Чтение онлайн

– Приблизительно семь миллиардов, – жутковатая улыбка Чирназе теперь походила на оскал. – Вы можете вывести меня отсюда?

Вместо ответа крепыш открыл дверь и с плавной грацией шагнул в коридор. Чирназе шел за ним, пошатываясь. Спиртное путало мысли, обволакивало голову ватой… и притупляло боль.

Около входной двери лейтенант задержался, Чирназе ткнулся в его широкую спину, шатнулся назад, едва не наступив на лежащего охранника.

– Лойд, мы выходим… Послушайте, Николай, за периметром нас встретят, но до безопасной зоны придется двигаться быстро. Лучше бегом. Постарайтесь не отставать.

Чирназе только пожал плечами. Говорить, что дыхалка ни к черту и сердце шалит, глупо.

Лейтенант приоткрыл дверь, пригнулся и нырнул наружу. Чирназе постарался повторить его маневр, задел дверь плечом, поморщившись, выпрямился, шагнул в рассветные сумерки…

Выстрелы ударили одновременно с нескольких сторон. Лейтенант, в прыжке открыв огонь, еще успел толкнуть Чирназе обратно, в спасительную безопасность тамбура.

В спину больно ткнулась ручка двери, Чирназе обернулся, чтобы вырвать зацепившуюся куртку… По груди ударило тяжелое, швырнуло назад. Падая, он попытался удержаться за стену, но новый толчок окончательно сбил с ног.

Николай Чирназе рухнул навзничь, а следом с грохотом захлопнулась дверь, усеянная мелкими красными брызгами.

Москва, Запретный Сад, научная зона 05.32, 11 сентября 2034 г.

Может быть, хрустнула ветка. Может, кто-то приглушенно кашлянул. Или не выдержали нервы, взорвавшиеся при первом подозрительном шорохе. Так или иначе, но я рванулся за секунду до того, как рассветную дымку вспороли первые пули.

Секунда – это и мало и много. Зависит от того, как посмотреть. Толкнуть Чирназе назад, пригнуться, прыгнуть, на лету нажать спуск, посылая наугад короткую очередь… и неловко упасть на влажную листву. Все уложилось в одну секунду. А еще – хрип дыхания, отрывистый лязг затвора, кислый привкус пороха вперемежку с прелым запахом листьев. И позади – плотоядное чавканье разрывной пули.

Для безнадежной попытки спасти Чирназе одной секунды не хватило.

Не ждать ни мгновения, не думать. Думать – некогда. Я перекатился на живот, выстрелил. Тут же, не поднимаясь, по-кошачьи прыгнул в сторону. На мгновение маневр сбил стрелков с толку, пули взрыли землю там, где я только что лежал.

– Ходок, что там у тебя?

– Не сейчас! Я занят!

Ситуация была хреновая. Позицию китайцы держали четко: я у лаборатории – как на ладони, сами укрылись за соседним корпусом и кустарником, минимум четыре огневые точки с координацией от общего штурмового компьютера. Классический «конверт», по всем законам засадного дела… только не на того напоролись. Потому что следующей очередью я «вскрыл» ближний угол «конверта».

«Глок Супермакс» в правильных руках – суровая пушка. Тяжелые удары разогнанных магнитным ускорителем пуль превратили угол здания в крошево. Если китаец всерьез рассчитывал там укрыться, то здорово обломался. Долгой очередью я снес его вместе с кладкой. Щелчок пустой обоймы совпал с коротким вскриком.

Китайцы оказались настоящими профи, норовили вычислить меня на ход вперед. Я тоже был стреляный воробей, поэтому не стал делать очевидного. И когда уцелевшая тройка перенесла огонь, перекрывая образовавшуюся брешь, я резко свернул и, стреляя на ходу, бросился в дальний угол.

