Чтение онлайн

— Не понимаю. А тебе-то зачем невеста?

— Для отца. Он узнал, что Луи уходит, и рвется вернуться в офис. Говорит, что отправится туда, как только его выпустят из больницы. — Ксавье остановился у светофора и нервно забарабанил пальцами по рулю. — Я сказал, чтобы он не волновался, что я возьму все на себя. Но старик упрям, как мул. Говорит, что у меня нет привязанности к дому и делу. Если бы были, я бы давно нашел себе девушку, женился и завел детей. — Он снова покосился на свою спутницу. — Врачи говорят, что ему в его состоянии эмоциональные нагрузки противопоказаны. Если сразу вернется к делам, то его здоровье быстро покатится под откос. Мать волнуется… мы все волнуемся…

Вспыхнул зеленый свет.

— Где ты живешь? — спросил Ксавье, игнорируя неистовые сигналы других водителей.

— Сейчас налево, через два квартала направо, потом еще четыре квартала вперед. Значит, ты собираешься представить меня как свою невесту, чтобы отец согласился передать тебе управление делом?

— Это убедит его, что я всерьез намерен возложить на себя ответственность за наш бизнес. А так оно и есть. Но наличие «невесты» поможет скорее уговорить его. Это позволит сэкономить массу сил, времени и, главное, нервов.

— Да, но это всего лишь игра, Ксавье. — Мишель покачала головой. — А что он подумает, когда узнает, что мы обманули его? Как себя почувствует?

— Думаю, всегда можно сказать, что мы поняли, что не подходим друг другу. И он, как и Морис с Люсиль, переживет это. Такое случается сплошь и рядом. Не каждая помолвка ведет к свадьбе. С этим надо смириться и продолжать жить, вот и все.

Ксавье рассуждал как реалист. Он взвесил все «за» и «против» и пришел к выводу, что цель оправдывает средства. Что заставляло его рассуждать так холодно и деловито? Печальный личный опыт?

— Потому я предлагаю, чтобы мы играли свои роли как можно дольше, — продолжил он. — Мы выиграем драгоценное время. Мой отец поправит здоровье, а Морис и Люсиль поймут, что могут положиться на тебя и спокойно доверить тебе внука.

Мишель молчала. Логично, очень логично. Она же видела, как старики успокоились и расслабились, почувствовав, что все под контролем.

— Когда ты все представляешь таким образом, решение кажется вполне разумным.

— А оно и есть разумное, — заявил Ксавье. — Мы оба — люди одинокие, не имеющие серьезных обязательств и не стремящиеся к ним. Так что все может превосходно получиться. Если, конечно, у тебя нет приятеля, который устроит скандал.

— Нет, у меня никого нет, — тихо сказала Мишель.

— То есть никакие скелеты не выпадут из шкафов в самый неподходящий момент? — спросил Ксавье. — Понимаешь, Люсиль проговорилась, что Тара рассказывала ей о твоем романе с кем-то на работе.

Он бросил на нее быстрый взгляд и успел заметить, как Мишель залилась краской. Затем показала направо и сказала:

— Я живу вот там.

Он свернул в указанном месте и вскоре оказался возле восьмиэтажного кирпичного здания. Заглушив мотор, Ксавье повернулся к ней и снова спросил:

— Значит, ты встречаешься с кем-то из офиса? — Его зеленые глаза неожиданно гневно сверкнули.

— Моя частная жизнь тебя не касается. Никто не имеет права вмешиваться в мои личные дела. Ни ты, ни Люсиль, ни даже полковник!

— Мишель, Мишель, успокойся! Если мы хотим провернуть это дело, то нам надо точно знать, чего ждать, где могут оказаться подводные камни, чтобы избежать их. — Он посмотрел на нее чуть ли не с угрозой. — Если, конечно, ты не хочешь, чтобы Кальдероны узнали правду и обратились в департамент по делам опеки и усыновления.

От одной этой мысли ее начало поташнивать. Она оглянулась — Серж безмятежно спал на заднем сиденье, прижав к себе Бобо. Мишель вспомнила, как он испугался в холле отеля, как прильнул к ней, дрожа и всхлипывая. Она — единственный знакомый человек в его жизни. Серж нуждается в ней.

— Нет, не хочу, — твердо заявила она и посмотрела Ксавье в глаза. — Я встречалась какое-то время с Андре Коттеном, моим шефом. Но он не пожелал смириться с тем, что Серж для меня на первом месте, и все переменилось.

— Переменилось? В смысле, вы расстались?

Зеленые глаза заглянули ей в самую душу.

Мишель кивнула. Ксавье наблюдал, с каким трудом она выдавила эти слова, как неприятно ей было приоткрываться ему даже на самую малую малость. Она словно говорила: «Стоп, дальше дороги нет, Я принадлежу себе и только себе».

Мишель вздернула подбородок и окинула его уверенным взглядом, который он заметил еще во время их первого совместного обеда.

— А как насчет тебя? — резко спросила она. — Почему ты просишь меня сыграть роль невесты? У тебя наверняка десятки знакомых женщин, которые согласились бы сделать это с радостью. Ты, между прочим, мог бы и по-настоящему жениться, остепениться.

— Однажды так чуть не случилось. Я был помолвлен. Мы даже назначили день свадьбы, но… потом передумали. — Ксавье пожал плечами. — Поняли, что сможем жить друг без друга.

Нотка грусти, прозвучавшая в его голосе, заставила Мишель задуматься о том, что же произошло на самом деле. Она вспомнила его слова: «Не каждая помолвка ведет к свадьбе… С этим надо смириться и продолжать жить, вот и все».

Сожалеет ли он о том, что расстался с невестой?

Ей хотелось спросить, но Ксавье опередил ее.

— Так что, понимаешь, мне тоже на сей раз лучше придерживаться делового соглашения.

Это заявление подсказало Мишель, что он, возможно, болезненно пережил разрыв. И что, как и она, предпочел оставаться одиноким.

— Оно имеет, конечно, определенные преимущества, — согласилась Мишель. — Так никому из нас не будет больно.

— Именно. Превосходная договоренность, — согласился с ней Ксавье. — Я помогаю тебе, ты — мне. Все очень осмысленно и без серьезных обязательств.

Ее неприятно поразил его сухой, деловой тон.

— Отлично, Ксавье, я поняла, что ты имеешь в виду, — с прохладцей заявила она. — Можешь не волноваться на мой счет, уверяю тебя. Я не собираюсь увлечься нашей игрой и забыть, что все это только театр. У меня нет ни малейшего желания выходить замуж.

— Ну вот видишь, как я и говорил, это прекрасная договоренность, — легко сказал Ксавье и перевел взгляд на ее губы. — Но мы, конечно, должны играть убедительно.