Чтение онлайн

Готовность в любой момент покинуть Россию заставила Деда держать свои накопления в валюте и дефолт девяносто восьмого он пережил даже с выгодой. Следующий год он провел с семьей в заранее купленной квартире в Лиепае. Не то чтобы он всерьез опасался преследования со стороны бандитов — все действия москвичей говорили об их крайнем прагматизме и гоняться за укусившим их комаром по всей планете точно не станут. Но правоохранительные органы никто не отменял, да и как говорится, береженого…. Выбор запасного «аэродрома» был спонтанным — просто выбирая небольшой населенный пункт где никому до тебя не будет дела и вряд ли кто будет искать, вспомнил место службы отца. Городок оказался то что надо и с недорогой недвижимостью проблем не наблюдалось, а имея лодку с мощным движком до Калининграда и Швеции рукой подать. Вынужденное безделье Краснова не тяготило, но и денег не прибавляло, заставляя, все чаще задумывается о будущем. С бандитизмом он решил завязывать однозначно, открывать свое дело в сфере охранного бизнеса без нужных связей и знакомств заведомо провальное дело, а идти простым охранником после тех доходов которые у него были и вовсе не хотелось. Проблема решилась сама собой. Теща получила от старой подруги из Краснодара по почте письмо, и каково же было ее удивление, когда она вскрыла конверт. Вместе с письмом подруги лежала записка — номер телефона и надпись «Передайте номер зятю, скажите это от друга, который называл его Сашиэль». Когда Лена ей позвонила, теща все ей передала и попросила передать мужу, что приличные люди чужих писем не вскрывают. Кроме Егора так его никто не называл, а значит и номер был кодированным, об этом они договорились заранее. Кодом это было можно назвать с большой натяжкой, но и их противники не имели дешифровочных служб. Весь код умещался в формулу Х= -1y-2z. То есть если по телефону или в записке договорились о встрече десятого в полдень, то приходить следовало девятого в десять утра, а если сообщался номер телефона, то от цифр попеременно вычитались единица и двойка, кроме кода города конечно, и так далее.

Егор один из первых покинул Екатеринбург — не потому что трус, а потому что мозг-аналитик, а также ценный и невосполнимый ресурс фирмы. Располагая немалыми личными капиталами, он купил себе «недорого» поместье постройки семнадцатого века на северном побережье Испании в предместье города Сантандер. Кроме самого дома ему досталась полукилометровая полоса побережья в заливе Баия, с причалом и парой ангаров, где старые владельцы держали бизнес по ремонту и тюнингу яхт. Имея такие ресурсы, романтическую натуру и приличные средства, Егор решил купить себе яхту, но вдруг столкнулся с немалыми сложностями. Кроме того что пришлось бы отдать за приличную яхту деньги сопоставимые со стоимостью его замка, надо было еще дожидаться ее от полутора до двух лет. И тут он подумал — а зачем покупать, когда можно самому построить — и со свойственной ему дотошностью он начал изучать суть проблемы. Оказалось все упирается в изготовление оснастки, для гибки и сборки корпуса судна, то есть упрощенно — если вы заказали одно изделие, то оно обойдется вам в миллион и срок изготовления больше года, а если заказали двадцать корпусов — то заплатите за каждый по сто тысяч и будете получать их каждые два месяца. Значит надо найти предприятие которое обладает возможностью клепать такие корпуса на раз, но не обремененное заказами и соответственно не завышающее цену, а искать его кроме как на верфях и крупных судоремонтах военного ведомства России негде. Остальное просто — воткнуть движок, системы управления и навигации, сделать отделку в стиле лакшери (роскошь) — это все смогут сделать и в его ангарах. Ну и последнее — требовался специалист, который мог осуществить этот проект — им стал Краснов.