Секунда – это все-таки немало. Особенно когда знаешь, что можешь умереть. Я был быстрее их рефлексов, и даже быстрее имплантов. Поэтому оказался около залегшего стрелка до того, как штурмовой компьютер выдал ему новое целеуказание. Щедрая очередь, звон лопающихся пластин бронежилета. Четырнадцать миллиметров в упор – без вариантов: минус один. Я скатился под деревья и теперь уже без суеты прицелился по вспышкам. Переключение на очередь «по три», плавный спуск, мягкие толчки гасителя отдачи. Теперь еще раз. Прятаться от «Глока» за деревьями бесполезно, прошибает насквозь. Что и требовалось доказать.

– Крыша, здесь Ходок. Огневой контакт разорван, цель подавлена.

– Ходок, сворачиваем операцию. Становится слишком шумно. И светло.

Внимательно глядя через поляну, я медлил. Потом чуть приподнялся на руках, прикинул расстояние. Вот-вот примчатся китайцы, но до лаборатории всего-то метров пятьдесят… Только туда и обратно – одна минута.

– Есть проблема. Объект остался в лаборатории… кажется, получил пулю. Я возвращаюсь.

– Ходок, срочная эвакуация! Это приказ полковника!

Стиснув зубы, я выдернул комм и сунул в карман.

Прости, Лойд, сейчас ты мне не помощник. Может быть, позже. Если выберусь.

Не сводя глаз с лаборатории, я выпрямился, вставил в «Глок» полную обойму. Только туда и назад…

– Всегда знал, что ты талантлив, мой мальчик. А теперь даже уникален.

Я потрясенно взвился в воздух, разворачиваясь и одновременно вскидывая пистолет. Человек в дорогом темном плаще стоял на расстоянии двух шагов. Широкий капюшон, надвинутый на глаза, делал его похожим на монаха. Он даже не пытался уйти с линии огня, но «Глок» вдруг непостижимым образом рванулся вверх и вылетел из руки. Не тратя времени на изумление, я попытался без размаха ударить левой и только бестолково вспорол воздух. На прежнем месте «монаха» уже не было. Я резко обернулся, ища глазами противника… мощный удар в грудь и одновременно в живот буквально вбил меня в землю. Хрипя отшибленными легкими, я дернулся… и уперся горлом в холодное острие блестящего клинка.

В любой другой руке раритетный китайский меч смотрелся бы глупо. Но сейчас я вполне сознавал смертоносную опасность. Потому что когда-то давно видел, что можно вытворять с его помощью.

От резких движений капюшон упал, но человек и не пытался поправить его. Седые волосы и усы смотрелись непривычно, но в целом… он не изменился.

– Здравствуй, Макси.

Я осторожно сглотнул, закрыл и открыл глаза. Двинуться сколь-нибудь существенно мне не позволяла острая сталь.

– А я думал, ты умер, учитель. Даже плакал… много лет назад.

– Смерть не всегда получает то, что хочет. Как, например, сейчас, – Ли Енг печально покачал головой. Он выглядел спокойным, даже расслабленным, но я вполне сознавал цену этой расслабленности, – Мне тоже очень тебя не хватало, Макси. Но так было нужно.

– Кому нужно? – Против воли я не смог скрыть горечь.

– Стране, которой я служу, – просто ответил он и вырубил дурака Ковальски одним неуловимым ударом.

Москва, Запретный Сад, главный лабораторный корпус 05.32, 11 сентября 2034 г.

Вики что-то сказала, но он слышал только мерный гул. Ветер или шум прибоя? Где же это было? Или… когда? Лицо, обрамленное светлыми локонами, то удалялось, то наплывало. Казалось, Вики зовет, манит к себе, но тут же расплывается, тает в странном багровом тумане. В надежде обнять жену, он протянул руки…

Жгучая боль в груди заставила очнуться. Сколько прошло – секунда или десять? Или год? Левая рука, неловко подвернутая при падении, онемела, но он все равно чувствовал, как стекает по ладони теплая влага. Воздух, тягучий, с неприятным привкусом меди, застревал в горле. Он попытался вдохнуть глубже и тут же зашелся кашлем, переходящим в стон. Хрипящие легкие не хотели работать. Чувствуя, что теряет сознание, неимоверным усилием он заставил себя дышать. Осталось что-то важное… да. Еще можно успеть…