Чтение онлайн

— Ну что, эксперт? — хихикнула Марта, явно заметив моё выражение лица.

Я на секунду задумался. Сказать правду? Или сделать вид, что не знаю? Решил разыграть свой козырь.

— Два ноль. Победит «Наполи», — твердо произнес я, не отрывая глаз от экрана.

— Правда? — удивилась Марта. — А откуда такая уверенность?

— Видишь номер девятнадцатый? Это Карека, бразилец. Он сделает своё дело. Запомни мои слова: этот парень сегодня станет героем, — ответил я.

Моя уверенность Марту, похоже, впечатлила.

— Ставка? — азартно спросила она, её глаза блестели.

— Где ты сейчас сделаешь ставку? — удивился я.

— Тут, в этом же здании. На первом этаже есть букмекерская контора! — пояснила девушка оглядевшись. — Если поторопимся… Трансляция ещё не началась!

Действительно, начало матча было в семь тридцать — об этом я читал в «Советском спорте», когда скучал в ожидании вылета. А сейчас… Я глянул на часы: двадцать минут восьмого.

Знаю, что и после начала матча ставки принимают, но с меньшими коэффициентами. Или в Норвегии сейчас не так?

— Пошли? — Марта уже встала и потянула меня за руку.

Я, поколебавшись секунду, кивнул.

— А Костя? — обеспокоился я, всё же оставлять друга одного в столь специфическом месте не хотелось.

— Да пока девушка подготовится, пока придёт, пока станцует… Есть у нас время! — уверенно заявила Марта, горя азартом.

Мы снова шагнули в узкий коридор, но теперь дорога вела не вверх, как раньше, а вниз по небольшой лестнице. С каждым шагом становились слышнее гул голосов и отдалённый грохот телевизионной трансляции.

И вот мы в букмекерском салоне! Просторное помещение с низкими потолками было заполнено людьми. Большинство толпилось у небольшой сцены, где готовили экран для трансляции. На одной из стен висела доска с выведенными на ней мелом коэффициентами на все текущие матчи. На победу «Наполи» давали всего 1,7. Немного, прямо скажем.

— А на счёт можно? Два ноль, «Наполи» победит, — спросил я на английском.

И — о радость! Меня поняли. Крепкий мужчина за стойкой бросил быстрый взгляд на меня, потом на Марту, затем снова на меня. Видимо, решил, что перед ним какой-то американец: фигура спортивная, английский приличный.

— Восемь, мистер, — с уважением проговорил он, указывая на коэффициент для точного счёта.

— Примете ставку на два ноль… и вторую в связке на победу «Штутгарта», — уточнил я, кивнув на другую строчку на доске.

Там коэффициент был всего 1,3 — «Штутгарт» считался фаворитом, но я точно знал, что матч сложится в их пользу, в финале им играть с Наполи.

А вот в комбинации с победой «Наполи» с точным счётом всё уже выглядело гораздо интереснее: 10,4!

Услышав мои расчеты, Марта заметно оживилась.

— Ты уверен? — прошептала она, понизив голос, словно обсуждала государственную тайну.

— Абсолютно, — ответил я, расплывшись в улыбке. — Ставим немного, но если сработает, на шоколадки тебе хватит до конца года.

Мужчина за стойкой записал наши ставки, а я полез в кошелёк.

— Сколько? — оживился крепыш за стойкой, чуть подаваясь вперёд.

— Двести, — я достал свою скромную заначку и положил купюры на стол.

— И ещё девять тысяч, — мило улыбаясь, добавила Марта, вынимая из своей небольшой сумочки несколько фиолетовых банкнот по тысяче крон с изображением какого-то дядьки.

Букмекер слегка прищурился, оценивая внезапную щедрость.

— Держите! — протянул я деньги через стойку.

— Почти максимальный лимит выдачи, — заметил мужчина, кивая на висящую за его спиной бумажку с правилами, где говорилось, что максимальный выигрыш этой конторы ограничен ста тысячами крон.

— Но учтите, сегодня выдачи не будет, — предупредил он, уже записывая ставку. — Мы платим только на следующий день. Бывают скандалы, протесты, их в течение часа подают… и тогда мы ждём окончательного утверждения результатов.

— А я уверен, что протестов не будет, — улыбнулся я, пристально глядя ему в глаза.

Мужик ухмыльнулся в ответ:

— А я уверен, что деньги свои мы не потеряем. А вот вы — рискнули!

— Окей, сенкс, — небрежно поблагодарил я букмекера, сунув квитанцию в карман.

— Хорошие часы, мистер, — мужик кивнул на мою руку, явно заметив блеск механических «Бланпен».

— Дедушка тоже похвалил твои часы, — шепнула по пути назад Марта, глядя на меня с нескрываемым любопытством. — Выигрыш пополам!

— Ну уж нет! Ты рискуешь деньгами, значит, твой и выигрыш, — категорично отказался я, делая себе зарубку в голове, узнать сколько же эти часы стоят на самом деле.

«Часики,» — хмыкнул я про себя. Ян Севелин, помню, уверял, что они стоят около пяти тысяч долларов, когда вручал их мне. Тогда он решил так рассчитаться за информацию, а я, не особо интересуясь модой, принял подарок без излишних эмоций. Но теперь, раз уж и букмекер, и сам король их заметили, видимо, Ян не соврал.

— Толичка… но это нИчесно! — возмутилась Марта, переходя на мой родной язык. — Если бы не ты, я бы не выиграла!

В её словах, конечно, была железная логика, но… на кой мне сорок пять тысяч крон? Куда я их дену?

— Мы ещё не выиграли, но мне приятно, что ты веришь в меня и мои прогнозы, — примирительно улыбнулся я. — И ладно! Пусть моя часть выигрыша хранится у тебя на наши будущие летние расходы в СССР.

— Летние расходы? — переспросила подруга.

— Ну да. Кто-то же должен оплачивать поездки по Енисею, шашлыки и рыбу, — подмигнул я.

Марта рассмеялась и неожиданно крепко обняла меня:

— Ты такой… настоящий, Толичка. Мне с тобой очень спокойно.

— А мне с тобой тревожно. За твои деньги, за твой норвежский характер, за наши прогулки летом, — усмехнулся я, обнимая её в ответ.

В глубине души я, конечно, знал, что рядом с такой девчонкой тревожно будет всегда. И всё равно не хотел её отпускать.

И пока мы так препирались, успели вернуться в клуб и застать момент, как моего друга активно прессует официант. Он, красный как рак, требовал — если я правильно понял — расплатиться за приват.