Чтение онлайн

На стене красовалась картина Красноглазки, перешедшая за Таней в новый дом. Но теперь она выглядела иначе.

Издали я вдруг уловил глубокий концепт, который никак не ожидал от кого-то вроде стирателя-аутиста.

Изображение было связано по форме в четырёх всадников апокалипсиса, внутри силуэтов которых угадывались последние счастливые картины умирающего мира. Вырвавшийся на свободу смертельный вирус, коронованный всадник Чумы. Кровавая мировая Война, столь бессмысленная сколь и беспощадная. Наступившая вслед за ней экологическая катастрофа, породившая Голод…

И четвёртый всадник, находившийся в тени.

Его красноглазка дорисовать не успела…

4. Воля партии

Утро пахло корицей и кардамоном.

Запах молотых кофейных зёрен, смешанных со специями. Я вовремя снял турку с огня. Таня сладко потянулась и прикрыла глаза, наслаждаясь запахом кофе.

— Значит, в кофе ты тоже разбираешься, спрайт? Что дальше? Умеешь сказочно готовить?

Я пожал плечами.

— Ты будто в последние времена не жила. Я думал, готовить умеют все.

— Я просто запихивалась тем, что под руку попадёт. Вот такая вот я хреновая хозяйка. Даже толстеть к сорока начала, несмотря на хорошую генетику худышки. Просто от того что, ела что ни попадя, ибо лень… Но тебе могу и борщи варить, я не против.

— С таким подходом точно ничего делать не нужно. Кулинария — это искусство. Художник рисует красками, музыкант создаёт миры звуками. А повар творит вкусами. Просто представь, что это это краски или звуки, и нарисуй себе вкусный завтрак. Думаешь, хорошая картина или музыка получится, если ты говоришь «ну, так и быть, ради тебя я пойду на жертвы».

— Не могу не задаться вопросом, зачем ты всё-таки со мной возишься…

— Это прозвучит странно, но… когда-то давно в мире, о котором не принято говорить, у меня была… скажем так, образ идеальной девушки, который я сам себе выдумал. В основном, собирал по кусочкам из снов…

— Вспомнил наш первый трамвай и мою историю? — она улыбнулась — Один — один. Став первоуровневой НПС я видела тебя во снах, но это не удивительно. Остаточная память.

— Ну вот, а я уже начинал считать тебя идеальной. А тут сны обо мне оказывается не знак судьбы свыше! Всё, мне пора.

— Просто пытаюсь понять тебя и твою мотивацию.

— Она проста, как дверь. Нафармить время, стать вечным, жить.

— Это понятно, у всех примерно так же. Но ведь есть ещё и личные желания, верно? Или постой… — она усмехнулась. — Мамочки, я всё поняла!

Она сделала испуганное откровением лицо.

— На самом деле ты — изварщенец, которого тянет к несчастненьким! А я — бинго эталонной неудачницы!

— Поражаюсь твоей способности в любой сказанной фразе увидеть способ унижать себя. Девушка из сна не была мазохисткой.

— Я реалистка. То, что я профессиональная неудачница, это факт. Такой же как и тот, что в своей профессии я сумрачный гений. Видишь, это идеальный баланс. А твою тёмную сторону я не вижу. Живой человек не может быть настолько идеален.

— Был бы я идеальным, вытащил бы друга из петли, — хмуро ответил я, вспомнив о Мирте.

— Расскажешь? — мягко спросила она.

— Лидер нашей небольшой группы на этом круге ушёл навсегда. Во всяком случае, так говорит начальство.

— Это важное уточнение, — сказала Таня и добавила сливки в кофе. И то, и другое она где-то добыла ночью, стоило мне только упомянуть, что умею его варить. Как и приправы.

Будто это великий подвиг.

— Что за чёрная кошка пробежала между тобой и вечными? — спросил я.

— Характер такой. Не люблю власть. Должны же быть одиночки-революционеры?

— Не катит. Я уже понял, что ты работала с ними. Потом скорее всего ушла. Это твоё право, я не осуждаю. Просто…

— Да, скажи, зачем тебе это знать. Достаточно и того, что в этой истории нет ничего, что бы изменило твоё отношение ко мне. Просто старая неудачная подработка.

— Вчера мы говорили с тобой о свободе. Моя свобода, наверное, в том, чтобы разобраться, что на самом деле случилось с ним. Тем более, что мне по работе регулярно попадается с кого спрашивать.

— Ты хочешь понять, действительно ли он погиб окончательно? А если просто ушёл? Многие просто уходят, как я.

— Тогда пожелаю ему счастья. Но мне бы хотелось быть уверенным, что я следующим не окажусь на его месте. Я пришёл туда ради времени. А теперь, если б не нависшая над нами угроза, предложил бы тебе охотиться на артефакты вместе.

— Правда? — посветлела она. — Это было бы здорово!

— Я же говорю — если. Да и подрабатывать я не против. Но если неспящие нагнут Город, всё это будет делать нам негде. Так что тут я солидарен с руководством, надо бы сначала избавиться от этих сектантов.

— Значит, ты хочешь расследовать его смерть?

— Не то чтобы это было для меня жизненно важным, но это было бы правильно.

— Хочешь, я помогу тебе?

— Как? Да и зачем это тебе? — удивился я.

— В счёт долга.

— Ты ничего у меня не занимала и не должна.

— Тогда потому что просто хочу, и это моя свобода? — с лёгкой улыбкой спросила она.

— Ты наверное слышала про гидру?

— Наркотический яд? Эффективен против пробуждённых. Его можно перегонять в масло и смазывать оружие, но чаще подсыпают в еду или принудительно кормят.

Интересный у неё ход мыслей.

— Мы поймали как-то распространителя. Девчонку из первоуровневых. Через неё вышли потом на логово изготовителей и накрыли его. Сама она тогда сожрала свой яд.

— Уф. Мучительная смерть.

— Да. Вот только на позапрошлом круге мы встретили её вновь. Уже с группой беспредельщиков. Она пыталась вести с нами диалог.

— Неспящие не общаются с нами, а убивают на месте, — Таня мне не поверила. — Они даже пленных не берут, просто казнят нас на месте, как собак.

— Эта захотела пообщаться и назначила время и место встречи. Мы потом это обговорили, и он решил, что не пойдёт, но потом… Пришёл вечный Михаил, если знаешь такого, и всех перестрелял. Не первый раз, так что «убивают на месте» не только они, но и мы.

— Это стопроцентная засада. Сожалею, но скорее всего твоего друга убили или насильно накормили гидрой.

Мелькнул аргумент о том, что эта Лена пообещала так не делать, но даже мне самому он показался смешным.

— Да, я тоже так думаю. Вчера вечером мне пришло сообщение, что его больше нет. Но мне бы хотелось услышать об этом из уст самой Лены и закрыть для себя этот вопрос.