Чтение онлайн

Он так же осознал, что был очень одинок. У него было несколько приятелей по учебе, но дружба с ними не очень задавалась. Учеба давалась ему очень легко и потому он постоянно впутывался в различные эксперименты и брался за дополнительные работы. Его яркая, порывистая натура требовала от него постоянной деятельности, исследований и он с головой погружался в них.

Его приятели не успевали осваиваться даже с основным материалом и потому у них было не так уж и много общего. К тому же, большинство разговоров его сокурсников крутилось вокруг девушек из соседнего корпуса. Персиваля они тоже интересовали и волновали, но он не видел абсолютно никакого смысла постоянно обсуждать это при каждом удобном случае.

Вскоре после ужина, вместе с отцом они отправились в гостиную, где Персиваль обычно играл на фортепиано или читал что-нибудь отцу, иногда они садились играть в шахматы. Это всегда происходило под молчаливым, строгим взглядом графа. Когда он был недоволен сыном, он громко и тяжело вздыхал, но никогда не делал замечаний. Это было словно некоторым условием, что здесь, в этой самой комнате, Персиваля никогда никто не критиковал и не поучал. Но одного такого вздоха, было достаточно, для того чтобы Перс чувствовал себя ни на что не годным ничтожеством.

– Хочешь, я сыграю что-нибудь особенное? – удивление снова скользнуло по лицу графа и Персу даже показалось, что он пришёл в некоторое замешательство. Но тут, собравшись, он нахмурил брови и Перс понял, что едва приоткрывшаяся дверь простого семейного общения захлопнулась прямо перед его носом.

– Начни с того места, где остановился в прошлом раз, – строго отчеканил он и тяжело вздохнул. Персиваль практически услышал его мысли: «Ты не станешь мастером и ничего не добьёшься, если будешь позволять своим порывать брать над тобой верх!»

И Персиваль заиграл, но совсем не то, что было перед ним в нотах. Его руки сами воспроизводили музыку и он поплыл по ней. Мысленно он ещё раз сказал себе, что будет пытаться снова и снова говорить с отцом, пока не добьётся от него, хоть сколько-нибудь удовлетворяющего его общения. И дав себе такой зарок, он вернулся к происшествиям сегодняшнего дня. Лео! При одной мысли об этом юноше, у него радостно задрожало сердце. Он жаждал снова увидеть его, но неожиданно осознал, что они так и не обговорили их следующую встречу, что он совсем упустил этот момент, позволив себе повестись на глупое: «Ты граф. Сын графа…». Он резко остановился и замер, так и не опустив рук на клавиши.

Как он мог быть таким рассеянным, как он мог не договорится о следующей встрече с Лео? Почему он вообще не подумал об этом? От отчаяния он застонал и уронил голову на руки.

– Персиваль, тебе плохо? – он совсем позабыл, что находиться в гостиной, вместе с отцом. В голосе графа Олада прозвучало не шуточное беспокойство, он встал со своего места и подошёл к сыну.

– Нет… Ничего страшного… Просто неожиданно голова закружилась.

Отец подошёл к окну и распахнул его, позволив свежему уличному воздуху заполнить комнату. Снова вернувшись к Персу, он внимательно всмотрелся в лицо сына и констатировал.

– Тебе лучше пойти прилечь.

– Благодарю, отец!

Уже у самых дверей, Перс мельком обернулся на отца. Он был статным, красивым мужчиной, не смотря на то, что был уже в годах. Он был весьма сильным духом человеком, умным и проницательным. И Перс точно знал, что в высших кругах он до сих пор считался завидным вдовцом и он не понимал, почему отец так и не женился, снова. Со смерти матери прошло уже пятнадцать лет и граф вполне мог сойтись с другой женщиной. Но почему-то так и не сделал этого.

***

Следующим утром, Персиваль проснулся очень рано. Он спешно привёл себя в порядок и сбежал по парадной лестнице, как раз в тот самый момент, когда отец покидал замок.

