Чтение онлайн

– А ты деточка что, не местная?

Как-то мне не хотелось палить контору, а уж если врать то всем одинаково, поэтому я села на своего любимого коня и жалобно пожаловалась старушке:

– Не помню я ничего. Амнезия у меня.

Бабка оказалась сердобольная, всплеснув руками, стала причитать:

– Болезная значит. А такая молоденькая. Жалко то как. Пойдем милая я тебя чаем напою с плюшками.

Я посмотрела еще раз на памятник и спросила:

– Так этот товарищ, значит король?

– Король деточка, король. Хороший был король! Мудрый, сильный, справедливый, - бабулька вдруг шморгнула носом и глаза у нее как-то подозрительно на мокром месте оказались.

– А почему был?
– я заинтересованно посмотрела на былинного богатыря со змеюкой на ноге.

– Так убила Эркара скользящая то. Все зло от них. Ни души ни сердца,- и лицо у бабушки мгновенно утратило доброжелательное выражение.

Слов нет... Чуть не ляпнула глядя на статую,- Ну здравствуй папа! И только потом до меня стало доходить то, что она сказала. Культурный шок...То есть это не Эркар уничтожил мою маму, а она его. Это что еще за хрень такая несусветная?

А бабушка стала меня тянуть за руку и, указывая взглядом на приближающуюся к городу снежную бурю.

– Пойдем ка детка в дом, ишь Король Арвэнгар лютует, третий день кого-то ищет, все кланы на ноги поднял.

– Сын этого что ли,- я кивнула головой в сторону папенькиной статуйки.

– Что ты дитятко! Не было у Эркара детей. Да и не передаётся власть ледяным королям по наследству. Их агорн выбирает,- бабуля продолжала меня тянуть в сторону магазина с плюшками и смешной вывеской.

– А этот новый, король тоже хороший?- даже не знаю почему спросила.

– Хороший тоже детка, токмо ветреный дюже, давеча у него помолвка должна была быть, так отменил... и лютует третий день, а че лютует то, ежели сам отменил? Ветреный, как есть ветреный.
– Мурлыкала себе под нос бабка.

Бабулька оказалась хозяйкой бакалейной лавки, она усадила меня за столик, налила ароматного чая, всунула мне в руки ванильную булочку и сев напротив стала трещать как сорока.

Болтун конечно находка для шпиона, поэтому пока я ела бабушка Хохлушка рассказала мне все, что я хотела знать. По их версии, оказывается Эркар полюбил мою маму, а она захотела отобрать у него агорн, символ ледяных королей и получить власть над королевством льдов. И вот этим самым агорном, понятия не имею что это такое, она его и убила. Сказать что я была злая, значит не сказать ничего. У меня руки чесались, сделать какую-нибудь пакость. Поэтому когда я вышла на улицу и посмотрела на папенькино изваяние, мне почему-то очень захотелось дать ему в глаз снежком.

– Так значит, все перекрутили, да? Мама значит, во всем виновата? Ну, я вам покажу кто такие скользящие, я вам устрою всемирное таянье ледников. И у меня даже на примете есть одна зеленоглазая зараза, которая мне поможет воплотить мой план в жизнь.

Я шла и пыхтела себе под нос как тролль, а потому совершенно не заметила обледеневшего спуска с горки. Моя несчастная ножка подвернулась на скользком выступе и в позе 'А мы морские звезды, осторожно!' я раскорячкой поехала с горки вниз.

– Бум,- сказала моя бедная головушка, приложившись обо что-то твердое. Этим что-то оказались сапоги, высокие, белые сапоги. Ноги.. выше были ноги... Красивые такие ноги... А дальше был ОН! Меня подняли в воздух, словно перышко и, удерживая на вытянутых руках, сказали:

– Ты...

Он даже не сказал, а как-то выдохнул это 'Ты'. И в этом 'ты' было столько всего...Радость, нежность, надежда, восторг и что-то такое.., от чего у меня перехватило дыхание и все что я могла..., просто смотреть на него и глупо улыбаться. Вот совершенно глупо. От уха и до уха.

