Хочу быть с тобой
Шрифт:
– Вы правы, слишком взрослый… Так что, поиграем еще? Я вижу, подруги ваши здесь. Могу дорожку еще на час взять.
Ане играть не хотелось совершенно. Руки болели от непривычных усилий, да и настроение было ну совершенно не игровым. Хотелось на улицу, погулять-подышать. Она отрицательно качнула головой.
– Не хочу я, Серж, играть. Погулять ужасно хочется, продышаться. Все-таки здесь слишком душно.
– Это да, душновато. Лето, как ни крути. Тогда давайте вместе пройдемся. Отправим Влада к семейству и отправимся дышать. Идет?
– Идет, мерси. – Аня чуть поклонилась. Волосы бесконечной пепельной волной заскользили по плечам, закрыв руки.
«Красавица… Вот уж не думал, что еще встречаются такие славные девушки с такой суперской внешностью».
Между тем красавица с суперской внешностью, которая не знала о том, что ее собеседник поражен в самое сердце, подхватила сумку и повернулась к Сержу:
– Сейчас девчонкам скажу, чтобы они меня потом не искали с собаками…
– Договорились, буду ждать вас снаружи.
Но долго прогуляться все-таки не получилось – Сержу пришло сообщение, которое заставило его заторопиться.
– Ань, извините. Форс-мажор на работе, придется вас ненадолго оставить.
Девушка пожала плечами – форс-мажор, в общем-то, мог случиться в любое время и на любой работе. Хотя она подозревала, что дело вовсе не в работе.
– Жена?
– Что «жена»?
– Ну хорошо, все в порядке. Оставляйте меня. Тут до метро совсем недалеко.
– Э нет. Никакого метро. Сейчас я вызову вам машину, и поедете как белый человек. Темнеет уже, не дело девушке одной по ночам гулять.
– Вы говорите точь-в-точь, как бабушка.
– Может быть, я она и есть, а?
– Не, у меня бабушка без бороды… Вы чья-то чужая бабушка.
Анин собеседник расхохотался. И в этот момент всего в паре шагов от них остановилась машина. Старенький, но крепенький «жигуленок» готов был везти Аню практически куда угодно.
Серж наклонился к водителю, вытащил бумажник и заплатил за поездку.
– Серж, не надо. Я и сама могу. Теперь буду вам должна…
– Отличный повод еще раз встретиться! Езжайте, Аня, до связи!
Конечно, повод для встречи оказался так себе. Серж позвонил уже через пару часов, чтобы узнать, насколько успешно доехала Аня. Девушка честно сказала, что все в порядке, она дома. И что за двадцать минут в машине, проехавшей по вечерним улицам, с ней ничего экстраординарного не произошло.
– Ну, раз так, то предлагаю завтра все-таки прогуляться и продышаться.
Аня приняла приглашение и вот сейчас с удивлением заметила, что волнуется, собираясь на это свидание. Может быть, это нельзя было назвать свиданием в настоящем смысле этого слова – да, она собиралась на встречу с привлекательным молодым мужчиной, который пообещал с ней погулять по вечерней столице.
Хотя если это не свидание, то что же тогда свидание?
Глава вторая
Уже через пару недель Аня не могла представить себе вечера без встречи с Сержем. Общаться с ним было невероятно интересно, и жизнь сразу становилась совершенно другой.
Конечно, уже назавтра они перешли на «ты», вернее, первым перешел Серж. Аня-то уже как-то привыкла в институте, что преподаватели обращаются только на «вы», да и многие сокурсники, особенно с параллельных потоков, выкали друг другу, совершенно не замечая этого.
– Серж, а почему ты Серж?
– Тебе не нравится?
– Да ну, ты ж явно тутошний, не француз и не канадец…
– Ну, если тебе так спокойней, называй меня Серый – меня почти все приятели так зовут.
– Серый? Ты ж скорее Коричневый или там Каштановый… Ну пусть будет Серый.
– Каштановый – красиво, но как-то классической литературой пахнет… Для начальной школы, нет?
Аня недоуменно посмотрела на собеседника. Сегодня они, пройдясь по набережной, устроились в милой пивной всего на несколько столиков. Пахло рекой, над головой шуршали листьями каштаны.
– Почему для начальной школы? – спросила девушка. – А-а-а… Каштанка…
– Какая вы начитанная, сударыня, для студентки особенно. Прямо диву даешься.
– Я студентка-отличница… – хихикнула Аня.
– Здорово, я тоже был отличником. Правда, очень не вчера.
– А когда?
– Эх, Ань, я сейчас, наверное, покажусь тебе совсем старым. Мне тридцать четыре только недавно исполнилось.
– Точно, кажешься… Просто пень трухлявый!
Девушка почти нарочно провоцировала собеседника. Тот, когда его подначивали, как-то по-особому славно улыбался и поглаживал бородку.
– Может быть, сударыня, может быть…
– А скажи мне, сэр трухлявый пень, а где ты был студентом-отличником?
– Сначала на мехмате в универе. Знаешь здание па Подоле?
Аня кивнула – здание было известное. Когда-то в нем располагался генеральный штаб, потом просто военная академия, а потом военные отдали роскошные аудитории с отличным оборудованием университету. Поселившиеся в нем математики, физики и химики почувствовали себя вольготнее и образовали новый факультет, экологический. Здесь, как рассказывали Ане ее приятели, нужны были всякие знания. В том числе и физика с математикой.
– Сначала? А что, было и «потом»?
– Было. Я с третьего курса начал науку писать. Ну как «писать»… Сначала как крот слепой. Тыкался в давно известное, разработанное чуть ли не сто лет назад. Постепенно нашел задачи, которые уже придумали, но решения их еще не нашли. Потом научился эти решения находить. Преподы зауважали и написали рекомендацию в Принстон. Учился там заочно. Два года. И язык заодно подтянул… Американский, правда. Но все-таки…
– Ого, здорово же!
– Да, сам собой жутко гордился. Ну вот, а потом меня в этот же Принстон позвали учиться. Отец чуть живьем не съел. Кричал, что я предал страну и что теперь он мне не отец. Конечно, можно было остаться. Писать науку тут. Но я чувствовал, понимаешь, Ань, чувствовал, что нужно ехать, хотя бы на год. Посмотреть, как работает наука, которой сто лет не мешали всякие там бюрократы… Наука, которая развивается так, как надо ей, а не партийной верхушке.
Это Аня понимала просто отлично: ее академия дизайна и моды появилась только после развала Союза, когда вдруг оказалось, что дизайн – это целое направление развития культуры, причем непростое, и что мода – это не мини-юбки, коварно пришедшие с загнивающего Запада, а целое своеобразное и даже не очень узкое направление в дизайне. К счастью, в молодой вуз не успели пролезть «маститые» ученые. А может быть, им просто неоткуда было взяться. Поэтому преподавали здесь люди творческие и при этом умеющие не только теоретизировать, но и платье сшить, к примеру, или собрать из деревянных планочек-реечек лавочку для сада.