– Доброе утро, отец!

– Доброе утро, Персиваль! Что подняло тебя так рано с постели?

– Я хотел пожелать тебе удачного дня!

– Благодарю, сын, – холодно проговорил граф Олад, хотя Перс уловил в его голосе нотки тепла. Он направился к выходу, но неожиданно обернулся и внимательно посмотрел на Перса, – Сегодня утром мне пришло письмо и мне необходимо поехать в город, на переговоры, – прежде отец никогда не делился с ним своими планами и юноша слушал его с замиранием сердца, – Я планирую вернуться поздно вечером, но совсем в этом не уверен. Вопрос серьезный и возможно займёт больше времени, чем я предполагаю.

– Да, отец! Я надеюсь что всё пройдёт успешно.

– Я тоже, Персиваль. Постарайся закончить свою работу, к моему приезду, – он резко развернулся, чтобы уйти, но Перс быстро ответил.

– Я закончил её, отец! – граф медленно обернулся, – Я хотел ещё раз перепроверить ее, прежде чем сообщить тебе об этом.

– Что ж, – глаза графа потеплели, – Я рад это слышать. Тогда я постараюсь встретиться в городе с твоим учителем и привезу тебе новое задание. А пока, в мое отсутствие, ты можешь отдыхать. Только не забывай о правилах.

– Не приближаться к лесу, не подходить к озеру, не ездить на Быстром, быть осторожным и благоразумным.

Граф кивнул и пожал руку сыну. Перс проводил его взглядом до двери.

Целый день он бродил по замку, берясь то за одно дело, то за другое. Пытался помогать работникам замка, но несколько раз его ловил слуга Байрон и читал проповедь о том, что не гоже сыну графа заниматься «грязной» работой. Но Персиваль не мог сидеть сложа руки. Он думал о том, чтобы снова собрать дельтаплан, но понял, что ему это больше не интересно. Потом его посетила идея съездить в деревню и поискать Лео, но его попытка умыкнут лошадь не удалась. Когда-то давно, Персиваль серьезно травмировался при падении с лошади, с тех пор отец разрешал ему ездить только на старой, серой кобыле, с громким именем Империя. Она была так стара и медлительна, что Перс буквально засыпал верхом на ней. Когда ему удавалось, он тайком уводил Быстрого, резвого двухлетнего жеребца. Он имел крутой нрав и редко кому удавалось с ним справится. Отец держал его как племенного жеребца, для разведения статных, красивых лошадей. Не единожды он сбрасывал и бил Персиваля, но тот сумел смягчить его своей настойчивостью и упорством.

Каждый раз, когда до отца доходила информация, что Перс снова катался на Быстром, граф обрушивал свой гнев на всех, начиная от сына и заканчивая несчастным мальчишкой – помощником конюха. Это действовало на всех и каждый, причастный к конюшням, зорко охранял Быстрого от Персиваля. Исключением был только сам сын графа. Он не боялся гнева отца, в глубине души он всегда знал, что не подвластен ему. Перс не боялся наказаний, в виде лишений каких-нибудь развлечений или бесконечного сидения в своих комнатах или дополнительного учения. Неуемный дух Персиваля всегда находил возможность оказаться непокорным даже там, где казалось бы, не было выхода, кроме смирения.

К вечеру из города пришло письмо для управляющего. В письме оказалась небольшая записка для Персиваля, где отец сообщал ему, что будет отсутствовать несколько дней.

***

Как-то утром Перс всё таки сумел увести Быстрого. Он не стал его седлать, а просто привёл к озеру и позволил ему резвиться в воде. Конь наскакивал на воду, храпел, плясал, брыкался, словно жаждал ударить невидимого врага. Персиваль достал из сумки щетку и долго натирал Быстрому бока, шею, спину, так что конь бодал его от удовольствия головой. Выходя на берег, Быстрый падал на землю и чесал спину и Персу снова приходилось его мыть.