Он опять все испортил. Красивые брови вдруг сошлись на переносице 'индейским жилищем', ну вигвамом в смысле, и он стал орать как резаный:

– Ты, ты где была? Ты где была, я тебя спрашиваю?
– он схватил меня за плечи тряс так...Уж не знаю, что он из меня собирался вытрясти. Толи снег, потому что его мне за шиворот набилось целая куча, пока я собой вытирала горку, толи душу, толи остатки разума.

– Ты хоть представляешь, что я чувствовал, когда искал твое бездыханное, окоченевшее тело посреди ледяной пустыни,- надрывался совершенно злой Мальвин.

И вот пока он на меня кричал и тряс как мешок с дустом, я смотрела на него такого сердитого, взъерошенного, такого красивого, и просто фанатела от счастья. Искал, переживал, волновался...

– А давай целоваться,- сказала я, все так же глупо улыбаясь.

Синеволосик впал в ступор. Даже кричать перестал. И лицо у него было такое... В общем самое лучшее на свете лицо. А пока он зачарованно на меня смотрел я его взяла и поцеловала

И мир исчез. Просто взял и исчез куда-то. Растворился в бесконечной нежности нашего поцелуя. Утонул в синих как море глазах моего снежного принца. А он вдруг отпрянул от меня и посмотрел так, словно не мог поверить, что это действительно я. А потом...потом на меня обрушилась снежная буря. Меня целовали... неистово, безумно, страстно, лишая воли, разума, гордости. И губы...его губы... алчные, обжигающие, требовательные, они были везде, они плавили, они сводили с ума, они уносили меня куда-то далеко-далеко, где не было ни скользящих, ни ледяных королей, ни боли, ни ненависти, а только этот невероятный мужчина, с синими как море глазами и его безумный поцелуй.

Буря осыпалась снежным дождем и меня несли... Я плохо соображала, зачем и куда меня несли. Я вообще в тот момент плохо соображала. Арвэн кажется, открыл дверь. О нет! Он опять притащил меня в свой жуткий замок. Нам на встречу выбежал мерзкий 'Свин', и вот не понравилось мне, как он на меня смотрел. Да чего уж там, он мне вообще не нравился. Я ему еще темницу не припомнила. А я припомню, вот только поцелуюсь еще немного и припомню.

Свин хотел что-то сказать Мальвину, но у него получилось только:

– Ва...

– Меня нет, - перебил его Арвэн.

– Да Федя, нас нет, - ехидно вякнула я, выглядывая из-за плеча моего снежного принца.

А Арвэн стремительно покидал холл, унося меня куда-то наверх. Хотя я, в общем-то, догадывалась, куда именно. И мы шли, а лестница загоралась тысячами ярких огоньков, словно кто-то прокладывал для нас волшебную ускользающую вдаль дорожку. И все мерцало вокруг - и стены, и воздух, и пол, и синие как море глаза они тоже мерцали...Странно, тепло, завораживающе.

– Ты волшебник,- улыбнулась, восхищенно глядя на моего снежного принца.

– Я парень-мороз! Помнишь?- Арвэн тихо засмеялся, крепче прижимая меня к себе.

Меня вносят в спальню. Ярко вспыхивает огонь в камине, гаснут свечи и комната погружается в полумрак. Меня опускаю на пол и, я что-то пытаюсь сказать, но не успеваю, потому что попадаю в плен... Теплый плен его рук. И где-то далеко, словно во сне, я слышу нежный шепот. И тихий стон. Кажется мой. И я понимаю, что одежды на мне становиться все меньше и меньше. А Арвэна все больше и больше. Его руки. Его губы. Его дыханье. Он повсюду. Он как пожар. И я сгораю в этом огне, плавлюсь как воск, я таю... Его ладони, касаются моей обнаженной кожи, подобно раскаленному железу выжигая на мне свое клеймо. Воздуха...Его не хватает. Я задыхаюсь... Мою грудь сжимают, настойчиво, требовательно, нежно... И я прихожу в себя.