Чтение онлайн

Он выждал немного, давая сомалийцам время сесть в лодки и отойти, потом дал команду:

– Перебежками к борту по одному. И выберите самую большую лодку, нас тут много.

Когда последний из заложников спустился в лодку, Голицын с палубы «Дайаны» связался с командиром.

– Алло, Кэп, как меня слышно? Докладываю: задание выполнено, заложники освобождены. Грузимся в лодку и отваливаем. Какие указания будут насчет «Дайаны»? Топить или отпускать?

Но тут у Татаринова сработал позывной спутниковой связи. Из Москвы звонил вице-адмирал Старостин. Тон его был таким, словно они расстались каких-нибудь полчаса назад.

– Кэп, как ты?

– Нормально, ранен.

Тон Старостина не изменился, будто речь шла о самых банальных вещах. Ну, ранен, с кем не бывает.

– Слушай, Кэп, я сейчас дам трубку Новицкому. Он хочет тебе сказать пару слов.

Татаринов уточнил:

– Минуточку, товарищ адмирал. Я снова должен выполнять приказы этого индюка или могу действовать в соответствии с вашей последней инструкцией?

Вице-адмирал закашлялся, чтобы не рассмеяться.

– Ну, разумеется, работайте в соответствии с инструкцией. Как понял?

– Понял, не дурак! – отчеканил Кэп.

– Ну и молодец. Поправляйся. Передаю трубку. – В голосе Старостина опять послышалась усмешка.

Кэп знаком подозвал Деда и шепотом попросил:

– Постреляй немножко.

Дед понял и кивнул в ответ. На том конце связи Новицкий от нетерпения чуть ли не вырвал трубку у вице-адмирала.

– Татаринов, ты меня слышишь? Запомни, необходимо любой ценой сохранить судно! Это приказ! Как меня понял?

Дед выпустил в воздух длинную очередь из автомата. Кэп забубнил в трубку:

– Ваш приказ понял. Докладываю, мы связаны боем. Я ранен. На судне находится наш лучший специалист, старший лейтенант Голицын. Он руководит группой в мое отсутствие. – И оборвал связь. После этого снова обратился по параллельному каналу к Голицыну:

– Ну, что, Поручик, слышал разговор? Тогда делай, как считаешь нужным. Конец связи.

Голицын пожал плечами. Он разглядывал планшет Глока и лежавшую в нем коробочку пульта дистанционного взрывателя. Наконец решился.

«Будь что будет».

Он бросил планшет с пультом на палубу и полез через планшир.

В лодке его ждали и, как только он спустился, тут же отвалили. Голицын стоя оглядел горизонт. Сомалийцы в своих лодках давно взяли курс на невидимый отсюда родной берег. Абдулла обернулся и на прощание помахал Голицыну рукой. Поручик махнул в ответ и дал команду:

– Самый полный ход!

Лодка с заложниками задрала нос и понеслась к эсминцу. Поручик сидел на корме и внимательно вглядывался в удалявшийся борт «Дайаны». Но оттуда по беглецам не прозвучало ни одного выстрела.

Спустя пятнадцать минут арабы окончательно завладели «Дайаной». Кое-где еще звучали выстрелы – там добивали последних наемников Глока. Шариф выбежал на палубу. Лодки с сомалийцами и лодка с заложниками были далеко. Араб в ярости заскрипел зубами. И тут увидел валявшуюся на палубе черную коробочку с кнопкой. Рядом лежал раскрытый планшет Глока.

– Я так и знал! – прорычал Шариф и грязно выругался. – Этот ишак подсунул мне не тот пульт!

Шариф был уверен, что Глок убит вместе с его людьми. Поиски его трупа – дело времени. Террорист рассмеялся, взял черную коробочку в руки и подошел к самому борту. Он чувствовал себя победителем. Японский эсминец был хорошо виден в лучах заходящего солнца. Что ж, он успеет прибыть в нужное время. А если и не успеет, у него имеется контейнер с компактной ядерной бомбой. И он им всем еще покажет! Не убрав с лица злорадной улыбки торжества, Шариф нажал кнопку и стал ждать.

Но рвануло не там, вдалеке, где стоял эсминец, а где-то внизу, прямо под ногами. Палуба сухогруза вздрогнула, покосилась и начала уходить из-под ног. Шариф вцепился в поручень. Он не сразу сообразил, что только что взорвал собственный корабль.

«Что же теперь делать? – с ужасом подумал он. – Гореславский меня убьет».

Он ошибся. Убил его не Гореславский. От взрыва мины под палубой сухогруза сдетонировали тонны сложенных в трюме боеприпасов. Колоссальной силы взрыв разорвал судно на две половины. К небу взметнулся столб пламени. Грохот заставил содрогнуться воздух на много миль вокруг. Но Шариф этого уже не почувствовал, как не почувствовали и те из его людей, которые выискивали по корабельным закоулкам остатки частной армии Глока. Все они погибли.

Лодка с заложниками к этому времени уже достигла борта эсминца с красивым названием «Аянами», которое переводилось с японского как: «Волны, своей красотой напоминающие вышитые на шелку гребни моря».

На палубе, перегнувшись через планшир, спасенных заложников встречали бойцы группы подводного спецназа и их перебинтованный командир.

– Слышь, Поручик, что это с «Дайаной» случилось? – озадаченно спросил Дед.

Голицын посмотрел в ту сторону, где недавно маячил сухогруз, потом обернулся к товарищам и растерянно пожал плечами:

– Она утонула…

Над Москвой шел дождь. Прислушиваясь к его шуму за окном, Гурий Игоревич Новицкий уныло таращился на огромный глобус в углу вице-адмиральского кабинета. Хозяин кабинета, Старостин, отвернулся к окну. Чтобы скрыть торжество во взоре, он делал вид, что с интересом разглядывает залитый дождем асфальт улицы.

– К твоим людям у меня претензий нет, они не виноваты, – вяло мямлил Новицкий. – Они сделали все, что смогли. На месте взрыва на дне моря найдено тело бывшего диверсанта по кличке Глок. Международный авантюрист, владелец частной армии. По нашим сведениям, он работал и на пресловутого экс-олигарха Гореславского. Тело было сильно изуродовано взрывом, но его удалось опознать.

Вице-адмирал изобразил лицом огорчение и пожал плечами.

– Я же тебе говорил, что излишние секреты от друзей до добра не доводят. Если бы мои люди заранее знали все это, возможно, им удалось бы обезвредить этого Глока с его друзьями-террористами и спасти не только заложников, но и груз. Но мои парни думали, что имеют дело с простыми пиратами. Поверь, Гурий, я огорчен потерей «Дайаны» и ее груза не меньше, чем ты.

Но господин Новицкий все никак не мог смириться с утратой.

– Слушай, Илья, а поднять ее нельзя?

Старостин посмотрел на чиновника с укором.

– Гурий, о чем ты? Это же Сомалийская котловина, там глубины от пяти тысяч и больше.

Новицкий посмотрел на вице-адмирала с некоторым недоверием, но так и не нашел, что возразить. Просто сейчас ему очень хотелось, чтобы кому-нибудь тоже было плохо.

– Но все же виновных в гибели груза нужно наказать, – тоном обиженного зануды потребовал он.

Вице-адмирал раскурил трубку и выпустил клуб ароматного дыма.

– Разумеется! – успокоил он Гурия Игоревича. – Непосредственный виновник – старший лейтенант Голицын. Он и будет наказан со всей строгостью.