Хлеб Гиганта
Шрифт:
Дружба с Себастианом Левинном расцветала. Особую остроту придавало ей то, что она держалась в секрете. Мама Вернона пришла бы в ужас, узнай она правду. Левинны, конечно, не пришли бы в ужас — но их радость могла привести к не менее пагубным последствиям.
Ежедневные занятия тянулись невыносимо долго для Джо. Если время как-то и пролетало, то на свинцовых крыльях Каждое утро к ней приходила гувернантка, которая немного осуждала свою прямолинейную и непокорную ученицу. Джо жила лишь ради каникул и свободных часов. Как только наступал конец занятий, они с Верноном мчались к секретному месту встреч, туда, где был удобный пролом в живой изгороди. Они придумали особый свист и множество других тайных сигналов, в которых на самом деле не было необходимости.
Иногда Себастиан уже ждал их, лежа на траве. Его желтое лицо и оттопыренные уши странным образом не соответствовали костюму с бриджами.
Они играли в разные игры, но чаще разговаривали. И как! Себастиан рассказывал им про Россию, они узнали о преследованиях евреев, которые назывались погромы. Сам Себастиан никогда не был в России, но он прожил много лет среди русских евреев, да и отец его чуть не лишился жизни во время такого погрома Иногда, чтобы доставить удовольствие Джо и Вернону, Себастиан говорил что-нибудь по-русски. Это было обворожительно!
— Нас здесь все ненавидят, — сказал он как-то, — но это не важно. Они не смогут без нас обойтись, потому что мой папа очень богат. За деньги можно купить все.
В нем определенно присутствовала эта странная надменность.
— Не все можно купить за деньги, — возразил Вернон, — вот сын Николь, например, вернулся с войны без ноги. Деньги не могут заставить его ногу вырасти снова
— Не могут, — признал Себастиан, — я не это имел в виду. Но, имея деньги, можно купить хороший протез и костыли последней модели.
— У меня однажды были костыли, — сказал Вернон, — это было забавно. А еще у меня была тогда ужасно милая сиделка
— Вот видишь! А если бы ты не был богат, ты бы не смог себе это позволить.
Он был богат? Наверное, да Он никогда об этом не задумывался.
— Хотела бы я быть богатой, — промолвила Джо.
— Ты можешь выйти за меня замуж, когда мы вырастем, — и тогда тоже будешь богата, — предложил Себастиан.
— Не очень-то будет хорошо для Джо, если никто не будет приезжать к ней в гости, — возразил Вернон.
— Я вовсе не против, — сказала Джо. — Мне плевать, что будет говорить тетя Мира и все остальные. Захочу выйти замуж за Себастиана — выйду.
— К тому времени все уже будут приезжать, — заверил Себастиан. — Ты не понимаешь. Евреи невероятно могущественны. Папа говорит, людям без них не обойтись. Вот почему сэр Алингтон продал нам «Оленьи Луга».
Вернон почувствовал внезапный холодок. У него возникло ощущение, что он разговаривает с представителем вражеского лагеря. Но он не испытывал вражды по отношению к Себастиану. Это осталось в прошлом.
Теперь они друзья, и Вернон был почему-то уверен, что они останутся друзьями навсегда
— Деньги, — продолжал Себастиан, — это не только возможность покупать. Это намного-намного больше. И дело даже не во власти над людьми. Деньги — это возможность собрать воедино множество прекрасного.
И он сделал странный, не свойственный англичанам, широкий жест руками.
— Что ты имеешь в виду?
Себастиан не знал, что он имел в виду. Слова только что пришли к нему.
— В любом случае, — констатировал Вернон, — все вокруг не так уж прекрасно.
— Нет, прекрасно! И «Оленьи Луга» прекрасны — хотя, конечно, не так, как «Могучие Братья».
— Когда «Могучие Братья» будут моими, ты сможешь приходить ко мне и гостить, сколько пожелаешь. Мы ведь всегда будем друзьями, правда? Что бы там ни говорили все вокруг?
— Мы всегда будем друзьями, — подтвердил Себастиан.
Мало-помалу дела у Левиннов пошли в гору. Церкви понадобился новый орган — мистер Левинн подарил его церкви. «Оленьи Луга» были всегда открыты для прогулок мальчиков из церковного хора, и клубника со сливками всегда ожидала их там. Кроме того, было сделано большое пожертвование Желтой Лиге. Куда ни повернись, всюду вы сталкивались с богатством и щедростью Левиннов.
Люди начинали говорить:
— Конечно, они непонятно кто — но миссис Левинн так добра.
Говорили еще:
— Да, конечно — евреи. Но, может быть, не стоит судить так предвзято. Многие очень хорошие люди были евреями.
Ходили даже слухи, будто священник в ответ на это добавил:
— Включая и Иисуса Христа.
Но в то, что священник так сказал, никто не верил. Конечно, он был не женат, что было необычно, и странно трактовал Священное писание, и иногда читал непонятные проповеди; но все же никто бы не подумал, что он может сказать что-то по-настоящему кощунственное.
Именно священник представил миссис Левинн Швейному кружку, который собирался два раза в неделю для оказания помощи «нашим храбрым солдатам» в Южной Африке. Встречаться с ней каждый раз и не общаться было, естественно, неловко. В конце концов леди Кумберли, смягченная огромным пожертвованием Желтой Лиге, решилась сделать первый шаг и пригласила миссис Левинн к себе. А так как именно она задавала тон в обществе, все последовали ее примеру.
Не то чтобы Левиннов признали за близких друзей, но они были официально приняты, и люди стали говорить:
— Она очень добрый человек, хоть и одевается не по-нашему.
Но и это со временем пришло. Миссис Левинн быстро освоилась, как и все представители ее народа Прошло совсем немного времени, и она уже ходила в самом что ни наесть твидовом костюме.
Джо и Вернон получили официальное приглашение на чай к Себастиану.
— Пожалуй, хоть раз придется сходить, — вздохнула Мира. — Главное, соблюдать дистанцию. И что за странный у них сын! Вернон, дорогой, не будь с ним груб, ладно?
Так дети торжественно познакомились с Себастианом. Это их очень позабавило.
Но Джо смекнула, что миссис Левинн знала об их дружбе гораздо больше, чем Мира. Миссис Левинн была не дура. Она была такая же, как Себастиан.
Вальтер Дейер был убит за несколько недель до окончания войны. Он погиб как герой. Пуля настигла его, когда он спасал раненого командира под беспрерывным обстрелом. Он был посмертно награжден Крестом Виктории. Письмо, которое командир прислал его жене, Мира хранила как самое драгоценное сокровище.