Чтение онлайн

— Анна Владимировна, — поправила я его. — Или госпожа Ходокова. Так какое тебе дело до этого… напитка? — я кивнула на чашечку.

— А, так вы, значит, тоже заметили, что он фальшивый? Я так и думал, — Волков фыркнул. — Не просто так вы у кота-то работаете.

— О чем вы? — спросила я.

Не нравился мне этот разговор.

— Среди генмодов давно уже разговоры ходят, что кофе в кофейнях подменяют, — сказал Эльдар. Казалось, он, в отличие от меня, не испытывает ни малейшей неловкости. — Мой работодатель тоже с этого возбух… Стало быть, и вашего шефа кто нанял?

— Это вас не касается! — отрезала я.

— А зря! — парень заговорил взволнованно и серьезно, и вдруг показался старше, почти моим ровесником. — Не трогали бы вы кофейни, барышня! Эта бодяга, — он кивнул на мою кружку, — дешевле стоит, чем кофе, а действует так же. Такие, как я, только его и могут себе позволить. И здесь особенно. Работяги без него с ног валятся. Так что постыдились бы.

— Погодите, погодите, — я подвинула ему стул. — Садитесь, поговорим толком. То есть кофе давно уже заменили на это вот? А почему разговоров не было?

Почти незаметно для себя я перешла на более просторечный, деревенский говор. Манера речи парня оказалась заразительной. Впрочем, в Школе сыщиков нас учили, что очень полезно уметь зеркалить собеседника.

— Потому что мало кто из генмодов может кофе пить или там в зернах употреблять, — пожал плечами парень. — А из людей никто и не замечает. Тут очень острый нюх нужен.

— Вы-то как заметили?

Парень внезапно ощерился.

— А вы как, госпожа Ходокова?.. А садиться мне недосуг. Мне в цех надо обратно, работать.

С этими словами он подошел к своему столику, сгреб книги, оставил несколько монет и был таков.

А я осталась в раздумьях.

Когда я добралась домой, солнце уже садилось, ярко вспыхивая в окнах дома напротив. В нашей полутемной прихожей с солидными напольными часами вкусно пахло жареным мясом: Антонина готовила ужин. Я даже немного пожалела, что полакомилась пельменями. С другой стороны, на аппетит я никогда не жаловалась; пройдет еще минут сорок, и я вполне отдам должное ее кулинарным талантам.

Шеф возлежал у себя в кабинете на стопке журналов «Современник», которыми потом Прохор набивает ему лоток, и вылизывался.

— Ну? — спросил он меня вальяжно. — Какие результаты?

Я доложила: из восьми проверенных мною кофеен неправильный кофе подавали в шести. Причем те две, где кофе был правильный, принадлежали купцам Ореховым; все остальные — трем другим владельцам.

Отдельно я рассказала про встречу с Эльдаром Волковым, подмастерьем енота Афанасия.

— Интересно, — промурлыкал Василий Васильевич. — Значит, говорит, этот контрафактный кофе стал популярным напитком среди работяг?

— Должно быть, — сказала я. — Не вполне уверена, но у меня сложилось такое впечатление. Он был не слишком дружелюбен.

Поколебавшись, я спросила:

— Василий Васильевич, а почему никто, кроме меня и этого мальчика, не заметил, что кофе не такой?

— Ну-ну, не такой уж он и мальчик, — заметил Василий Васильевич, буквально выгрызая что-то между когтями на передней лапе, — для его народа — более чем взрослая особь!

— Для какого его народа? — удивилась я. — Неужели он из северных племен?

Это меня удивило: да, среди людей с севера много голубоглазых и сероглазых, это верно, но они все без исключения блондины или даже рыжие. А короткий ежик волос у Эльдара казался темным, в крайнем случае темно-русым. Впрочем, смешанной кровью в Необходимске никого не удивишь. К нам уже больше сотни лет едут люди со всего света; и на улице, и в Городском совете можно встретить горожан любых расцветок.

— Своего рода, — подтвердил мою догадку Василий Васильевич. — А скажите-ка, Анна, во всех случаях вы пробовали только один кофе из меню? Самый дешевый?

Я чуть порозовела. Конечно, для чистоты эксперимента нужно было заказать кофе из разных ценовых категорий — вдруг владельцы кофеен подменяли только один его тип! Плохой из меня пока аналитик-следователь.

Увидев мое смущение, Василий Васильевич довольно сощурился.

— Ну ладно, впредь будете умнее. Пока же это не суть важно. Для целей нашего расследования, в общем-то, все равно, заменяют ли кофейни одну позицию в меню или несколько. Главное, что они вообще это делают. Что же теперь вы предлагаете делать?

— Нужно проверить, с какими поставщиками работают эти кофейни, — сказала я. — Посмотреть, не менялись ли эти поставщики в последнее время. Наверняка подделку привозит какая-то одна фирма! Тут-то можно брать торговую инспекцию или даже вашего друга Пастухова из полиции и идти к ним на склад с обыском.

— Ну, положим, Дмитрий такими делами не занимается, да и для обыска нужен повод посерьезнее, но рассудили вы верно, — согласился шеф. — По крайней мере, в торговую инспекцию обратиться можно. Однако, боюсь, тут дело немного тоньше. Извольте, — он спрыгнул со стопки журналов и велел мне: — Откройте верхний, центральный разворот.

На развороте красовалась огромная статья с фотографией мужчины и женщины в виде типичного семейного портрета: он сидит, она стоит, положив руку на спинку его стула. Так часто снимают, когда супруги очень разного роста, но хотят подчеркнуть равноправное партнерство. Или если женщина желает продемонстрировать красивую вышивку на юбке.

Эта дама, правда, была одета предельно строго — какая уж там вышивка! Как говорила мадам Штерн, «барышни, не перегибайте палку — скромность тоже может быть вызывающей!». И такое же строгое, скучное лицо.

Зато мужчина сидел, широко расставив ноги, подбоченясь, и подкручивая роскошные усы, переходящие в не менее роскошные бакенбарды. За ними да за очками в широкой оправе почти не видно было лица. «М. Н. и А. Т. Златовские, семейное партнерство во главе амбициозного ботанического проекта» — было написано под дагерротипом.

Я быстро пробежала статью глазами. Она повествовала об открытии нового селекционного центра в деревне неподалеку от Необходимска, при котором имеется «оборудованная по новейшему слову техники» лаборатория. Таких селекционных центров в городе немало: как иначе были бы выведены звездчатые деревья, например? Но впервые такая лаборатория создавалась не при университете и не при Военно-морском ведомстве, а на личные деньги энтузиастов.