Чтение онлайн

А ведь верно, вряд ли эти лезвия в медицинском спирте промывают. И, опять же, девушка.

Я отклеиваю своё тело от стены и иду за ней. Спасительница пытается подставить мне плечо, но я пресекаю эти попытки. Не раненый, в самом деле. Наглею и беру за руку - ладонь узкая и тёплая.

Мы сворачиваем во дворы, лавируя между лужами. Поднимаемся на крыльцо одного из подъездов шестиэтажки, девушка колдует над замком. Хм, а подъезд чистый. И даже свет горит на всех этажах, хоть и вполнакала. Воспользоваться, что ли, случаем и получше рассмотреть спутницу? Повернулся к ней и остолбенел. Сначала даже не понял, почему. Ну да, красивая девчонка, брюнетка, с хорошей фигурой. Похоже, моя ровесница. Глаза вот только очень знакомые, светло-карие, почти золотистые. И скулы высокие. Где, интересно, видеть мог...

Где-где. В зеркале видишь периодически. Судя по выражению лица, она тоже заметила сходство. Смотрим друг на друга и молчим. Наконец, заговорила.

– Ладно, идём. Нам на четвёртый.

Поднялись. Опять с замком возится.

– Пап, мам, я не одна, - это в комнату, где настольная лампа горит и телевизор мурлычет. Опять новости.

– Рин, кто с тобой?
– мужской голос. Рин, значит.

– Потом объясню, - и меня в сторону подталкивает, проходи, мол.

Видимо, её комната. Письменный стол с тетрадками, книжный шкаф - я столько книг вместе только в школьной библиотеке видел. На кровати какие-то старые куклы и мишки. И - домом пахнет. Чем именно, в толк не возьму, но твёрдо убеждён, что так должно пахнуть там, где ждут и где всегда рады.

– Садись, - на стул мне кивает.

Рин. Хорошее имя. Звенящее.

– Посмотри на меня, - запахло перекисью, щёку защипало. Поворачиваю голову и легонько целую её в ладонь. Всего лишь благодарность. Вздрогнула. Но ничего не сказала и руку не отняла.

– Рин, кто это?
– на пороге высокий мужчина лет пятидесяти. Худощавый блондин, в очках. Отец? Совершенно не похож.

Я отвернулся от света и голову опустил. Длинные, ниже плеч, волосы скрыли лицо. Не хотелось бы стать причиной семейных разборок на тему гипотетической измены семнадцатилетней давности.

– На него напали на улице. Вроде ничего серьёзного, но лучше подстраховаться.

– И ты считаешь нормальным тащить домой кого попало?

– Ты же учил меня, что людям надо помогать.

Лихо она отца отбрила.

– Не волнуйтесь, я сейчас уйду, - а сам старательно от лампы отворачиваюсь, - Я не бродяга, я рабочий на стройке.

– Ну ладно, - вышел.

– Ну, вот и всё. Герой.

Неловкая пауза. Мы оба понимаем, что мне сейчас надо встать и уйти. И, кажется, оба этого не хотим.

– Меня зовут Дэй.

– Рин.

– Да, я уже слышал.

Если бы мне сейчас не нужно было уходить, я бы усадил её к себе на колени. И рассказывал бы. О разном. О том, как в детстве нашёл медузу и всё думал, как бы отнести её обратно в воду, потому что на берегу она вдруг показалась жалкой и нестрашной. Как уходил из дома. Как однажды наткнулся в лесу на заброшенную шахту, и как мне сначала было интересно там полазить, а потом возникло ощущение чужого взгляда в спину, и сделал я оттуда ноги от греха подальше. И уж если совсем размечтаться - вытащить бы из её причёски все шпильки и гребни, чтобы чёрные волосы рассыпались по плечам, и осторожно целовать обветренные губы...

– Я тебя ещё увижу?
– Рин опередила мой вопрос.

– Да, - решительно встряхиваю головой, - Да, я найду тебя.

