Чтение онлайн

Паровые катапульты на море решили не применять, ввиду технологических сложностей и опасности в усложнении паропроводов.

А новая большая война потихоньку набирала обороты…

Османы завязли в Греции, где у греческой армии появилась достаточно мощная артиллерия мы (естественно за денюжку малую) сплавляли грекам трофейные корабельные пушки из призов.

Мамлюки объявили об независимости Египта, разбили турецкие войска у Суэца и отправили корпус в Палестину. И независимость, и Палестинский рейд были инспирированы и проплачены еврейскими купцами, которых после буллы Папы Римского, стали активно вытеснять из Европы, причем активно при этом грабя. И теперь у Совета Иудейских Общин, воспылала идея о возвращении на Землю Обетованную. Мой Тайный Приказ тоже внес свою лепту в Библейскую ситуацию, вернее почерпнул от оной… Когда Иудейски Шейлоков изгоняли из Европы все кто был им должен, естественно их простили, но пейсатые кредиторы оказались умнее чем думали их хитромудрые должники, ибо на хитрый афедрон, сам знаете, что бывает с винтом. С винтом тут были Тамплиеры, которые в свое время организовали сеть тайных финансовых страховых контор, которые уцелели и после разгрома Ордена бедных рыцарей Христа. Эти конторы за гроши страховали кредиторов, гарантируя при благоприятных условиях возврат половины долга. И теперь еврейские купцы попросили тамплиеров, которых вроде бы и не было, дать ход данным страховкам, а учитывая то, что у моих тайных соколов возможности к «благоприятным условиям» были больше чем у кого бы то ни было, тамплиеры за три четверти своей доли, переуступили Объединенному Тайному Приказу (так теперь назывался комплекс моих секретных служб) этот пакет контрактов. И процесс, как говориться пошел…

Боевые пятерки, состоящие из трех боевиков СМЕРШ, ликтора Багряной палаты и сотрудника Посольского секретариата отправились шерстить должников фарисеев (операция называлась «Фарисей»). Больше всего должников оказалось в германской мозаике мини-государств и во Франции. Как сказал представитель Совета Иудейских Общин: «Деньги есть у любого должника, ведь о брал их в долг». Ликтор Багряной палаты, ярый пушкинист в прошлом и записной полиглот, за что и был переведен в Международный отдел Багряной палаты, по памяти прочитал в своем переводе на немецкий отрывок из «Скупого рыцаря»:

Тут есть дублон старинный… вот он. Нынче

Вдова мне отдала его, но прежде

С тремя детьми полдня перед окном

Она стояла на коленях воя.

Шел дождь, и перестал, и вновь пошел,

Притворщица не трогалась; я мог бы

Ее прогнать, но что-то мне шептало,

Что мужнин долг она мне принесла

И не захочет завтра быть в тюрьме.

А этот? этот мне принес Тибо —

Где было взять ему, ленивцу, плуту?

Украл, конечно; или, может быть,

Там на большой дороге, ночью, в роще…

Младший советник Римус восхитился и спросил не еврей ли автор. Ну а когда ликтор рассказал ему не написанную еще историю Шейлока и фунта живого мяса в залог, Римус поцеловал ему руку и ликтор стал для него непревзойденным авторитетом.

А по Европе прошла война слухов о неких таинственных мстителях жадным должникам, причем без особой конкретики, но с жутким флером…