Начинать дело Дед решил с поиска завода — точнее их искать не требовалось, они и так известны, надо было просто ехать и договариваться. После того как его дальше проходной не пустили на одном и послали по матушке на другом, Краснов впадать в депрессию не стал, но понял что без серьезной протекции ему не обойтись. Недолго думая, он рванул в первопрестольную — кроме как в министерстве обороны РФ такую «бумагу» получить негде. Месяца пьянок с морскими офицерами хватило, чтобы познакомиться с нужными людьми. А после переговоров, подкрепленных вечнозелеными аргументами, нужные люди решили помочь хорошему человеку. Выбор пал на судоремонтный завод ФГУП «МП «Звездочка». А ремонтировали там, атомные подводные ракетоносцы — стоит ли говорить о том, что оборудование и станочный парк там был очень впечатляющим. В цехе общей площадью пятьдесят тысяч м2 стояли целые улицы станков, некоторые размером с двухэтажный дом, а цех был далеко не единственный. На таком оборудовании изготовить такую игрушку, как называли заводчане яхту, одно удовольствие. Первый договор заключили на изготовление трех корпусов с возможностью пролонгации. Топ-менеджмент «Звездочки,» средний возраст которого был в районе шестидесяти, встретил чужака из столицы настороженно, что не удивительно — любой бизнесмен по их мнению если не прохиндей, то ворюга или еще что похуже. Работу по договору они не саботировали, а как бы не замечали отмахиваясь от Деда как от назойливой мухи, что в общем-то понятно — для такого гиганта заказ был смехотворно мал. Предлагать деньги коммунистам старой закалки — это гарантировано получить в морду и стать врагом на всю жизнь. Поэтому Краснов стал прохиндеем, но зато своим в доску. Он мог достать за гроши «обрез и некондицию» обшивной доски и вагонки, через «знакомых» по дешевке завезти на дачный участок машину навоза, по «гос. цене» достать дефицитные лекарства и еще много чего. Старики не оставались в долгу, помогая нужному человеку советом и делом. Сетевой график изготовления корпусов был переделан и взят под контроль. Работа завертелась.

Сам завод переживал далеко не лучшие времена — все выгодные заказы доставались родственному питерскому предприятию, и держался он на плаву только за счет утилизации атомных ракетоносцев. Первый президент России видимо с похмелья подмахнул договор о сокращении стратегических вооружений СНВ-2, депутаты ратифицировать договор отказались, но кто бы их слушал. Красавцы ракетоносцы, каждый из которых одним залпом мог выжечь всю северную Америку и одно упоминание о которых вызывало зубовный скрежет и вгоняло в депрессию натовских генералов, один за другим ложились под резак. За каждую утилизированную субмарину заокеанские «друзья» выплачивали «Звездочке» восемь миллионов долларов, что и позволяло выживать предприятию. Как-то Деда занесло в подвыпившую компанию моряков, которые привели на плаху своего боевого друга. По их однозначным утверждениям, то что сейчас происходит — чудовищная ошибка или предательство. Согласно боевого устава ВМФ НАТО, чтоб активно противостоять одной АПЛ России, необходимо было содержать более трехсот вымпелов своего флота, включая крейсера, субморины-охотники и другие линейные корабли. Всего было пущено под нож двадцать две АПЛ.

Когда детище Егора встало на ноги и принесло первые внушающие доходы, он потерял к нему интерес. А после того как он переехал в Лондон а потом и вовсе в Сингапур, продал Краснову с рассрочкой этот бизнес вместе с поместьем. Став полноправным хозяином дела, Дед начал понемногу расширять станочный парк чтобы не зависеть от начинающей воротить нос «Звездочки», и в две тысячи восьмом его предприятие стало полностью автономным. Созданная им служба коммерческого шпионажа позволяла одним из первых внедрять и даже предвосхищать все основные новинки в выбранном бизнесе, и грянувший кризис никак не отразился на его растущих доходах. Коллекция оружия Егора была полностью в его распоряжении, и его новым увлечением стало холодное оружие, в том числе его изготовление. Не поскупившись на расходы, Дед пригласил в качестве наставника одного из общепризнанных мастеров-оружейников и все свободное время проводил с ним в кузне, познавая секреты мастерства. В связи с открывшимися возможностями интернета его познания в истории тоже значительно приумножались и Краснов даже подумывал опубликовать свою работу, обобщающую все известные ему факты развития мирового судостроения в целом и развития боевых флотов в частности. Но не успел — вечеринка по поводу рождения внука отправила его в прошлое.

