Чтение онлайн

–Я выхожу из боя! – Крикнул он мне закрываясь от града камней, – У меня жилет горит, пойду сменю!

Я кивнул и прикрыл друга от шквала летящих в нас предметов.

Вырубив еще несколько человек, я тоже стал отходить к основной группе своих подчиненных с трудом пробираясь через дергающихся горожан и окровавленных тел солдат. Первая волна нападавших была отбита.

–Какие потери? – Спросил я у капитана Белова.

–Девятеро сгорело, шестерых забили, еще человек двадцать ранено. – Ответил тот, зажимая глубокую резаную рану на предплечье.

Я вновь выстроил сильно поредевшую группу солдат, и мы стали ждать вторую волну. Долго нам ждать не пришлось, о щиты застучал всякий мусор и смертоносные бутылки с бензином, о мой щит расплющилась пистолетная пуля. У стоящего рядом со мной курсанта сдали нервы. Он отбросил шокер и щит и опустошил обойму «ЧС» в гражданских, и сразу упал. Кевларовый шлем не защитил молодого солдата от старого охотничьего ружья. Пуля двенадцатого калибра разбила стекло шлема и превратила голову юноши в кровавое месиво. Остальные солдаты занервничали. Они небыли экипированы для боя с применением оружия. Я видел, как упало еще двое, как Дункан подставил свой щит раненому, как он раскололся и сам Мак-Кант вытаскивает из жилета девятимиллиметровую пулю.

–Шокеры на пояс, приготовить пистолеты! – Скомандовал я. – Цельтесь в ноги, старайтесь никого не убивать.

Я хотел спасти себя и других, но для этого мне пришлось применить оружие против тех, кого мы, по идеи, должны защищать.

–Огонь!

Сотня выстрелов слилась в один, прогремев подобно взрыву. Дохленький вражеский огонь разом прекратился и в полнейшей тишине прогремел еще один пистолетный залп. Нападавшие в панике побежали к воротам, а мы провожали их стрельбой в воздух.

–Смотрите! – Крикнул кто-то. Я посмотрел на ворота и издал вопль безграничной радости. В воротах стояли автобусы, из которых выпрыгивали бойцы местного ОМОНа с автоматами наперевес. Бунтари оказались зажаты с двух сторон: с одной стороны им по ногам стреляла моя группа, с другой ребята из ОМОНа махали металлическими кнутами и дубинками. Из двух зол горожане выбрали меньшую – сдались своим соотечественникам, но нашлась и кучка таких, кто продолжал бессмысленный теперь бой. Мы не давали им приблизиться к нам стрельбой из «ЧС», а омоновцы косили их кнутами. Всякое сопротивление прекратилось после автоматной предупредительной очереди. Уцелевшие солдаты и бригада медиков собрались на позиции с которой мы стреляли и наблюдали как сдавшихся бунтовщиков грузят в специальные фургоны.

–Уходим. – Сказал я. – Нам тут делать больше нечего. С горожанами они разберутся сами.

Сохраняя строй и держа оружие наизготовку, моя группа отошла к зданию. На крыльце они остановились, и я принялся нагружать и без того усталых людей работой.

–Лейтенант Эдель, вы со своими медиками позаботьтесь о раненых, если кому требуется госпитализация, договаривайтесь с местными. Ушаков, берите инженерную команду и восстановите линию коммуникаций. Для охраны возьмите еще человек десять солдат.

–Но… – Начал Вега.

–Никаких но, мистер Ушаков, мне не важно как, но чтоб через двадцать минут телефоны заработали.

–Капитан Эйдэн, вы с капитаном Беловым организуйте охрану здания, потом полный отчет о действиях солдат для Соколова мне на стол.

Алекс и Белов, прихватив отряд солдат, отправились расставлять охрану.

–Инструктор Мак-Кант, соберите снаряжение и отрядите несколько человек, чтоб они поставили ворота на место. Потом соберите старший офицерский состав в моем кабинете. Незанятых ничем солдат просьба собрать трупы. Гражданских тащите за ворота, они мне тут не нужны, наших похороним. Мак-Кант проследит.

Все приступили к работе, а я прошествовал в свой кабинет. Мне предстояло состряпать кучу бумаг, начиная от стандартного рапорта и заканчивая объяснительной по поводу нарушения устава ICA.

Явился медик от Эделя с раппортом о потерях. «Ранено сорок семь человек. Из них двадцати шесть получили ожоги различной степени тяжести, у одного пулевое ранение в область сердца, состояние критическое, двадцать получили мелкие травмы не угрожающие жизни и боеспособности. Погибло одиннадцать бойцов ICA, четверо администраторов и восемь неопознанных гражданских лиц», прочитал я.

–Свободны. – Отпустил я медика. – Лейтенанту Эделю передайте, что это будет включено в рапорт.

Следующим в кабинет протиснулся Вега с сообщением о том, что связь налажена.

–Хорошо, сейчас звони на местную передающую станцию, чтоб заработала сотовая связь, потом в администрацию города. – Распорядился я, а сам пошел проверять посты охраны.

На лестнице меня чуть не сшиб Белов, несшийся в мой кабинет.

–Что случилось, капитан, несетесь как на пожар. – Съехидничал я.

–Хуже, капитан Конорс, хуже. ЧП в архиве!

–Как ЧП? – Не понял я и непроизвольно побежал к архиву.

Там уже орудовали солдаты, разбирая под неусыпным оком Алекса каменную пыль, оставшуюся от стены. За остатками стены я увидел маленькую комнатушку, не больше квадратного метра площадью, в которой стояла пустая подставка для диска.

–Fuck, fucker beaches! – Выругался я по-английски. – These bastards, mother them, were stolen the disc, dumps of shit!

–Стену пробили С4. – Докладывал Белов. – Видно, ждали, пока бунт будет.

–Не ждали, а устроили. – Поправил я его тихо. – Где Трондхейм?

–Его тоже нет. – Сообщил один из солдат. – Дверь выбита снаружи, майора нету.

Что ж, теперь все было кончено. Задание я провалил, диск у противника и очень скоро ICA предъявят обвинение в недееспособности, а миру грозит неприятное испытание. Эта мысль тяготила меня как Эверест на шее. Я уже не слушал, что говорил Алекс о принятых мерах, о возможности найти преступника, я не слушал оправдания двух часовых, приставленных к архиву, что они были внизу по приказу Белова, я не слышал всего этого, я впервые провалил задание, и мне было очень плохо. Кое-как я доковылял до кабинета и рухнул в кресло. Вега стал трещать о том, что он справился со своей задачей. До моего мозга дошел отрывок фразы:

–…По городу пронеслась волна беспорядков.

На эти слова я отреагировал, в голове пронеслось имя той, которую я полюбил. Я бросился вниз, раскидав по пути группу солдат. Внизу меня попытался остановить Дункан, но я пронесся мимо него под крики сбитого мной раненого солдата. Часовой перегородил мне путь, я отбросил его сильным ударом в грудь и ринулся к стоянке. Там я прыгнул в свою машину и, сорвав только поставленные ворота, вырулил в город. До квартиры я добрался меньше чем за две минуты, несясь на предельной для машины скорости, но я опоздал. Квартира встретила меня распахнутой настежь дверью и полным разгромом в гостиной.