Глава 78

Барон фон дер Гляйвиц цур Пинкель, считал себя очень умным и предусмотрительным человеком и в этот раз он тоже вовремя подсуетился… Дело в том, что его давний приятель по монастырской школе, служивший в Страже Конгрегации, по секрету (ну и по пьянке естественно) рассказал о булле Папы о иудейских ростовщиках и менялах, ну и барон сразу сделал определенные выводы и произвел несколько срочных займов, под залог земель и замка, причем несколько раз, а когда пошел исход иудеев из германских земель и к нему рыпнулись было кредиторы, их спустили с лестницы, а жаловаться им казалось, вроде было уже некому, но через несколько месяцев среди ночи, в спальне барона зажглись потайные фонари и он увидел в их свете двух спеленутых служанок согревавших ему постель и зловещие черные фигуры без лиц, с чернокрасными шевронами в виде перекрещенных меча и топора. Барону предъявили счет на двадцать шесть тысяч золотых марок и долговые расписки от трех заемных контор. Одного расплющенного мизинца на левой руке и вырванного коренного зуба хватило на то, что бы барон выгреб заначку, вкупе с драгоценностями жены (которая к счастью была в отъезде) и подписал документы на передачу Приморского банка Вольного города Гамбурга части своих земель, причем бумаги эти были уже заверены местным герцогским нотариусом, а еще через месяц к барону в поместье явился герцогский коадъютор и предъявил документы на треть баронских земель, на основании давешнего документа. У барона хватило ума, продать земли и поместье и уехать в Щлезвиг к брату. Его сосед барон Буммель оказался глупее. Подписав бумаги на земли, он потом отказался их признать, заявив, что его заставили их подписать обманом, угрозами и клеветой (курсив барона) и через пару недель барона нашли повесившемся на чердаке своего дома, причем при этом, он судя по всему еще и застрелился. Наследник из дальних родственников подтвердил все обязательства покойного. Так что еще после пары тройки подобных самоубийств процесс пошел достаточно стабильно. И тут конечно отдельное спасибо нашим финансистам, которые инфильтровались в Вольный город Гамбург настолько органично, что две пятых активов Гамбурга стали нашими. Ну и у Новой Ганзы одна пятая. Старую Ганзу, вернее ее остатки из Гамбурга местные купцы и наши тайные соколы выперли совместными усилиями. В Гамбурге был знаменитый Гамбургский банк, который после Папской буллы об иудеях грабящих добрых католиков стал главным банком региона и помимо всего кредитовал ряд королевских домов и теперь, с подачи моих финансовых гениев, королям стали предлагать за торговые и налоговые преференции (и немного наличных) выморочные по кредитам земли. И все были довольны. Короли и Герцоги получали новые земли, кредиторы хоть какую-то денежку, ну а казна Северного Королевства потоки халявного золота. Самой гениальной операцией моих разведчиков и дипломатов, была продажа Ганновера Императору Ивану Первому. Ганновер незадолго до этого распался на несколько княжеств, которые бросились завоевывать друг друга и влезли в долги. У прошлой королевы тоже было все плохо с деньгами, и она попросту заложила Ганновер, которого уже в принципе не было. Когда происходила смена власти в Англии, срок закладной иссяк и Ганновер должен либо уходить на пятьдесят лет в оброк до выплаты долга Торговому Дому Шмидт и Гамбурскому банку, либо перейти к выкупившему долг суверену не ниже княжеского достоинства. А тут очень удачно рядом с Ганновером появилось шесть хирдов Швейцарских наемников, нанятых князем Серебряным (на наши деньги) идущих в Польшу отвоевывать гетманство жалованное князю Императором Иваном Первым. Три новых Ганноверских князя обратились к князю за помощью против узурпаторов (других трех князей и одного курфюрста). Швейцарцы и дружина князя размазали немцев тонким слоем по их скудным землям, причем союзные Серебряному немецкие князья, героически пали в бою и он стал сувереном Гановера, но с условием выплаты долга, который немедленно выплатил Иван Васильевич (из нашего кредита выделенного на закупки казной для нас мехов и леса и аванса за аренду на пятьсот лет Мурманских земель). Ну и Бремерхафен был нам предоставлен как Военно-морская база с правом экстртерриториальности, что дало всем однозначный намек на то, кто за всем этим стоит. А князь Серебряный раздумал становиться гетманом в дикой Польше и стал князем-наместником Ганновера. Короче все сестры получили по комплекту сережек (английской королеве обломился сундук драгоценностей из наших трофеев), но Император Священной Римской империи, нарисовал на нас здоровенный зуб, хотя императору было сейчас явно не до нас ибо назревала битва за Триест.