— Так что нечеловеческое тело я получил вполне заслужено, хорошо еще не жабой какой-нибудь стал. — Подвел итог своего рассказа Дед. — А тоскливо стало из-за того, что Марго напомнила мне мою Лену. Понимаешь Саня, не знаю была ли это любовь — просто когда ее не было рядом, все остальное не имело значения.

Понятно, Дед уже надрался, но и меня почему-то тоже потянуло на песни. Наверное чтобы взбодрить своего собутыльника, я начал с «Капитана»:

Дед с радостью подхватил. Потом затянули «Эх мороз, мороз», после чего промочили горло и принялись за «Ямщика».

Когда наши голоса окрепли, настала пора «По дону гуляет…». Но догулять по Дону у молодого казака не вышло — наш дуэт был освистан каким-то забористым ругательством, а мне в голову вместо тухлого яйца прилетела подушка, которую я тут же отправил обратно.

— Эх! Не понимает местный истеблишмент (власть имущие, политическая элита) народной души. — С грустью вполголоса посетовал несостоявшийся солист хора имени «песни и пляски».

Мне тоже стало до слез обидно за простой трудовой народ, и я даже предложил тост за рабочих и крестьян, но пить за него пришлось в одиночестве — Дед завалившись набок, крепко спал. Посетив удобства которые во дворе, я решил что сегодня и так всего было в достатке и отправился на боковую. Прилег на край топчана и стал нести какую-то чушь, которая обычно прокатывала с девушками, для перевода отношений в более тесные. Но стоило только приобнять за плечо свое приобретение, как тут же получил локтем сдвоенный удар по ребрам, а толчок в грудь отправил меня за территорию топчана.

— Ой, ой, ой. Прям прынцесса на горошине. Не очень-то и хотелось, я…. — Договорить я не успел — опять в голову прилетела подушка. Отправлять ее назад в этот раз не стал. Уже засыпая, подумал «— В каюте свою койку точно не уступлю.»

Пробуждение было тяжелым. Я ощутил себя бревном, которое медленно всплывает из поганого болота, предварительно пролежав там сотню лет, и чувствовал себя примерно так же — значит хорошо погуляли. Солнце уже стояло в зените, Марго в номере не было, а Дед лежал на спине немного раскрыв крылья и откинув голову набок. Я даже вздрогнул — жив ли.

— Дед, ты живой!? — Глубокий вздох попугая отмел самые мрачные предположения. — А где Марго, ты не в курсе?

— Саня, отстань! Дай помереть спокойно. Откуда я знаю где твоя Марго?

Судя по голосу Деду было нелегко, но помирать он не собирался.

Как я убедился в прошлой жизни, самый лучший рецепт от похмелья — это заплыв на триста-пятьсот метров и последующий за ним сытный завтрак. Пока собирался, обнаружил что кроме рыжей отсутствует так же мой кошель с деньгами — значит все же воспользовалась моментом и сбежала. Стало обидно — или скорее досадно, что ошибся в человеке — но как говорится, баба с возу…. Тем более что я насильно удерживать никого не собирался, да и наложница из нее как из микроскопа молоток. Вдоволь поплавав и поныряв, я вернулся в «отель». Мой «номер» меня встретил потрясающими запахами от покрывающих весь стол яств, нахохленным Дедом и улыбающейся Марго.

— Могу ли я поинтересоваться где была моя наложница и почему она прихватила кошель своего господина? — Я постарался насколько смог вложить в эту фразу побольше холодного безразличия, но из-за распирающей меня радости получалось не очень.

Оказалось что с утра пораньше рыжая прихватив вчерашних пареньков и мой кошель, отправилась по лавкам прикупить только самое нужное из одежды в дорогу. А кошель взяла без спросу потому что «Не осмелилась потревожить сладкий сон своего господина!» — вот ведь зараза, еще и издевается. «Самое нужное» сейчас занимало всю поверхность тюфяка в два слоя — бедные пацаны, обойти столько лавок и припереть такую кучу барахла… это какое терпение надо иметь!