Чтение онлайн

— Найди адрес проживания и электронной почты девушки по имени Кэтрин Коллинг. Скинь мне всё sms-кой, как отыщешь.

— Той, которая выбралась из сгоревшего дома?

— Именно. Напиши, как всё сделаешь, — улыбнулась она, потрепала его по голове, как собаку, встала и отправилась к выходу.

— Моё желание не сулит тебе ничего хорошего!

— Всему есть предел!

Диана спустилась на лифте вниз. Уже на улице она села в красный автомобиль и поехала домой. Здание имело пять этажей, на вид было довольно приличным. Диана снимала уютную однокомнатную квартиру и вполне была ею довольна.

Оказавшись в квартире, она положила пистолет, который прятала сзади под чёрной кожаной курткой, на маленький столик. После чего Диана глубоко вдохнула, поискала заколки в волосах, сняла их. Схватилась за волосы и тянула до тех пор, пока парик не снялся. Она бросила его на кровать и удовлетворённо выдохнула, чувствуя свободу, ведь в парике было очень жарко в летнюю погоду.

Женщина повернулась к зеркалу и улыбнулась своему отражению.

Его шаги в огромном и, казалось, не имеющем потолка зале раздавались очень громко, практически громыхали в голове, даже сердцебиения не было слышно. Он шёл быстро, словно опаздывал, несмотря на то, что ожидающая его женщина уже стояла недалеко от него спиной к полупрозрачной стене. Возникало чувство, словно стена являлась иллюзией, а то и вовсе отсутствовала. Порой он видел что-то в ней, во всех четырёх стенах, что его окружали, что-то знакомое только ему: его мысли. Всё то, о чём он думал, отражалось вокруг, всё то, что его тревожило, то, что он старался забыть, словно парень смотрел в зеркала, в которых отражались воспоминания.

Он, наконец, остановился — и звук шагов тотчас же прекратился, заполняя зал мёртвой тишиной. Но Королева слышала, как быстро билось его сердце. Она, не торопясь, развернулась к нему лицом, увидев его склонившимся перед ней.

— Ваше величество, вы звали меня?

— Встань, Грэй, и подними на меня глаза, — попросила Королева своим мягким, словно ручей, голосом.

Тот без колебаний повиновался, почувствовав даже некую неловкость.

— Что случилось? — спросил Грэй.

— То, что и должно было случиться, — спокойно произнесла Королева, не придавая голосу ни сомнения, ни страха, ни радости.

Королева начала спускаться вниз по лестнице из четырёх ступенек, плавно передвигаясь с одной на другую, и её облакотного оттенка платье, двигающееся как нечто неосязаемое и живое, неслышно шелестело от любого лёгкого дуновения, облегая стройный стан женщины.

— Грэй, у меня будет к тебе большая просьба, — тихо произнесла она.

— Что угодно, ваше величество.

— Ты отправишься на Землю, Грэй, в один из параллельных миров Ялмеза, чтобы отыскать там кое-кого, ибо случилось то, что и ожидалось. Однако кое-что мы не учли: Великие всегда следили. Даже представить трудно, как долго и как далеко они зашли. Из-за них чуть не произошло ужасное.

— Ваше величество, я совсем не понимаю, о чём вы. Если надо будет кого-то найти и привести сюда, я это сделаю.

— Это очень хорошо, Грэй, — едва заметно и, казалось, не по-настоящему улыбнулась Королева. — Ты очень преданный и тебе можно доверить большие секреты. Ты никогда не задаёшь вопросов — для меня это очень важно. Однако я могу тебе ответить на всё, что ты захочешь узнать.

— Хорошо, ваше величество. Благодарю… Кого мне надо будет найти и… почему именно сейчас?

Королева медленно вдохнула и выдохнула, словно делала это крайне редко, а, когда делала, сосредотачивалась только на дыхании. В самом помещении воздух казался тяжёлым, но Грэй, что вырос в этом замке и давно привык дышать редко и глубоко.

— Время пришло. Больше тянуть нельзя. Отыщи оставшихся трёх элементов на Земле, а заодно и девушку по имени Кэтрин Коллинг. Её подруги и есть элементы. Приведи их всех, пока беда снова не случилась. Больше нельзя тянуть.

