Чтение онлайн

Ого! Вся бригада ППС в полном составе. И ни одного знакомого. Явно не из моего бывшего РОВД.

Стоя в прихожей, старший лейтенант представился вновь.

– Что у вас случилось?

– Не знаю, - чистосердечно признался я.

– А зачем вызывали?

– Что? Сюда? Вызывал?
– удивился я с наивностью сорокалетней проститутки.
– Вы что-то путаете.

– Ваши документы?

– У меня нет с собой.

– То есть как? Разрешите...
– Он плечом попытался отодвинуть меня, но, как человек бывалый, я перед ним качал "маятник".
– Дайте пройти!

Четверо ментов двинулись на меня, причем самый дохлый из них уже мучил в своей лапке дубинку.

Дальше темнить было бесполезно и опасно.

– Прошу вас.
– Широким жестом я пригласил патруль пройти и, указав на удавленника, доверительно рекомендовал: - Степан Ильич Князев, президент крупнейшей в нашем городе фирмы. Женат. Ныне мертв.

Менты рты пораскрывали, и хоть это доставило мне удовольствие, ведь я понимал: в ближайшем обозримом будущем я таких эмоций, видимо, буду лишен.

– Ты его, что ль, прихватил?
– разглядывая мою физиономию, выдавил наконец один из сержантов. И, что-то для себя решив, распорядился: - Давай, Леха, накинь ему браслеты.

Второй сержант, поздоровее, с готовностью и видимым удовольствием тут же прищемил мои передние конечности. Дохляк же, глядя на меня с ужасом и уважением, отходил в глубь гостиной, пока не наступил на князевскую ногу. Нога без сопротивления отодвинулась в сторону. Сам же Князев, по-прежнему сидевший с вывалившимся сизым языком, с присвистом выдул изо рта пузырь слюны. Наверное, в последний раз.

Золотушный сопляк с сержантскими погонами икнул и помчался блевать. Сержант Леха освободил князевскую шею от объятий шнура и повернулся к старшему лейтенанту:

– Бригаду надо вызывать, старлей. Звони, Володя.

– Как у него температурка?
– поинтересовался я с непринужденным видом.

– Теплый еще, но не совсем чтоб. Часа два, наверное, прошло, авторитетно констатировал старлей.

– Ага, и эти два часа я сижу и жду, не потеплеет ли мертвяк или не подъедете ли вы? Так? Или же, придавив его, названиваю в любимую легавку и ожидаю с нетерпением, когда же меня повяжут. Не совсем логично.

– Это ты там потом будешь выстраивать свою логику, а у нас закрой крикушку.
– Леха сунул мне под ложечку дубинкой и продолжал неспешно, со вкусом: - Логик... У нас ты с поличным, на месте преступления, на тепленьком еще "жмурике".

Сержанту явно мерещились премиальные.

– Мудак ты, Леха, - с сожалением сообщил я, но добавить ничего не успел, потому что он очень удачно приложился к моему темечку дубинкой.

– Хватит, перестань, - сквозь туман донеслись до меня лейтенантовы слова.
– Что-то долго едут.

– У них сегодня опять одна машина на район. Василь, отправь этого недоделанного на улицу - всю ванну обрыгает. Что экспертиза скажет?

– Ё-мое!
– Старлей матерился долго и старательно.
– Ты, засранец, канай отсюда к машине, жди там. Да ванну помой... Хотя нет, не надо отпечатки смоешь.

– Чьи?
– язвительно осведомился я.

– Заткнись, - ласково посоветовал сержант Леха.

Я проявил благоразумие и присел на корточки.

Так и застали нас оперативники в вестибюле князевской квартиры. Меня, как опасного преступника, посадили тут же, в прихожей, на табуретку. И пока эксперты суетились с замерами и осмотрами, дежурный следователь, примостившись рядом, начал обработку.

– Фамилия?

– Гончаров.

– Имя?

– Константин.

– Отчество?

– Иванович.

– Где работаете?

– Нигде. Уволен из органов.

– А-а, так вы тот самый...

– Тот самый!

– Докатился!

– До чего?

– Человеков давить начал.

– Да не я это.

– Не ты, так твои подельники.

Господи, все его вопросы я знал наперед. Даже обидно стало - каких пней набирают! Толстая девка с двумя маленькими звездочками и большими титьками, что шмонала перед входной дверью, вдруг закудахтала, давясь соплями и восторгом:

– Парни! Что нашла!
– Она указывала на лежавший у ее ног пакет с найденными мною миллионами.

– Ни хрена себе!
– оценил сумму оперуполномоченный, плешивый крепыш. Сколько тут?

– Пачек десять. Пятидесятитысячными - это...
– она зашевелила носом и извилинами, - это пять "лимонов".

– Ну и дела, - выпучился следователь.
– Откуда?

– Я принес, - признался я.
– Осторожно с отпечатками. Это важно. Тем более, что там в двадцать раз больше, чем результат вами высчитанный. То есть сто миллионов "деревянных". И учтите: это все, что я вам могу сказать. Показания я буду давать теперь только своему следователю.

Вызвали подкрепление, и меня с большой помпой в четыре утра доставили в РОВД.

В одноместном персональном собачнике я заснул, забылся. Проснулся же с мыслью, что, кажется, серьезно влип.

К следователю меня отвели часов в двенадцать. А до этого я успел крепко подумать, "выстроить скелет" происшедшего.

Позавчера в ночь исчезает князевская жена и, предварительно вырубив сторожа, прихватывает мужнины бабки. Исчезая, она оставляет записку, в которой недвусмысленно просит о ней не беспокоиться. И уходит в обществе двух мужиков. Или уводят силой? На этот вопрос пока нет ответа. Наутро ее муж, накануне находившийся в приятном обществе девок, обращается ко мне с просьбой помочь найти деньги. Но всего он мне не докладывает. Более того, при опросе его коллег ведет себя странно. И вообще: странный какой-то союз Князева и Лии - что общего у них? С ее стороны еще понятна выгода такого брака. Но ему ведь она нужна как "пришей к жилетке рукава". У него таких десяток добрый наберется. И что значит ее прощальная записка?

А вечером приходит кореянка и выманивает меня на дачу, где я нахожу миллионы, с которыми прямехонько попадаю к холодеющему князевскому телу и потом - в объятия своих бывших коллег.

Черт знает что... Единственное, что понятно: меня хотели подставить и подставили. Но нанимал-то Князев. Для чего? Чтобы я был на освидетельствовании его трупа? Вряд ли. И кроме того, я бы мог это сделать бесплатно. Можно допустить, что в игру неожиданно вмешался кто-то третий, оставив меня и покойного в проигрыше. Но миллионы-то в милиции. Значит, он, третий, тоже не в выигрыше. Тогда зачем все? И какую тут роль играет Лия?

Да-да, единственное мое спасение - говорить только правду.

* * *

Следователь мне попался новенький. Переселенец из стран ближнего зарубежья. Бывший следователь прокуратуры, человек грустный и вежливый, к грязной милицейской работе совершенно не приученный. Юрий Львович Вайер был примерно моего возраста, но абсолютно лысый.

Он печально посмотрел на меня умными черными глазами и не то предложил, не то попросил:

– Будем работать?

– Будем, - согласился я.

– Вы бывший работник органов, а я здесь новенький, поэтому поручили мне. Насколько возможно, постараюсь облегчить вашу задачу, но и вы помогите мне. Дело для меня... хреновое.
– Он осторожно погладил голый череп и предложил: - Начнем?