Чтение онлайн

– Приступим, – с затаенным удовольствием сказала Барака.

Но тут снаружи послышался крик:

– Вертолет! Выкуп везут!

Барака с нескрываемым разочарованием выключила и отложила горелку.

– К сожалению, нам придется ненадолго расстаться. Потерпи, я скоро вернусь. Не уходи никуда, ладно?

И вышла в сопровождении помощников. Абдулле показалось, что этим крепким мужчинам было сильно не по себе. Хотя он и получил некоторую отсрочку от казни, ему от этого было не легче.

Вертолет мистера Сайруса приближался к «Дайане». Пираты и арабы столпились на палубе. Сомалийцы выражали бурную радость. Они уже перестали верить в то, что за «Дайану» можно получить хоть какие-то деньги. Если бы Наход Али не погиб, они бы уже забрали заложников и уплыли с ними домой. И спокойно ждали бы выкуп. А тут – сидеть без воды, без пищи, на бочке с порохом в ожидании непонятно чего. То ли денег, то ли бомбы от американцев.

И вот наконец везут. Только вот что? Барака правильно поняла их опасения и тихо проинструктировала Шарифа. Они вышли на крыло капитанского мостика.

– Как думаешь, Глок летит с ними? – как бы нехотя спросил Шариф.

– Очень может быть, – с надеждой предположила Барака. – А если и нет, все равно он от нас не уйдет. Ну, что скажешь?

Шариф пожал плечами:

– Действуй.

Барака усмехнулась и подняла противотанковый гранатомет. Шариф обратился к собравшейся внизу толпе и закричал.

– Все вниз, это не выкуп! Это провокация американцев. Они хотят сбросить бомбу, чтобы нас взорвать!

Собравшиеся опешили. Кое-кто поверил и бросился к люкам в трюм, но большая часть осталась стоять на месте. Барака больше не усмехалась. Она была серьезна и сосредоточенна. Прицелившись, она нажала на спусковой крючок. Граната ушла к цели. На месте, где только что висел вертолет, расцвел огненный шар. Раздался оглушительный взрыв, и в море посыпались обломки.

Пираты и террористы замерли в безмолвии, потрясенные.

– Уходим в Кисмайо! Курс зюйд-вест, полный вперед! – громко, чтобы все слышали, прокричал Шариф.

Как только Шариф и Барака со своими приспешниками вышли из мастерской, превращенной ими в камеру пыток, Абдулла понемногу стал приходить в себя от испытанного шока. О том, что жить ему осталось не более часа, он старался не думать. Он хотел одного – отомстить.

Неожиданно он почувствовал, что опутавший его скотч, которым он был намертво прикручен к трубе, ослаб, а потом и вовсе перестал сковывать его. Чьи-то руки, помогая, стали разрезать и срывать с него остатки клейкой ленты. Руки были черными.

– Они хотят убить всех наших, – сказал Абдулла.

Он не знал, кто это, но понял главное. Тот, кто его освободил, – свой. Человек вышел из-за спины Абдуллы, и тот смог его рассмотреть. Рядом стоял Тахир Муса, его отец.

– Узнал? – сказал отец. – Уходи немедленно. Возьми зеленую лодку. У нее новый мотор, бак полный, я позаботился. И уходи не на запад, а на восток. Они постараются перехватить тебя на пути домой. А ты иди на Сокотру. На северном берегу, на мысу, русская база. Спросишь полковника Татаринова. Не забудешь? Скажешь ему, что ты от Лумумбы. У меня для него имеется важнейшая информация, но эти сволочи мне не доверяют. Они лишили меня средств связи. Так вот, «Дайана» не пойдет в Кисмайо. Всю военную технику выгрузят в районе Харадере и пойдут прямым маршем на Могадишо. Они задумали переворот. Не забудешь и не перепутаешь?

Абдулла не мог говорить, но в ответ затряс головой.

– Идем, – сказал отец, – я тебя прикрою.

Наверху что-то жутко грохнуло. Это Барака взорвала вертолет с мистером Сайрусом.

Отец и сын бегом преодолели трюм и осторожно выбрались на палубу. Лодки отстаивались у подветренного борта сухогруза. Сейчас в них никого не было. Вахтенные сторожа и без того не отличались дисциплиной, а сейчас и вовсе забрались на палубу. Они всерьез опасались, что выкуп могут поделить без них.

Тахир Муса усадил сына на корме зеленой лодки.

– Ты как? – спросил он.

– Уже лучше, – успокоил отца Абдулла. – Я справлюсь, не волнуйся. И спасибо за все.

Прощай. – Тахир Муса запустил мотор лодки Абдуллы и перескочил в соседнюю.

Зеленая лодка устремилась в сторону востока. Ее отплытия, кажется, никто не заметил. Люди наверху громко орали, к тому же шум моря и высота борта «Дайаны» скрадывали звуки.

Тахир Муса поднял воротник куртки и нахлобучил на голову капюшон. Теперь, при желании, его можно было бы принять и за Абдуллу. Ему пришлось долго ждать, пока его окликнули сверху.

– Эй, ты не видел, тут племянник Находа Али Абдулла не показывался?

– Нет! – крикнул он в ответ и запустил двигатель своей лодки.

– Эй, а ты, случайно, не Абдулла? – спросил сверху тот же голос.

Тахир Муса в ответ только махнул рукой и отвалил. Он направил нос своей лодки в сторону запада, в направлении побережья Сомали. Действовал он демонстративно. Больше всего он боялся, что кто-нибудь посмотрит в противоположную сторону и увидит не успевшую еще удалиться на безопасное расстояние лодку Абдуллы.

– Стой! – закричали сверху.

Тахир Муса, не целясь, выстрелил в борт «Дайаны» из пистолета и врубил мотор на максимальную мощность. Таким образом он окончательно изобличил себя как беглого преступника. Теперь нужно было уходить, и как можно быстрее.

Преследователи сориентировались быстрее, чем он ожидал. Наверняка это были не пираты, одурманенные катом и голодом, а гвардейцы Шарифа и Бараки. Океанская гонка набирала обороты. Тахир Муса далеко оторвался от погони. За ним гнались три катера с вооруженными людьми. Те стреляли в него, но попасть из автомата с одной пляшущей на волнах лодки в другую – дело абсолютно невозможное.

Расстояние между беглецом и преследователями не увеличивалось, но и не сокращалось. Тахир Муса надеялся, что если он продержится до темноты, то сможет спастись. Также он надеялся, что Абдулла сумел уйти незамеченным.

Начало смеркаться. Тахир Муса вздохнул с облегчением. И тут мотор лодки чихнул, потом еще раз, потом совсем заглох. Только сейчас он сообразил, что, отливая бензин из баков других лодок для Абдуллы, он не позаботился о себе. Даже наоборот, из бака лодки, на которой он сейчас уходил от погони, он забрал едва ли не вдвое больше бензина, чем из других.

Сдаваться живым он не собирался. К тому же он мог сейчас оказать сыну еще одну услугу – помочь окончательно исчезнуть из мира живых. Тахир Муса поднялся во весь рост и, когда погоня подошла достаточно близко, чтобы увидеть его, но недостаточно, чтобы разглядеть и узнать, выстрелил из пистолета себе в голову и последним усилием перевалился через борт лодки.

Через несколько минут преследователи подошли к опустевшей лодке вплотную. Посовещавшись, они взяли ее на буксир, чтобы было чем отчитаться по возвращении, и легли на обратный курс.