Чтение онлайн

– Но ты сможешь, если съешь эту кашу. Не сразу, но она поможет. – Кай подошёл к Томи. – Давай я тебе положу. И ты всё съешь, до последнего зёрнышка.

– Ты снова приготовил серую гадость?

– Я добавил в неё сушёные яблоки и поджаренные семечки тыквы. Теперь она не так плоха, чтобы называть её гадостью. Я очень старался. Не обижай меня, съешь всё и улыбнись.

Томи удержал Кая за руку.

– Мне уже намного лучше, – отставив в сторону шутливый тон, сказал он. – Совсем скоро я встану на ноги и буду вам помогать.

Ариэль отвернулся. За окнами падал снег, торжественно спускался с небес огромными хлопьями. Глаза пекло.

– Мы со всем справимся, – сказал он, когда смог говорить. Сказал невпопад и, возможно, не стоило показывать всем свою слабость, но получил самый лучший ответ из понимания и поддержки:

– Конечно, мы справимся. Мы всё это переживём. И ещё будем счастливы.

– А твой дорожный сюртук, Золушка, я сожгу, – добавил Кай, и Томи хрипло рассмеялся. – Я серьёзно. Мы все сегодня начинаем новую жизнь. Больше не выживаем – живём. И Ариэль в честь этого славного дня съест серой гадости с добавлением яблок побольше.

Исчезновение Дамира ударило по их миру, но они выдержали, сохранили его и себя. Наоборот, стали крепче, дружней, заботились каждый о каждом, прощали друг другу маленькие слабости и недостатки. И жизнь, которая едва не разбилась в осколки, в итоге стала лучше, светлей.

Обстоятельства не менялись в лучшую сторону, но братья росли в них, как подснежники в ожидании весны под толщами снега. Выздоравливали, набирались сил, учились новому, справлялись с вызовами жизни в суровых Карских горах.

Человек привыкает ко всему, так и Ариэль со временем привык жить в ожидании возмездия. Первые несколько ночей они с братьями делили одну комнату, днями – ходили везде вместе, носили оружие, всерьёз готовились к бою. Но время шло, и сражаться им так и не довелось – оно, конечно, и к лучшему. Только вот страх всё же однажды встретить Дамира стал, будто тень, неотделимым от существа Ариэля. Он привык оглядываться по сторонам, пусть и настороженность оказывалась излишней.

Не пригодились ни оружие, ни слова, отшлифованные, будто до блеска натёртое столовое серебро – Дамир как исчез тем утром, так больше и не появлялся. Всё указывало на то, что он вспомнил, кто сломил его волю, и пожелал отомстить. За исключением того, что время шло, а никакой мести так и не свершилось.

Дни постепенно становились длинней, ночи – короче, снег всё ещё лежал сугробами в рост человека, но уже неуловимо пахло весной. И хотя на обеденном столе «серая гадость» с разными добавками встречалась куда чаще, чем копчёная оленина, а опасность никуда не ушла, только скрылась с глаз – у гостей-хозяев замка всё чаще находились поводы для счастливых улыбок. Многолетнюю тишину будил весёлый смех и шум шагов – живой и быстрый. Холод прогоняли оранжевые языки пламени очагов и – не меньше их – живое тепло сердец, братские чувства, любовь и поддержка.

– Ты счастлив? – спросил как-то Кай. За окнами уже потемнело, и Ариэль принёс брату тёплый настой из сушёной ромашки и чабреца с ложечкой мёда – для лучшего сна.

Он недолго думал, прежде чем ответил:

– Да, мне хорошо здесь. – Ариэль прижал руку к груди. – И тут хорошо, очень спокойно. А ты? Мне бы хотелось, чтобы и ты чувствовал себя так же.

– Всё хорошо. – Кай спрятался за дымящейся кружкой.

В последние несколько дней он выглядел утомлённым, однажды даже уснул за столом. У него появились тёмные круги под глазами, он часто зевал – плохо спал, но говорить об этом не хотел, отмахивался от вопросов или уводил разговор в сторону. Так что пришлось делом позаботиться о добром сне не только мужей, но и младшего брата.

Ариэль убедился, что Кай, выпив настой, уже лёг в постель, поворошил угли в камине, подбросил ещё дров.

Конец ознакомительного фрагмента.