Сны. Они приходят и наяву, когда реальность становится хуже любого безумия. Встать. Пройти на кухню, выпить воды - не потому что хочется, потому что надо. Потому что есть с первого курса вдолбленные цифры: сколько человек протянет без еды и сколько - без воды. Потом нужно поесть, но это не срочно.

И опять - в комнату, где выключен свет, провалиться в колючее тепло старого одеяла, чтоб не ощущать, насколько пуста постель.

Рин.

Он появился через три дня, в выходной. Я вышла в магазин и обнаружила его во дворе.

Честно говоря, до этого момента я сомневалась. Подумаешь, пообещал разыскать. Зачем ему возвращаться? Но ведь пришёл. Вот он, сидит на качелях. Заметил меня, поднялся навстречу.

– Привет.

А ночь не врала. До чего красивый парень. Стройный, гибкий. Есть в нём что-то диковатое, будто лесной зверь вышел к людям. Длинные волосы, распушенные в нашу первую встречу, стянуты в хвост, и кажется, будто их масса оттягивает голову назад. Его срезанную прядь я бы вряд ли отличила от своей собственной. И то же сочетание смуглой кожи и светло-карих глаз, за которое мне так доставалось в школе. Вот только неужели у меня такой же дерзкий взгляд? Такая же гордая посадка головы? Неудивительно, что его попытались избить.

– Вообще-то, я пришёл поблагодарить. И спросить кое о чём.

– Благодарить особо не за что, - я поудобнее пристроила висящую на плече сумку, не зная, как продолжить разговор. Вот сейчас снисходительно улыбнётся и уйдёт в сторону ближайшей остановки, чтобы навсегда исчезнуть в переплетении улиц и стать коротким приключением в моей благополучной и относительно спокойной жизни. Звякнут ремешки на потёртой куртке, ветер успеет поймать еле ощутимый запах дорожной пыли и сигарет - и всё.

– Ух ты, - кажется, он удивился, - То есть ты периодически притаскиваешь домой подранков?

Как-то парень очень легко и непринуждённо перешёл на ты...

– О чем спросить, я, кажется, догадываюсь.

– У тебя есть минута? Тогда пойдём в кафе.

– Тебе не приходило в голову?..

– Что?

Дэй сидит напротив меня и не спешит подносить к губам белую кружку с чаем.

– Что мы можем оказаться родственниками? Например, братом и сестрой?

Взгляд у него уж точно не братский. Дэй меняет маски и манеру речи, точно фокусник. Ночью на улице я столкнулась с подростком из неблагополучной семьи, этаким рано повзрослевшим волчонком. В кафе вошёл совсем другой юноша. Лучезарно улыбнулся официантке, отодвинул стул, чтобы мне удобнее было сесть, передал меню. Такой парень удачно вписался бы в какую-нибудь артистическую молодёжную тусовку. Даже старая кожанка и потёртые джинсы начинают выглядеть элементами нарочно подобранного стиля. Интересно, я бы так смогла?

– На кого из наших родителей ты грешишь?

Он пожал плечами.

– Если честно, не могу представить ни отца, ни мать крутящими случайный роман, - я бесцельно теребила браслет на запястье.

– А мои вообще вряд ли выбирались из своего города, - красивые губы дёрнулись в странной усмешке, - Город не курортный, так что нормального человека туда не заманишь.

– Ты с юга?

– Угадали, леди.

– Меня тоже часто спрашивают, - я пожала плечами, - Можно подумать, не знают, какие южане бывают. У них и глаза тёмные, и черты лица другие.

– Знаешь, - Дэй понизил голос, я рефлекторно наклонилась ближе, - По-моему, пора искать документы на усыновление.

– Не самая удачная шутка.

– А это не шутка. У меня нет объяснений, вот я и пытаюсь найти хоть какие-то.

Он был бы не самым хорошим братом. Из тех, кто постоянно где-то пропадает, приводит домой не нравящихся родителям девчонок и возбуждает этим абсолютно иррациональную ревность младших сестёр.

Брат? Нет, такого брата я бы не хотела.

– Давно ты в городе?