Чтение онлайн

Как-то вечером он сидел у полуоткрытой двери конторы и тоскливо смотрел перед собой. Взору его открывался фасад высоченного дома напротив. Точнее говоря, из двери конторы и видно было только этот дом, небо в кадр не вмещалось. В окне пятого этажа сидел мальчуган лет семи. Спрашивается, что уж тут такого особенного, если семилетний мальчик решил посидеть на подоконнике? На первый взгляд — ничего. Но если ребенок скучает на подоконнике как раз в тот момент, когда во всем микрорайоне, в каждой квартире звучат позывные вечерней сказки, это событие из ряда вон выходящее. Жужик немедленно принял решение: подняться на пятый этаж и поговорить со странным человечком. А то молчишь да молчишь целыми днями, не с кем словом перемолвиться. Жужик чувствовал — это его первый и последний шанс проявить себя в деле.

Он надел свое волшебное облачение, чтобы предстать перед незнакомым мальчуганом во всеоружии, и тщательно подготовился к полету. Хотя лететь предстояло недалеко, всего лишь на пятый этаж, а за годы ученичества он ух как налетался… Общее впечатление несколько портил рюкзак, но другого выхода не было, пришлось прихватить справочник с собой: кто знает, в какую историю влипнешь, если волшебные заклинания из головы выскочат.

Жужик набрал в грудь побольше воздуху и более-менее точно приземлился на подоконнике возле мальчика. Он ожидал возгласов удивления или восторга, чего мы вправе ожидать от темнокудрого и голубоглазого мальчика, рядом с которым вдруг появился кудесник. Но мальчик только взглянул на него, почесал нос и хмыкнул.

Жужик несколько опешил.

— Как прикажешь тебя понимать? — поинтересовался он.

Мальчик прижался спиной к оконной раме. Его уже переодели в пижамку, явно готовя ко сну. Вопрос Жужика не сделал его разговорчивее, в ответ прозвучало все то же:

— Хм.

Жужик прибег к другому способу. Щелкнул каблуками, склонил голову в легком поклоне и представился. Торжественность момента испортил лишь колпак, при поклоне сползший на глаза. Мальчик засмеялся. Жужик в растерянности сдвинул колпак на лоб и снова представился:

— Жужик Шуршалкин.

Но мальчик по-прежнему заливался смехом.

— А тебя как зовут? — волшебник не оставлял попыток завязать беседу.

Наконец мальчик отсмеялся и заговорил членораздельно.

— Илюша Кирюша, — сказал он и, стиснув зубы, угрожающе прошипел: — И не вздумай дразниться — расквашу нос!

Столь приятная перспектива заставила Жужика попятиться, при этом он совершенно забыл, что стоит на оконном карнизе, и, не зацепись лямка рюкзака за шпингалет, несдобровать бы нашему волшебнику. Потеряв точку опоры, он беспомощно трепыхался между небом и землей, пока мальчик не втащил его на подоконник. Необычность спасательной акции насмешила Илюшу Кирюшу до слез. Жужик почувствовал себя слегка задетым.

— Чем тебе не нравится твое имя? — спросил он, чуть отдышавшись.

— Дразнят меня…

— Почему?

— Говорят, так не бывает. Или Илюша, или Кирюша, что-нибудь одно.

— Что значит «не бывает», если тебя зовут именно так, а не по-другому! Не обращай внимания! Меня тоже в школе дразнили «растяпой», «недотепой», «криворуким». Если хочешь, тоже можешь называть меня каким-нибудь смешным прозвищем.

Илюша Кирюша улыбнулся.

— А ты, собственно, кто такой?

Жужик вытянулся в струнку и с готовностью ответил:

— Я волшебник.

Илюша Кирюша снова улыбнулся, но на сей раз насмешливо.

— Волшебников не бывает.

Жужик даже растерялся. Что за ерунду болтает этот мальчишка с несуразным именем?

— Вот же он, перед тобою! Дипломированный волшебник. Хочешь, диплом покажу?

— Никаких волшебников не бывает! — стоял на своем Илюша Кирюша.

— Про тебя тоже говорят, что так не бывает, но ты же есть! Почему же ты говоришь, что волшебников не бывает, когда я — вот он, перед тобой?

Илюша Кирюша по-прежнему недоверчиво смотрел на него.

— Ну ладно… Если ты и вправду волшебник, — наконец с сомнением произнес он, — тогда наколдуй мне что-нибудь.

— Пожалуйста, — высокомерно бросил Жужик. — Что тебе наколдовать?

— Сказку.

— Пара пустяков! — Жужик сдернул с плеча рюкзачок, извлек оттуда «Справочник для магов» и стал его листать. — Значит, так… — бормотал он. — Сено, сера, сервелат, сервиз, сервис, серп, сетка, сивка, — зачитывал он вслух ключевые слова. — Ага, вот оно, сказка! — и бойко отбарабанил волшебное заклинание:

И в тот же миг на постели очутилась толстая книга с красивыми картинками — сборник сказок.

— Сказано — сделано! — сделал горделивый жест волшебник.

Илюша Кирюша смотрел на чудо во все глаза. Взял с постели тяжеленный том, полистал.

— Очень красивая книга, — сказал он и положил ее на постель. — Но у меня уже есть такая.

— Не беда! — пожал плечами волшебник. — Наколдую тебе другую, о какой ты и слыхом не слыхивал.

— Но мне нужна совсем другая сказка!

— Какая?

— Настоящая. Взаправдашняя.

— А это чем тебе не сказки? Чего тут только нет: и младший сын, который отправляется удачи искать, и привередливая принцесса, заставляющая женихов пройти самые невообразимые испытания, и бесстрашный рыцарь, готовый сразиться с семиглавым драконом, — все, чему полагается быть в сказках.

— Мура все это, — пренебрежительно отмахнулся Илюша Кирюша.

— Что значит «мура»? — оскорбился Жужик. — Какая же тогда сказка тебе нужна?

— Всамделишная.

— Заладил одно и то же. Объясни толком!

— Всамделишная сказка — то, что происходит на самом деле. Понятно?

Жужик непонимающе развел руками.

— Тогда, значит, никакой ты не волшебник, — насмешливо растянул рот Илюша Кирюша. Разве что фокусник.

Жужик вспыхнул от обиды, а мальчик продолжил:

— Сказка всамделишная, если все, что там делается, происходит со мной. Я хочу свою собственную сказку. Такую, где все обо мне и про меня.

Жужик аж рот раскрыл от удивления. Он заикался, мычал, подыскивая слова, но так и не успел найти, поскольку в комнату вошла высокая светловолосая женщина.

Всем известно, что сказочный персонаж не заметен для окружающих, его видят лишь те, кому он является. Все так. В общем и целом. Но Жужик, естественно, забыл сделать себя невидимкой, прежде чем взлететь на пятый этаж.