— Конечно, ваше величество, — склонился вновь Грэй, но Королева быстро коснулась его подбородка и приподняла голову, не желая, чтобы он кланялся.

Грэй неловко развернулся и таким же быстрым шагом, как шёл в зал, ушёл прочь. А окружающее помещение отражало его мысли о только что прошедшем разговоре.

Королева проследила за Грэем до тех пор, пока он не скрылся за большими дверями и те громко не замкнулись, казалось, навеки. Но Королева всё ещё слышала биение чьего-то сердца.

— Ты ведь ждал этого, — повернулась она к тёмной, словно сама ночь, фигуре в самом углу тронного зала. Спрятавшийся там в самой тени человек не издал ни звука и не пошевелил и пальцем.

Луиза Самойлова с короткими до плеч соломенными волосами, подчёркивающими аккуратные черты лица с милым курносым носиком, сжимала меня в объятиях слева на фотографии. Девушка, которая любит порядок, рукоделие, музыку и терпеть не может тратить время зря. За свои шестнадцать лет она перепробовала многое, начиная с танцев и заканчивая айкидо. Последнее Луиза бросила после ряда болячек со словами: «Найду сильного парня, и он будет меня защищать. А иначе зачем они ещё?»

Справа на фотографии, поправляя длинную, до самого пояса, солнечную гриву с чёлкой, открывающую острый подбородок, сидела Анжелика Яксимова — скромная девушка с доброй душой. Всё, что она любит, это проводить время с семьёй, особенно со своим младшим братом. Знаниями особо не блистала, однако как-то на физике, подготовив проект по электричеству, она здорово всех удивила и заработала аж две десятки.

А позади нас всех стояла, расправив руки в стороны, главная ищейка проблем: Оксилия Малькентон. Шоколадные волосы обрамляли округлое лицо, осыпанное веснушками. В особенности их пристанищем стал нос кнопочкой, а пухлые губы растянулись в широкой улыбке, выдавая ямочки на щеках.

Луиза и Оксилия хоть и плохо ладили, но единогласно решили придумать себе именно такие прозвища, сравнимые моему, скажем так, неместному имени.

Ну, а я на фотографии, в центре, была по-настоящему счастливой, улыбаясь во все зубы. Длинные каштановые волосы, густые брови с небольшим изломом, а следом и нос с горбинкой, которой я не особенно рада. В детстве была усыпана веснушками похлеще Оксилии, но с годами они стали незаметны, однако никуда не исчезли.

Держа фотографию, сделанную в тот же день, когда я переехала, я чувствовала и грусть, и радость. Первое оттого, что тот день закончился моим переездом, а второе оттого, что я вернулась. Мы вернулись после пожара в наш прежний дом. Родители не знали, что с ним делать: либо продать, либо сдать. Так что мы не ночевали где-то на улице и уж тем более не бедствовали. Но и богатыми назвать нас язык не поворачивался.

Моя мать была успешным юристом. За все пятнадцать лет работы её проигрыши в суде можно было пересчитать по пальцам одной руки. А вот отец работал на издательство «Шелест страниц». Он был в основном редактором, но получал дополнительный заработок за статьи.

Со страховкой маме пришлось повозиться, но её нам выдали. С тех пор — после пожара — прошло два дня. На следующий же день мой телефон разрывался от звонков подруг и друзей. После того, как все увидели по новостям произошедшее, мне до сих пор звонили неизвестные, которые после представлялись как одноклассницы или родственники. Либо они что-то путали, либо я просто не хотела их вспоминать.

Я оглядела открытые коробки, сумки и пакеты — в них лежали вещи, которые родители должны были забрать в ближайшее время, но, как оказалось, это уже было не нужно. В моей комнате, стены которой вечно были увешаны листами с распечатанными цитатами, дипломами, грамотами, а также моими картинами, было непривычно пусто. Дырки в обоях теперь действовали мне на нервы, а всё тот же скрип пола под ногами, в особенности возле моего стола, раздражал.

Но это чувство радости… Я не показывала родителям, скрывала, что была рада вернуться сюда. Здесь в двух шагах проживали мои подруги, здесь я уже всех знала и более менее со всеми общалась, здесь же буквально напротив через дорогу жил один мой очень хороший друг. По правде, я бы хотела быть для него кем-то больше, чем просто другом. Но я никак не могла понять, чего хотел он.