Грязное обещание
Шрифт:
романтиком. На самом деле, я почти уверена, что на этом моменте в книге, Кия закатила бы глаза. Для меня, «Гордость и предубеждение» — это
именно то, что нужно.
Уже десять. Салон Макса должен быть закрыт, если я правильно
помню время работы. Отбросив в сторону чувство вины, я пишу ему, говоря о том, как сильно люблю книгу, и что, к сожалению, из-за работы, не
смогу много читать.
Мы переписываемся всю ночь. Говорим о наших любимых фильмах и
работе, о нашей жизни в целом. Я узнаю, что он всегда хотел быть
художником, и его героями детства были да Винчи и Дали. Ему нравится
классическая музыка и дэт-метал, также он выучил язык жестов, чтобы
общаться с одним из своих постоянных клиентов, который является глухим.
Он совсем не такой, как я ожидала. На самом деле, Макс вроде как
замечательный. Никаких следов от того мудака, с которым я столкнулась, когда впервые вошла в салон. Словно это был совершенно другой человек.
Я начинаю засыпать, и мои глаза напрягаются, чтобы прочитать
размытый экран. Когда я смотрю на часы, уже три часа ночи, я должна буду
вставать на работу через четыре часа.
Мы прощаемся, и я мгновенно засыпаю, даже не переодеваясь. Когда
мой будильник срабатывает в семь утра, я едва могу открыть глаза. Как бы
ужасно я себя не чувствовала, это стоило того, чтобы узнать о Максе
больше, и быть зомби до конца дня. Хорошо, что я косметолог, а не
медсестра или кто-то другой по профессии, которая включает в себя
жизненные или смертельные ситуации, хотя, полагаю, что некоторые из
женщин, чьими волосами и макияжем я занимаюсь, не согласятся.
После душа я одеваюсь и иду на работу. Должно быть, без макиажа я
выгляжу ужасно. Я решаю накраситься, пока жду своего первого клиента.
Это своего рода условие, быть накрашенной, так как это, буквально, моя
работа.
Я сижу на своем месте, нанося праймер, когда Мелоди, которая сидит
рядом со мной на своем месте, постукивает своими длинными ногтями, чтобы привлечь мое внимание. Когда я смотрю на нее, ее лицо
расплывается в широкой улыбке.
— Что? — спрашиваю я.
Мы не лучшие подруги, но стали ближе с тех пор, как Киа умерла.
Все на работе очень поддерживали меня.
— Ты светишься, — говорит она.
Глядя в зеркало, я этого не замечаю. Все, что я вижу, это мешки под
глазами и покрывшуюся красными пятнами кожу.
— Это шутка, да? Я выгляжу дерьмово, — говорю я.
— Ну, да, ты права, но под всем этим дерьмом ты светишься.
Я закатываю глаза и наношу консилер, чтобы скрыть мешки под
глазами. Выглядит намного лучше.
— У тебя был секс? — спрашивает Мелоди.
Клянусь, что у всех девушек здесь шестое чувство, когда дело
касается этого.
Мой разум сразу же возвращается к Максу, его твердому телу, горящим глазам, срывающей трусики улыбке. Я сдерживаю улыбку, что
грозит исказить мое пренебрежительное выражение лица, которое я
пытаюсь скрыть.
— О Боже, он точно у тебя был, — говорит она. — Ты должна мне все
рассказать.
Пока каждая из нас работает над нашими клиентами, я рассказываю
им историю о Кие, конвертах и Максе. Как сначала он мне даже не
нравился, потому что был самоуверенным придурком, и как потом все
изменилось.
Наши клиентки, которые обычно игнорируют наши сплетни, и
пустую болтовню, присоединяются к беседе, задавая вопросы и высказывая
свое мнение. Все говорят разные версии одного и того же: тебе с ним
повезло.
Конечно, я возражаю этому, так как даже хорошо его не знаю. Наши
«отношения» вполне можно назвать просто сексом, и я думаю об этом
больше, чем есть на самом деле. Но девочки ничего не слышат.
— Ладно, хватит, — говорю я. — Пришло время поговорить о ком-то
другом.
Я заканчиваю со своей клиенткой. Это образ подружки невесты с
красными губами и с ярко-накрашенными глазами. Несмотря на яркий
макияж, получилось потрясающе.
— Ты прекрасно выглядишь, — говорю я ей и отправляю к
следующему столу, чтобы Тиана могла сделать ей прическу.
Как только я кладу косметику обратно в свой сундучок, я замечаю
движение в зеркале и смотрю вверх. Макс стоит с Лидией, менеджером
салона, у входа. Она стоит позади него, чтобы он не мог ее видеть, и
прыгает, указывая на него, привлекая внимание других девочек. Это
работает, и он выглядят немного смущенными, пока идет ко мне.
Мое сердце бьется со скоростью мили в минуту. Я забываю, как
дышать, моя голова начинает кружиться, и я начинаю раскачиваться, чувствуя себя так, словно теряю сознание. Не знаю, почему я так
нервничаю, когда снова его вижу. Может быть потому, что он на моей
территории, и я знаю, что у всех потом будет что сказать по этому поводу.
Что он вообще здесь делает? В одном из наших сообщений я упомянула, где работаю, но не думала, что он, действительно, обратил на это внимание, потому что ничего не ответил на это. Очевидно, обратил. Должно быть, Макс нашел адрес.
Чувствую, как горящие глаза моих коллег следят за каждым моим и
его шагом. Он, вероятно, тоже это чувствует, этому свидетельствует его
застенчивая улыбка и раскрасневшиеся щеки.
— Привет, — говорит он, останавливаясь передо мной.
— Привет.
Мне хочется обнять его, но ведь наши отношения еще не на таком
уровне, да? Я подожду, пока он сделает первый шаг, и когда это дойдет до
переписок по телефону.
— Что ты здесь делаешь? — спрашиваю я, стараясь говорить громче,
чтобы он знал, что это приятная неожиданность.
— Я надеялся пригласить тебя на ланч.
Девушки вокруг меня вздыхают от умиления. Я стараюсь не обращать
на них внимания.