Чтение онлайн

В этот час в двери каюты постучали:

? Капитан Слейтон! ? услышал он голос Дэвенпорта, ? можно войти!?

В замке повернулась защелка и дверь приоткрылась. Дэвенпорт вошел в каюту. Дональд сидел на койке. В молочно-белом свете потолочной лампы его лицо, несмотря на загар, выглядело по-особенному бледным.

? Садитесь, ? командир указал на складной стул. ? Что вы хотите мистер Дэвенпорт?

? Сэр, похоже мы только вдвоем считаем, что лодку надо затопить и как можно скорее. Хотя возможно аргументация у нас и не совсем совпадает. Но не в этом дело. Я пришел потому, что не знаю, что мне делать.

? Вы мистер Дэвенпорт вольны поступать, как вам заблагорассудиться. С того момента как меня отстранили от командования, я теперь не могу вам приказывать.

? Но сэр, ведь надо что-то делать. Час назад Митчелл собрал офицеров, и они обсуждали план спасательной экспедиции. Я там тоже присутствовал, но свое мнение не высказывал. Я против похода на субмарине, куда бы то ни было, но большинство хочет куда-то плыть.

? Куда же они решили отправиться?

? Пока ничего не решили. Высказывались предложения отправиться на Южный остров в Новой Зеландии или в Южную Америку. Но похоже все понимают, что это только временное решение.

? Именно временное. Радиация рано или поздно все равно доберется до самых отдаленных участков земли, даже до Антарктиды.

? Кстати кто-то предложил Антарктиду, но все понимают, что там так холодно, ? Дэвенпорт даже передернул плечами, видимо представ как там холодно. ? Никто не подержал такое предложение.

? Так что же вы хотите от меня мистер Дэвенпорт?

? Я собственно пришел вот за чем. Я не могу нарушить присягу. Нам же предлагают превратить боевую лодку в некий Ноев ковчег. Я с содроганием представляю себе многомесячную жизнь под водой.

? А что кто-то предлагал жить под водой!? ? удивился Слейтон.

? Именно. Лейтенант Габер считает, что субмарина может два-три года пролежать на дне, только изредка всплывая. Именно на столько по его расчетам хватит энергии реактора.

? Глупость. Во-первых, столько сотня или даже полсотни человек не выдержит взаперти. Да уже через три-четыре месяца они начнут убивать друг друга. Разделят лодку на отсеки, и будут воевать между отсеками за еду и воздух.

? Вы серьезно, мистер Слейтон?

? А почему нет? Вы слышали, какие отношения устанавливаются в камерах, где сидят заключенные? Там есть "господа" и есть "рабы", и даже так сказать "женщины". Кто-то на субмарине не захочет в рабство, вот и разделят лодку на отсеки. У одних в отсеке будет вода у других еда. Чем не повод для войны?

Дэвенпорт только качал головой.

? Во вторых, ? после паузы продолжил Дональд Слейтон, ? любая серьезная неисправность и лодка так и останется на дне. И в третьих, два года недостаточно. Период полураспада пять лет, а надо прожить на дне еще дольше.

? Я себе немного не так всё представлял, хотя ненамного лучше. Честно говоря мне претит ситуация с демократией которую развел Митчелл. На флоте не должного быть места обсуждениям, что и как делать. Тем более между старшими и младшими по званию. На каждое мое слово тот же боцман может вставить десять. Да кто такой Мартинелли? Бывший простой матрос, дослужившийся до унтер-офицера. И к тому же без всякого образования. Я вообще слышал, что отца у него отродясь не было, а мать в прошлом проститутка из Фриско. В общем, мне всё надоело. Сэр, я вижу, что под командованием Митчелла толку не будет. Смотреть дальше на этот позор я не могу. Поэтому я хочу уйти из военно-морских сил. Но чтобы моя совесть была чиста, я хочу подать вам мой рапорт об увольнении, ? сказал Дэвенпорт.

? Если вам лейтенант-коммандер Лангрен нужно уйти из флота для очистки совести, то я подпишу ваш рапорт. Но вы должны понимать, что в сложившейся ситуации реально освободить в службы вас может только коммандер Митчелл. Если вы не будете выполнять его распоряжения, то сами окажитесь в каюте точно также как и я. Однако если вы разделяете мою позицию о скорейшем затоплении субмарины, то мы не должны оставаться в стороне и должны что-то предпринять.

? Что именно? Захватить лодку вдвоем мы не можем. Команда на стороне Митчелла.

? Нет, о захвате лодки речь не идет. Я думаю надо выждать. Несложно представить, что мистеру Митчеллу не удастся сохранить дисциплину. Тогда ситуация может измениться в нашу пользу. Как только субмарина войдет в порт, я попробую обратиться к властям, ? поделился своими планами Слейтон. ? Должна же быть тут еще какая-то власть. Возможно нам помогут.

? Хорошо сэр. Я на вашей стороне. Надо полагать, зная ваше отношение к дальнейшей судьбе субмарины, вас не допустят к обсуждению каких-либо планов.

? Я вообще-то удивляюсь, что меня еще не закрыли на замок. А если я выйду и сверну важный вентиль? ? криво усмехаясь, сказал Слейтон. Видя, что Дэвенпорт опасливо на него посмотрел, Дональд поправился: ? Нет, не беспокойтесь у меня еще с головой все в порядке.

? Не думаю, сэр, что дело дойдет до вашего ареста. В целом все настроены миролюбиво.

? Вот и отлично. А то я опасался, что меня будут держать под замком как опасное животное, ? и Дональд снова криво усмехнулся.

? В любом случае мистер Слейтон, я буду держать вас в курсе того, что происходит на субмарине. Хотя мне следить за событиями нелегко. Дисциплина упала. Матросы собираются в кубрике и о чем-то шушукаются. О чем они говорят, и что затевают, я узнать не могу.

? Я рад, что вы меня понимаете. Я думаю ситуация измениться. Все дело в том, что экипаж еще не ощутил воздействие болезни и поэтому у них много энтузиазма. Я надеюсь, что скоро их порыв угаснет и тогда наступит наше время мистер Дэвенпорт.

? 12 ?

23-25 августа 1963 г.

Тасманово море.

S 43o 17'; E 147o 39'; Глубина 287 f.

Следующие сутки команда занималась подготовкой лодки к операции по освобождению от секретного имущества. Офицеры и матросы осматривали все оборудование, установленное на борту, и готовили его к демонтажу. Оказалось, что зачастую выполнить подобную операцию не так просто. Во-первых, возникло много споров о том, что нужно уничтожить, а что нет. Во вторых, на субмарине часть оборудования физически связана с другими системами, и просто так оторвать и выбросить тот или иной блок было невозможно.