Чтение онлайн

– Ваш бродь, стреляйте! – крикнул Волчок, нахлёстывая лошадей.

– Нет, Санька! Их всего десять, а я хочу понять, что это за охота такая. Сначала на фанзе, теперь здесь… Гони! Пусть втянутся в погоню! Вон развилка! Давай к лесу!

Кони вихрем взметнулись на пологий холм. А там творилось нечто.

Ветер выл и буранил, взметая и кружа тучи снега, швыряя в лицо холодные иглы.

Санька выругался:

– Ни хрена не видно! Погоня не отстала?

– Нет, – стараясь перекричать рёв ветра, отозвался Андрей, – сзади кони ржут, значит – не отстают!

– Погодка, как по заказу! Хунхузам по нам в такой буран стрелять – только патроны переводить! Главное, чтобы не отстали, – отозвался Волчок.

Показался лес.

– Давай туда! – приказал Андрей.

Заскочили под деревья, остановились. Сани развернули поперёк тропы.

– Здесь потише, – крикнул Андрей, – доставайте карабины!

С реки донеслось лошадиное ржание.

– Лишь бы не потеряли след, – сказал Андрей, отогревая дыханием замёрзшие руки.

– Не потеряют. Я специально на повороте коней придержал, там не колея, а целая дорога должна остаться. Нужно очень постараться, чтобы её не заметить.

– Тогда порядок, – отозвался Андрей, прикладываясь к карабину.

– Ну, милости просим, – почему-то шёпотом проговорил Санька и поднял ствол.

Китайские охранники разошлись по сторонам и грамотно заняли позиции.

Всадники метнулись к саням разом. Разгорячённые скачкой и ослеплённые снежной бурей кони вынесли их прямо под выстрелы. Дружный стук карабинов разорвал воздух, и кони преследователей, потеряв седоков, заметались.

– Все? – спросил Санька.

– Сейчас посчитаем, – отозвался Андрей, – должно быть десять.

– Тогда все, – пересчитал тела Волчок. – О! Один шевелится. Добить?

– Я тебе добью! Пробегись по остальным, собери оружие. Будь осторожней, вдруг кто мёртвым прикинулся.

– Буду, – буркнул Волчок и побежал собирать оружие.

Тем временем Андрей присел возле придавленного лошадью подранка. Тот сломал ногу, а убитая лошадь придавила её. Было видно, что это приносит раненому невероятные страдания.

– Помочь? – участливо спросил Андрей. Хунхуз недоверчиво посмотрел на него. – Помогу. Слово офицера. Расскажешь, почему вы напали на нас?

– Расскажу, – без рисовки ответил раненый. – Нам заказали захватить или убить офицера. За живого обещали заплатить вдвое. Если бы я не пожадничал, то кончили бы вас ещё на реке.

– Так ты среди них, – Андрей кивнул на трупы хунхузов, – был главным?

– Был.

– На фанзу приезжали тоже твои люди?

– Мои. Тут до Нунгаты всего две дороги: либо через фанзу, либо по реке. Мы вас ждали и там, и там.

– А откуда знали, что я поеду?

– Нам сказали, что тебе выслали телеграмму и ты обязательно направишься в Нунгату.

– А если бы нас было не четверо, а больше, например взвод?

– Застрели ли бы тебя с расстояния. Все мои бойцы из бывших военных, да и карабины нам дали знатные.

– Германские? – уже догадываясь о заказчике покушения, предположил Андрей.

– Да, новые, армейские.

– Кто заказчик?

– Кохината.

– Вы что, из его банды?

– Мы состоим в братстве вольного отряда Кохинаты – Белого Дракона.

– Ой, как нескромно. Надо же – целый Белый Дракон.

– Это не он. Местные жители так прозвали, в благодарность за защиту и заботу.

– Ну да. В одном месте граблю, в другом подкармливаю. Знакомая тема, – усмехнулся Андрей. – А кто отправил мне телеграмму?

– Этого я не знаю, но меня заверили, что ты обязательно отреагируешь.

– Хозяин фанзы – твой человек?

– Нет, Кохинаты.

– Так я правильно понял? Телеграмма – только повод выманить меня из города?

– Правильно.

– Ну и слава богу, значит, с Лю всё в порядке. Ладно, – поднялся на ноги Андрей, – я узнал всё, что хотел. Потерпи, сейчас вытащим тебя.

– Что? Правда, отпустишь?

– Я же дал слово офицера, – пожал плечами Андрей.

Подошли Волчок и китайцы, общими усилиями освободили раненого.

– Санька, перевяжи его. А вы, – обратился он к охранникам, – соберите лошадей и укройте их под деревьями. Буран переждём, потом будем думать, как выбираться.

Ночью раненому стало плохо. Видимо, кроме сломанной ноги, он повредил ещё что-то. Волчок провозился с ним всю ночь, но утром хунхузу стало хуже.

Буран, не желая отпускать пленников, продолжал кружить и завывать. Нога раненого опухла и посинела.

Не жилец, понял Андрей. Он подошёл к костру, где Волчок вскипятил котелок.

– Как он? – спросил Санька.

Андрей молча покачал головой.

К вечеру раненый испустил дух.

Буран держался до утра и вдруг стих. Тучи разбежались, и тут же жизнерадостное солнце заиграло, засверкало на всём обозримом пространстве.

Обратный путь оказался тяжёлым. Снег был настолько глубоким и пушистым, что кони проваливались в нём по грудь. Сани пришлось бросить, а всех лошадей, и своих, и хунхузских, связать в караван. Теперь они поочерёдно торили тропу. Река делала поворот, и Андрей, чтобы срезать путь, повёл отряд через протоку. Здесь снега было меньше, но люди и лошади настолько выбились из сил, что пришлось делать привал.

Соорудили костёр, Волчок занялся готовкой ужина, а Андрей и охранники пошли за дровами. Видимо, буран прошёл стороной и не зацепил эти места, поэтому снега в протоке намело не так много. Это радовало, и Андрей решил пройти дальше.

Буквально в ста метрах от стоянки обнаружилась развилка. Широкая протока шла прямо, а отворот оказался узким и каменистым. Андрей хотел пройти по нему, но нагромождение крупных валунов охладило пыл. Он вытащил из бурелома сухую валежину и потащил её к костру.

Сели ужинать. Похлебав шулюма [12] , он достал карту и решил определиться на местности. Каково же было его удивление, когда он обнаружил, что находится на каменном ручье, о котором ему рассказывал отец.

Если это та самая река, то она тянется вниз на полтора километра, понял он. Только экспедиция отца вышла на неё с другой стороны, а пещера, которую он на карте обозначил крестиком, находится от этой стоянки всего в полукилометре.

Это провидение, решил Андрей. Даём лошадям суточный отдых, а я поищу пещеру.