Глава 79

В Европе война шла достаточно хаотично. Папские войска вторглись сразу в два пограничных герцогства и легко захватив Флоренцию, завязли в материковой Сицилии. Там инквизиция несколько переусердствовала в свое время и власти Папы местные жители не желали от слова совсем. Там было создано ополчение Косинеров свободы, ополченцы носили красные блузы и частично были вооружены пиками, сделанными из кос и пленных эти бойцы не брали. Папская швейцарская гвардия отказалась пересекать границу Папской области, ибо это ограничение было отражено в контракте. Папская армия была не сильно боеспособна и завязла, осаждая герцогскую столицу, неся потери от карбонариев в тылу.

Армия Римского кесаря, вышла к Триесту, бывшему на тот период столицей королевства вассального Венеции (королевство вассальное республике, это чисто в итальянском стиле) и завязла в осаде, неся больше потерь от болезней, нежели от пуль и ядер.

Французы высадились было в островной Сицилии, но завязли, захватив едва ли пятую часть острова. Ну а королевство Сардиния всех удивила, высадив десант на Корсике.

Самое странное в этих ситуациях, так это то, что турки, оставив Палестину и Египет, и забыв про остальные Европейские земли, сосредоточились на Греции. И еще было неспокойно в Крымском ханстве, там сцепились поляки, татары и запорожцы, периодически меняя союзнические вектора. А Московские войска методично зачищали Дикую степь укрепляя фронтир крепостцами. И посему турки усиливали Азовский гарнизон и Черноморскую эскадру.

А у меня возникли заботы на Балтике, там один их крулей-гетманов сидящий в Гданьске, заключил вассальный договор с Швецией и шведы ввели в их два порта корабли и гарнизоны, а заодно откусили чуток земель у курфюрства Прусского и стали облизываться на остальную Пруссию. Курфюрст купленный на корню Новой Ганзой заключил с ней договор на охрану акватории, а Новая Ганза взяла у нас в наем эскадру для охраны акватории, и я отправился в поход. Я мог бы отправить войска и корабли из Ливонии, но захотел,что бы шведы поглубже увязли и посему вышел с отрядом из Груманта.

Я взял в качестве флагмана дополненный артиллерией и ракетами «Док», (оставив «Щуку» в Кронштадте), четыре больших рейдера с тяжелой артиллерией, ракетную эскадру и дюжину малых рейдеров в качестве ближнего охранения. На «Доке» был танковый дивизион, состоящий из броне-батальона (из четырех плавающих танков), и бригады броневых паро-транспортеров. В качестве десанта шли Первые батальоны из всех Ирландских дивизий в качестве прикрытия артиллерии, Старшие курсы всех военных школ и Лейб-гвардейский батальон Морской пехоты. Короче шведов ждало веселье, которое не преминуло наступить…

Гданьск мы взяли в кольцо с моря и с суши и лишь имитируя штурмы перемяли его гарнизон. Шведскую эскадру и транспорты накрыли ракетами в порту, размолов в дымящуюся труху. После того, как ночным залпом тяжелых ракет были уничтожены казармы и донжон королевского замка, где находился штаб, Гданьск капитулировал. Из хулиганских побуждений я переименовал его в Данциг, организовав на месте бывшего королевства одноименное Великое княжество во главе с собой. Пруссия, где курфюрст проявил бездну ума и политического такта, вошла в новое княжество, как вассал. А я, чтобы поставить на Балтике точку нашим шевелениям, хотя бы лет на десять, решил нанести визит в Стрекольну и устроить там небольшую Этну, на Полтаве.

Вообще-то с времен господина Великого Новогорода, претензий к шведам накопилось. Так что проведение превентивной Полтавы отнюдь не помешает, да и курсантов с гардемаринами надо обкатать. Как там говаривал то ли Бонапарт, то ли Клаузевиц, про то, что лучшие солдаты это те, кто одержал первую победу будучи мальчишками, и остался в живых, а тут имея в виду наше абсолютное техническое производство, потерь не ожидалось, а вот побед сколько хошь. Главным в Шведском рейде было испытать запуски малых контейнерных ракетных установок с палубы Больших рейдеров в боевых условиях, (контейнеры Больших ракет с паровыми катапультами, давали слишком большую нагрузку на палубу).