комфортно в женской компании, так что я не нашла ничего лучше, чем просто читать учебник. Не забыла я и, время от времени, следить за тем, что происходить вокруг. Все вновь поступившие во время обеденного переполоха постепенно стали разделяться на группки.

Аристократы не очень хотели общаться с теми, кто ниже их по происхождению, их оказалась примерно половина девочек и две трети мальчиков. Некоторые барышни расстроились, очень хотелось им внимания молодых дворян. А молодые сынки каких-нибудь графов и баронов, в свою очередь, с кислыми лицами старались улыбаться настоящим леди, страшно подумать, что потом, когда-нибудь, они еще и переженятся, и ведь так и будет. Барон заранее договорился с Оливией, чтобы та подготовила для учебы платья, не привлекающие особого внимания, так что, не имея визуальных знаков отличия, на нас внимание обращали далеко не в первую очередь. Чему я была несказанно рада.