Чтение онлайн

Но, кто бы меня так просто выпустил? Нет. Дальше меня сажают в кресло к парикмахеру и там случается чудо! Мои непослушные, кудрявые волосы превращают в чистый ровный шёлк! За это я могу простить абсолютно всё! Поэтому безропотно прослушиваю курс правильного макияжа, подходящего моему цветотипу и форме глаз, с демонстрацией оного прямо на мне во время обучения. Но это и вправду полезная наука. Я себя в зеркале с трудом узнаю. Но и это ещё не всё. В самом конце, под вечер, я узнаю, для чего с меня снимали мерки. Мне приобрели полный гардероб. Начиная с нижнего белья и заканчивая верхней одеждой и обувью. И всё явно дорогое. У меня слов нет!

Я даже боюсь представить сколько Турбин потратил денег на то, чтобы слепить из меня за этот день подходящую ему невесту. Но спасибо ему, я хоть узнаю к чему стремиться и как я могу выглядеть, если постараюсь.

Является Турбин за мной аж в восемь вечера. Я к тому времени стою в окружении немыслимого количества фирменных пакетов с одеждой и средствами ухода. Паниковать уже было начинаю, как мне всё это до дома допереть? И тут в двери входит он. Оглядывает меня с ног до головы – я в стильных широких чёрных брюках, ботильонах на шпильке и изумрудной трикотажной кофте с запахом, от известного бренда – и кидает на стойку администратора карту.

– Несите всё в машину, – говорит сотрудникам, а мне: – Одевайся. Поедем поужинаем и поговорим.

Люди в салоне работают очень деликатные. Они мне за весь день ни одного ненужного вопроса не задали. Но я даже представлять не хочу, что они о наших отношениях с Турбиным думают и что будут обсуждать, когда мы уйдём.

Благодарю персонал, надеваю новое короткое пальто и выхожу вслед за Данилой Романовичем. Он зачем-то идёт рядом со мной, доводит до машины, открывает пассажирскую дверь своего внедорожника и подсаживает меня на сиденье. Тренируется быть женихом что ли? Или думает, мне на каблуках самой не забраться? Пока пристегиваюсь, он занимает место водителя и мы выезжаем на проспект.

– Тебе придётся запомнить очень много информации, Марина. Ты должна знать все о моем детстве и моей семье, – «радует» босс, – о моих друзьях и о моих привычках. Времени у нас до выхода в свет не так много. Скоро у моего друга день рождения и там мы появимся как жених и невеста. Ни у кого не должно возникнуть подозрений, что между нами нет любви.

– Тогда, возможно, и вам нужно выучить мои привычки, предпочтения и историю жизни? – замечаю осторожно. – Боюсь вас огорчить, но любящие люди демонстрируют подобные знания с обеих сторон.

– Да? Значит подготовься меня ввести в курс дела. И вот ещё что. Тренируйся называть меня на «ты» и по имени. Если сегодня собьешься – прощу. С завтрашнего дня за каждое «вы» буду штрафовать.

Чего? Это ещё что за новости? В договоре, конечно, был пункт про штрафные санкции, но я не думаю, что такая мелочь подходит под понятие: «саботаж».

– И какие же у вас привычки, кроме проигрыша семейных реликвий?

– Вот об этом я с тобой и хотел поговорить.

Данил Романович намеренно делает паузу. Молчит, чтобы я нервничала? И о чем это “об этом”? О семейных реликвиях? Может, скажет не прикасаться ни к чему в доме? А что, там такие хоромы, глядишь, и веник может реликвией оказаться.

– О чем? – все же, не выдерживаю.

– О твоем остроумии.

– А что с ним не так?

– Его не должно быть.

– Предлагаете мне притвориться дурочкой?

– Дурочкой не нужно. Все же, у меня должна быть образованная жена.

Я, наверное, за те дни, что провела с Турбиным рядом, привыкла к его причудам, потому что его слова меня совсем не удивляют.

– А если бы я была необразованной?

– Я видел твое резюме.

Ах, точно! Не с улицы же он меня подобрал. Досконально изучал резюме прежде чем предложить исполнить роль его жены.

– Так что с привычками, Данил?

– Не курю, иногда пью, люблю покер.

– Вот как ты проиграл семейную реликвию.

Он поджимает губы, и я мысленно ставлю пометку поменьше остроумничать. Но как? Как, если он себя так ведет? Он ведь ставит какие-то немыслимые условия и пытается меня изменить. Я, конечно, могу притвориться, но если он хочет, чтобы наши отношения были естественными и не смотрелись наигранно, нужно просто смириться с моим характером.

– А ты? – спрашивает он. – У тебя какие привычки?

– Не курю, равнодушна к алкоголю, очень люблю сладкое. Обожаю шоколадки, торты, пирожные.

Он скептически на меня смотрит. Дескать, и куда это добро? Я стройная, я бы даже сказала худенькая.

– Я не ем это все, но очень люблю. Позволяю себе иногда снять стресс таким образом. А сколько у нас времени до момента знакомства с твоими друзьями?

– Месяц.

– И это немного?

Я-то думала, у нас осталось несколько дней. За такой короткий промежуток времени и правда трудно все запомнить, но за месяц? Люди за этот период влюбляются друг в друга, а кто-то даже женится.

– Информации немало.

– Я думаю, за месяц мы постепенно узнаем друг друга, разве нет? Нам ведь не будут устраивать допрос с пристрастием?

– Ты не знаешь моих друзей, – улыбается Турбин. – Они о многом могут спрашивать.

– А они так хорошо тебя знают?

– Не все. Бивис, например, с детства. Мы и в школу вместе ходили, наши семьи хорошо дружат. Он может больше всех расспрашивать.

– Бивис?

– От фамилии Бивин. Мы так его зовем в компании.

– Какие-то у вас недоверительные отношения, – замечаю. – Часто врете друг другу?

– Не часто, но спор – дело святое. За выполнением условий, конечно, будут следить. Тем более, все они знают, что жениться в мои планы не входило. Между нами должна быть сильная любовь, чтобы они поверили. Кстати, нужно отрепетировать поцелуи.

– Что? – я ушам своим не верю. – Мы будем целоваться при ваших друзьях?

– Естественно! – говорит так, словно это само собой разумеющееся.

Я же пытаюсь вспомнить условия договора. Особенно, условия пункта про телесные контакты. Кажется, там ничего не было об обязательных поцелуях.

– Мои друзья – не дураки… я уже говорил, что и спать мы будем вместе.

– Не вместе, а в одной комнате.

– Да-да, конечно.

– Про поцелуи ты не говорил.

– Все прописано в договоре.

Я обязательно почитаю договор и найду этот пункт. Уверена, его там не было, хотя… эти их юридические формулировки. Прямым текстом, может, и не написано, но в обход… конечно же!

Остаток пути мы едем молча. Турбину кто-то звонит, и он отвечает, а я… я впадаю в ступор. Я-то надеялась, что теплых объятий и томных взглядов будет вполне достаточно, а оно вот как. Получается, искушенные богачи поверят в отношения, только воочию увидев, как пара обменивается слюнями?