Чтение онлайн

– А откуда мне знать, в какой больнице он лежит?
– стараясь быть спокойной, чтобы не заикаться, ответила Юлька.
– Он передал, что во второй, а у вас в городе сорок штук этих вторых. Попробуй поищи!

– Я нашла, - сухо отчеканила девчонка.

Она молча достала из сумки платье и ушла в ванную переодеваться, а Юльке сразу стало ужасно неуютно в этой чужой комнате. И надо же было ей сюда заехать! И зачем приглашать, зачем клянчить "приезжайте, приезжайте", если тут ему не так уж и одиноко?

Девчонка вернулась быстро, Юлька успела только найти выключатель и рукава халата, а за тапочками под диван слазить не успела.

Теперь, при ярком верхнем свете, можно было хорошо рассмотреть гостью. Она показалась Юльке уже не такой резкой и по-мальчишески грубоватой, какой казалась раньше, даже черты лица у нее стали мягче. В первую очередь следовало выяснить, кто она, почему так бесцеремонно ворвалась в квартиру и какое, собственно говоря, отношение имеет к Юлькиному деду.

– Ты его родственница, что ли?

Девчонка молча наклонила голову.

– Это очень дорогой инструмент, - промолвила Юлька, по-хозяйски кивнув на рояль и тем самым подчеркивая свое неоспоримое право распоряжаться дедовыми вещами.
– Нельзя вот так швырять на него что попало.

– А, да, - кивнула головой девчонка и убрала сумку с рояля.

– А тебя как зовут?

– У меня трудное имя, - ответила девчонка таким издевательским тоном, словно ее имя действительно было недосягаемо для Юлькиного языка. Значит, все-таки Юлька себя выдала, и девчонка заметила, что она заикается.

– У нас в классе одну девчонку дразнят Фтататитой из какой-то пьесы, - сказала Юлька.
– И ничего, справляемся. Ты тоже Ф-ф-тататита?

– Нет.

– А кто же?

– Я - Дюк.

– К-кто?

– Дюк.

– Может быть, Дюка?
– попыталась уточнить Юлька.

– Дюк.

– Глупость одна, а не имя!

– Есть хочешь?
– очень спокойно спросила девчонка.

– Не хочу!

Девчонка со странным именем по-хозяйски, словно жила в этой квартире тысячу лет, принесла откуда-то из прихожей простыни и подушку, швырнула их Юльке - "кто же спит на голом диване!". Потом она принесла раскладушку. Что такое? Для себя?.. Она собирается спать здесь, не спросив разрешения у Юльки? Кто же здесь хозяин - Юлька, родная и единственная внучка своего деда, или эта Дюка?..

– Ты что, была у моего деда?
– сухо спросила Юлька, первый раз в жизни называя деда так подчеркнуто по-родственному - "мой".

– Была.

– Когда?

– Сейчас.

– Ночью?

– Ночью.

– П-почему ночью?

– Потому что была далеко от дома. Сегодня вернулась и узнала, что он в больнице.

– А где твой дом?

– Недалеко.

– А ты с кем живешь?

– А ты?

Удивительно все-таки, до чего нагло вела себя эта Дюк!

– Ну и как его здоровье?
– спросила Юлька ледяным голосом.

– Все-таки ему семьдесят четыре, - помолчав, вместо ответа сказала Дюк таким тоном, словно это она, Юлька, была виновата в том, что ему уже семьдесят четыре!

– Значит, ничего?

– Есть хочешь?

– Нет!

– Тогда спи.

Ничего себе!

Дюк ушла на кухню и принялась там возиться с кастрюлями - совсем как мать вечерами, когда Юлька укладывалась спать. Вот еще! Надо все-таки в конце концов выяснить, кем приходится она Юлькиному деду! В конце концов, Юльке доверили ключ от квартиры и она отвечает за ее сохранность! В конце концов, здесь стоит дорогой инструмент и вообще, наверно, есть ценные вещи. И Юлькин чемодан!..

– Значит, ты его родственница?
– сердито крикнула она в распахнутую дверь кухни.

– Родственница, - отозвалась Дюк.

Надо же! Неужто она и Юльке родственница? Подумать только! Раньше это совершенно не приходило Юльке в голову. Она просто не допускала никогда мысли о том, что родственники деда могут оказаться и ее, Юлькиными, родственниками... Дюк вернулась в комнату, погасила свет, разделась, легла на свою скрипучую раскладушку.

– Одеяло дать?

– Не надо, - ответила Юлька.

– Тогда спи.

Неужто же эта Дюк думает, что Юлька вот так спокойно уснет, не выяснив своих родственных отношений с ней? В конце концов, надо было просто поставить ее на место, эту Дюк! Кем бы ни приходилась она Юлькиному деду, ближе Юльки у него все равно никого не было. Так чего же задаваться.

– Так с кем ты живешь?
– снова спросила Юлька.

– С мамой.

– А она тоже его родственница?

– Тоже, - сказала Дюк.
– Утром я встану рано, у меня дела в городе, а надо уехать домой с десятичасовой электричкой.

– Дальняя?
– спросила Юлька.

– Пригородная, - ответила Дюк.

К тому же эта Дюк была еще и бестолковой! Юлька же яснее ясного спросила ее о матери - дальняя она родственница деду или нет. При чем здесь электричка?

– До нашей станции сорок минут ехать. Только не все электрички там останавливаются.

Когда она говорила вот так мягко и дружелюбно, Юлька даже начинала испытывать к ней симпатию, и даже голос ее вдруг делался каким-то мягким, каким-то знакомым, словно Юлька уже слышала его когда-то.

– Наш дом на холме. Его отсюда, из окна, видно, - сказала Дюк.

– Что?
– Юлька чуть не подскочила.
– Тот, под к-красной крышей?

– А что?

– Н-ничего, - сказала Юлька.

Здорово! Ничего не скажешь! Среди бела дня нагло и бессовестно у Юльки украли то, что принадлежало давно и лично ей по праву! По праву! Потому что уютный дом на зеленом холме под красной крышей жил в Юлькином мире, под Юлькиным небом, центр которого всегда-всегда был над ее головой! Если даже уйти на край света, все равно он будет именно над Юлькиной головой! Именно над Юлькиной!

– Уютно устроилась, - сквозь зубы процедила Юлька.

– Почему уютно?

Юлька не могла видеть в темноте, но она почувствовала, что черты лица Дюк делаются снова жесткими, а губы резкими, как у мальчишки.

– Уютно потому, что красивый дом. И зелень... И на холме. Наверно, самое спокойное место на земле выбрала...

– Спокойных мест на земле нет, - отрезала Дюк.

– Есть!

– Нет!

– Есть!

Дюк помолчала немного, и за это время Юлька успела несколько раз упрямо повторить: "Есть, есть, есть, есть..." Только так она забивала противников в споре.