Чтение онлайн

Во время перестрелки он все делал правильно, сейчас, после боя, он понимал, что не мог сделать ничего большего. Опыт десятков маленьких и больших стычек, перестрелок рождал чувство, что каждую секунду боя, по звукам стрельбы, по перемещениям противника и крикам, ты понимал, что будет дальше. Вот только не должен был погибнуть Сыма, но погиб!

Снизу послышался голос Висельника, тот звал его. Он чувствовал, что кровь пропитала шапку, да и рука невыносима болела. Запах, он почувствовал, что к нему возвращаются запахи в зале, пахло горелым железом. Что пара ламп перевернулась, и уже начался пожар, но он об этом забыл. А вот Висельник не забыл, всё-то он успевает…

В зале он увидел Василя, тот был жив, но покачивался, держась за рану на голове. Законник попробовал шагнуть, но упал на колени, моргая и пытаясь сфокусироваться. Василь жив, слава тебе Господи. Искандер почувствовал, что его не держат ноги. Он сел на скамейку, глядя как Висельник помогает подняться законнику. Мебели в зале, как таковой, не осталось, всё было изрешечено пулями. Он нашел целый табурет на кухне, посадил на него законника у стены и накинул тому на плечи шубу. Искандер чувствовал, что внутри появилась надежда. Что эти двое, грубый убийца и вежливый убийца с проломленной головой знали, что делать.

— Луиза, — слабо спросил законник, — мы её взяли?

Искандер кивнул, и Василь успокоено закрыл глаза.

— Ты не ранен? — спросил Висельник у Искандера.

— Голова, рука. Мелочи, — ответил Искандер.

Он проверил тела остальных — живых в зале не было. Как уцелел Василь? Наверное, с двух сторон был прикрыт мебелью, так что ни пули, ни взрыв его не задели. Висельник успел перевязать себя и сейчас хромал в одних трусах. Ведь знал Василь, кого брать, боец Фангата не паниковал, не колебался, делал всё вовремя и как надо. Ты тоже, сказал Искандер себе, и пускай Василь катится к чёрту. С нартами хотел он Искандера оставить!

— Пошли, что покажу, — поманил его Висельник.

Гоша закатал рубашку одного из странного спутника Ковыля. На груди у того была татуировка — вздыбившийся конь. Казанское ханство. Спецназ. «Не должны были мы справиться», — подумал Искандер.

— Парни, нужно допросить Луизу, — слабо сказал Василь. — Висельник, я не смогу, придется вам. Ты изобразишь, что её пристрелить готов. Искандер, как тогда с Ковылем, контролируй Висельника.

Искандер кивнул. Это были драгоценные минуты после боя, когда захваченный противник в шоке и не сможет собраться. Искандер с трудом поднялся на второй этаж гостиницы. У него не осталось сил, но нужно было завершить дело.

В который раз он подумал, что у Василя нет плана. Но и не скажешь, что он действует наобум. Но вот уже четвертый раз он увидел вживую, как Василь выбирался из передряг, где шансов-то и не было.

Висельник тем временем деловито проверил убитых, собрал оружие. Он наклонился над Кучей, неодобрительно покачав головой. Искандер слышал, что Гоша вышел на улицу и втащил тело Одноглазого в зал, ругаясь и проклиная того, что тот оставил его одного, и теперь только ему, Висельнику, всё разгребать. Он был зол, но Искандер чувствовал горе, и что боец не знал, как выразить эти эмоции, поэтому выражал их единственным способом — руганью и проклятиями.

Искандер не питал никаких иллюзий, что Луиза испугалась стрельбы. Что же планировал Василь? Спугнуть её? С такой-то охраной? Наверное, он и не планировал. Сейчас Искандер отчетливо видел это, дело было не в Луизе, законник хотел спровоцировать её встречающих, но ошибся в противнике.

Искандер отстегнул Луизу от кровати и потащил её вниз, нарочно ударяя об выступающие углы стен. Он посадил врача у стены, повернувшись к Висельнику.

— Убили, Айдара убили, — причитал тот над телом Кучи. Он повернулся к Луизе. — Это из-за тебя!

Как тогда в госпитале, Искандер схватил Висельника. Как и с Алёной, сил у него не хватило. Висельник отшвырнул Искандера, выхватил пистолет и выстрелил в Луизу, пуля ушла чуть выше головы. Луиза вздрогнула, но осталась неподвижной. Она очень спокойно посмотрела на Василя.

— Хватит. Переигрываете, — сказала она без следа эмоций. Она не мигая смотрела на Василя. — Развяжи руки, давай твою девчонку прооперирую, иначе не выживет.

Василь посмотрел на неё с минуту, потом на Висельника и Искандера.

— Не фартануло. Искандер, расстегни её.

— Рыпнешся, я с тебя живой кожу сдеру, — пообещал Висельник.

Он сказал это спокойно, но у Искандера не было и тени сомнения, что тот выполнит угрозу. Врач кивнула, Искандер снял с неё наручники. Луиза села, разминая руки, потом с ворчанием поднялась — Висельник и Искандер шли следом. Врач наклонилась над Алёной, приподняла бинты.

— Так, тащим её мне на кровать. Чище места тут не найти. Гоша, так же тебя? Принеси кипятка, на кухне должен быть.

Они занесли Алёну, аккуратно положив её на одноразовые простыни, которую успела расстелить Луиза. Василь медленно дотащился на второй этаж и упал в кресло.

— Она себе что-то вколола? — спросила Луиза, протерев руки спиртом и одев халат и маску.

— Морфий, — ответил Искандер, — два шприца из военной аптечки.

Сейчас он понял, насколько переживает за Алёну. После плена он был в ужасе, что Василь притащил девушку в город, но сейчас Искандер понял, что переживает, выживет ли она.

— Вот эти ребята, — сказала Луиза, — которые были с Ковылём, это группа Хан, батальон специального назначения Казанского Ханства. Их задача была вывезти меня в Казань.

Искандер переглянулся с Василем. Куча вряд ли понял, что он сумел завалить двух бойцов одного из самых лучших отрядов ханства.

— Ты тоже из Орды?

— Нет. Я из Перми. Сейчас это Уральская Республика. Искандер, помоги. Руки помой, будешь держать зажим.

— Почему тогда?

— За идею, — она посмотрела поверх маски, — я была врачом в специальном хранилище биоматериала «Верхний Мир». Слышал о таком?

Василь кивнул.

— Это было хранилище для семян, — сказала она, — чтобы сохранить их для потомков. Ещё одно такое было в Норвегии. Там были все растения Земли и генный материал животных, который мы смогли сохранить до Зимы. Туда свозили бесценный архив, когда стало понятно, что наступит Зима. Мы должны были сохранить это, пока климат не восстановится. Вот только на третий год у дверей появились люди. Спасатели, чтобы их. У них были коды, они открыли Ковчег для шушеры, которой там было не место. Чиновники, министры. Нас было сто двадцать. Учёные, врачи. К нам заселили три сотни дикарей, обязав кормить их. Бесполезные люди… Когда из семян, которые осталось только в двух местах на всей планете, варят кашу… Ненавижу тех, кто ради себя готов был угробить будущее. Я ненавижу всех, кто был в этом виноват. Но особенно я ненавижу спасателей. Это была бы моя месть. За погибшее будущее…