Чтение онлайн

Дрожащим голосом, скороговоркой выпалил, Аркан.

– На углу Пионерской и Проходного переулка, жилой дом.

Ответил шепотом попутчик. В этот момент из темноты раздался тихий свист. Две тени, замерли посреди дороги.

– Хто?

Шепотом спросили из кустов черёмухи, росшей у забора.

– Тухто.

Тихо с издёвкой проскрипели в ответ с дороги. Кусты зашуршали, раздался треск рвущейся материи, на дорогу выбралась тень. В слабом отсвете далекого фонаря, три тени сошлись в одну большую.

– Как обстановка?

Поинтересовался Скрипучий.

– Порядок. Он один дома. Штрих 3 тут сегодня был, как обычно бухал, но уже скипнул. Думаю, на ближайшей неделе в хате не появится?

Доложил обстановку, черёмуховый Бушмен.

– Очень хорошо, что один, работы будет меньше. Аркан, давай, уточним. Заходишь, в квартире ведёшь себя спокойно, не впервой к нему по делам приезжаешь, между вами полная любовь и доверие. Отдашь долг, намекни, что с дороги устал, хорошо бы поужинать. Дело мол, до утра подождёт, ещё раз попроси цацки посмотреть – заценить, в общем, всё, как всегда. Будешь, золотишко смотреть, между делом о бумагах полковника поинтересуйся, если бумаги все при нём, делаем дело. Бумаг нету, дело отменяется, главное бумаги!

– А, зачем убивать? Бумаги купить можно?

– Сам, приказал. Кто бумаги видел, тот жить не должен. Убедишься, что бумаги в квартире, скажешь, на толчок тебе приспичило. Сортир сам знаешь где, не обосраться же тебе в хате. Так что хочешь – не хочешь, а дверь на улицу, он откроет. Выйдешь, пройдёшь до уборной, он скорей всего на крыльце останется ждать, а дальше уже наш выход.

– Всё, понял?

– Панял, панял.

Простучали в ответ зубы Аркана.

– На коньячку глотни, для храбрости, а то с перепугу панялка заклинит, раньше времени обосрёшься.

Хихикнул, Скрипучий. В наступившей тишине, послышалось, как зубы Аркана выбивают чечетку о металлическое горлышко фляжки.

– Хватит зубами греметь, всех собак в округе разбудишь.

Скрипучая тень ловким движением руки, изъяла у Аркана фляжку.

– Окрестных собак теперь хоть в набат долби, не добудишься, мы, их на прошлой неделе всех потравили.

Успокоил Скрипучего, Бушмен.

– Аркан время пятнадцать минут второго, до угла дойдёшь на мобилу ему брякни, что приехал, скажешь, такси для конспирации за пол квартала отпустил, пусть выходит, встречает. Запомни, у тебя на всё сорок минут и смотри без косяков, башку оторву если напортачишь.

Пригрозил Скрипучий.

– Да, я не таких лохов разводил.

Аркан, смачно харкнул в сторону кустов.

– Ну что, я пошел?

– Давай, мы следом подтянемся.

Скрипучий напутственно, хлопнул Аркана по плечу. Медленно нащупывая в темноте дорогу, тень Аркана, двинулась по переулку на свет далёкого фонаря.

– Осмелел чувак, похоже, допинг подействовал? Может его после дела, того, для общего спокойствия в расход пустить? Как думаешь, Джо…

Договорить Бушмен не успел, мощный правый хук, снёс его в придорожную канаву. На дороге неподвижно осталась стоять, одинокая тень Скрипучего. Постояв пару минут, тень шагнула в сторону канавы.

– Ты живой там паскуда? Вылезай, давай, я в пол силы бил, не хера косить.

– Я, же пошутил.

Выбираясь на дорогу, жалобно проскулил Бушмен.

– Запомни гондон, за такие шутки, Гогэн нам обоим головы отрежет. И вообще забудь его имя.

Злобно проскрипел Скрипучий.

– Я, не совсем понял, запомнить или забыть?

Простонал, вставая на ноги Бушмен.

– Ты, у меня сейчас маму родную забудешь.

– Всё, всё, ясно – понятно. Не надо.

Испуганным голосом, взмолился о пощаде Бушмен.

– Чего тебе падла, не надо?

Язвительно осведомился Скрипучий.

– Ничего не надо.

– Я, тоже так думаю, что вам ничего не надо. И на кой хрен, хозяин вас держит уродов?

Скрипучий тяжело с тоскливым сожалением вздохнул.

– Что, одыбал?

– Угу.

– Давай инструменты проверим.

Предвещая беду в ночной тишине, досылая в стволы патроны, клацнули пистолетные затворы.

– Ладно, порядок пошли работать.

Отдал приказ Скрипучий. Две тени медленно, нащупывая в темноте дорогу, двинулись по переулку на свет далёкого фонаря.

Хрюкнув мотором милицейский УАЗ, свернул с асфальта и подкатил к открытым воротам одноэтажного дома. Из авто вышел мужчина лет сорока пяти, среднего роста, крепкого телосложения, одетый в светло – серый костюм, его голову украшал ежик огненно рыжих волос, бледное широкоскулое лицо чьей – то щедрой рукой, было сплошь усыпано веснушками. Мухи харю засидели. Тихо чтоб не услышал, говорили, бывало, со злостью о нём, недоброжелатели. Недоброжелателей у майора уголовного розыска Ржавого Станислава Петровича хватало. Ржавый, прошелся по тротуару вдоль дома. Быстрым и цепким взглядом серых прищуренных глаз, окинул строение. С виду ещё крепкий барачного типа, деревянный, многоквартирный дом, два входа с улицы в общую ограду, оба перекрывались высокими воротами, на стене табличка ул. Пионерская № 14.

– Товарищ майор, разрешите обратиться.

Резанул уши, хрипло – скрипучий голос. Ржавый обернулся, перед ним стоял одетый в милицейскую форму, худощавый, среднего роста, мужчина. На вид ему было лет тридцать пять, лежащие прямо черные, редкие волосы блестели от пота. Вытянутое к низу лицо кончалось раздвоённым, массивным подбородком, хрящеватый чуть свёрнутый вправо нос свисал над непропорционально большим ртом, уголки которого были слегка приподняты в змеиной улыбке. Дополняли малоприятный облик стража порядка, большие, слегка выпуклые близко посаженные, зелёные глаза, декоративно стеклянный взгляд которых, был направлен сквозь собеседника, куда – то вдаль.

– Местный участковый, лейтенант Евгений Клим.

– Что скажешь Клим?

– Убили хозяина из первой квартиры.

Лейтенант махнул правой рукой, в которой сжимал фуражку, в сторону дома.

– Кинолог был, но уже уехал. Собака след не взяла там, в квартире все полы какой- то гадостью засыпаны, ваши ребята уже закончили осмотр.

– Ну, пойдём Клим, на гадость посмотрим.

Во дворе дома толпилось полтора десятка любопытных граждан. Прислонившись спиной к штакетнику, который отгораживал основную ограду от маленьких, утопающих в зелени огородов, на траве сидел пьяный старик. Размахивая руками и размазывая по лицу слёзы, старик пытался что – то объяснять толстой дородной бабке, но всё бабкино внимание было приковано к открытым дверям первой квартиры. Старику всё же удалось дотянуться, ухватить и потянуть на себя подол бабкиной юбки.