Игра втёмную
Шрифт:
Что касается статистических данных о человеческих жертвах и материальном ущербе, то они в зависимости от политической ситуации то преувеличивались, то приуменьшались. Начальник главного управления информации Чан Тянь Тхань решил представить эту историю о Биньсюен как легкую драчку, когда с обеих сторон было потеряно около ста человек. На самом деле эту цифру надо умножить в десять и даже более раз, чтобы получить хотя бы приблизительное представление о том, что произошло. Из всех столкновений армии Нго Динь Зьема с религиозными сектами наиболее серьезной была стычка с представителями секты Биньсюен. После нее следует также назвать схватку с группой Ба Кута.
Свидетели событий хорошо знают, что перестрелка между отрядами Биньсюен и армией Нго Динь Зьема началась в ночь на 29 марта. С этой ночи здание главного полицейского управления на улице Катина стало по существу главным опорным пунктом Виньсюен, хотя сам начальник полиции и менял свое местонахождение. Пятидесятимиллиметровые орудия, установленные на броневиках, разметали снарядами баррикады, сооруженные из мешков с песком у здания главного полицейского управления. Броневиков было несколько десятков, и их укрыли в тени огромных деревьев, окружающих дворец Независимости. К 18 апреля служащие управления пришли в школу Таберда и сдались властям. В районе Говап стычки между полицейскими и отрядом парашютистов продолжались по 20 апреля. Но и здесь полицейские в конце концов были вынуждены сдаться. Однако потери со стороны регулярной армии также были тяжелые. В районе Тёлон колонну машин с солдатами правительственных войск забросали гранатами. Многие солдаты получили тяжелые ранения. Был обстрелян и генеральный штаб.
В городе стало крайне неспокойно. Ползли всевозможные слухи. Говорили, что французы напоследок уступили правительству Нго Динь Зьема. Религиозные группировки согласились на мировую с правительством. Вьетминь готовил удар с севера через семнадцатую параллель. Американцы отказали Нго Динь Зьему в поддержке. Возможно, дело докатилось бы до взрыва атомной бомбы. Китайцы не дадут дорогу американцам.
Шолон никому не уступал в фабрикации самых умопомрачительных слухов. Здесь утверждали! Мао Цзедун и Чан Кайши занимаются надувательством друг друга. Они затеяли потасовку в Щолоне. Говорили о том, что стычки происходят якобы между сухопутными войсками и моряками. Предвещали, что Нго Динь Зьем и Бай Виен непременно подерутся.
Каждая из сторон тщательно взвешивала намерения друг друга и в то же самое время максимально демонстрировала свои усилия «в пользу национального единения». Общество Альянс Франсэз открыло выставку полотен Ван Гога. Премьер-министр Нго Динь Зьем призвал полицию сложить оружие, а военные формирования религиозных сект влиться в национальную армию. Он обещал провести выборы в Национальное собрание. Правительство пошло и на явную политическую уловку! Оно организовало провокационный опрос общественного мнения, сформулировав подобные вопросы: желаете ли вы объединения армии или нет, хотите ли вы, чтобы нарушители безопасности и порядка были наказаны, или нет…
На следующий день после того, как посол Коллинз вернулся из Вьетнама в США, американское правительство заявило: в нынешней деликатной обстановке в Южном Вьетнаме у американского правительства и у всего свободного мира не остается иного выбора, кроме как поддержать правительство, возглавляемое господином Нго Динь Зьемом. О главе государства Бао Дае в заявлении умалчивалось. Все понимали, что такое стало возможным только на основе сделки между США и Францией.
Вот почему, едва печать широко разрекламировала новый твердый подход США к вьетнамским делам, Нго Динь Зьем немедленно подписал директиву, которая была им заготовлена в первый же день, как он возглавил правительство. Директива требовала освободить полковника Лай Ван Шанга от поста начальника национальной полиции, объявить вне закона штурмовые полицейские отряды, назначить полковника Нгуен Нгок Ле вместо Шанга, убрать штаб-квартиру национальной полиции с улицы Катина — нервного центра города.
Снова возникли баррикады. Правительственная армия пошла на приступ. Армия Биньсюен тяжело поплатилась за новый вооруженный инцидент.
28 апреля канцелярия Бао Дая, расположенная в Каннах, направила премьер-министру серию указаний. Похоже, глава государства подписывал их в полусонном состоянии. Бао Дай повелевал запретить отставку Лай Ван Шанга, не допускать никаких действий, наносящих урон политике национального единства, проводимой главой государства. Все должны проявлять дисциплинированность. Генерал Нгуен Ван Ви назначается начальником генерального штаба. Премьер-министр должен отбыть во Францию на доклад главе государства…
Похоже, секта Биньсюен только и ждала подобных указаний. В тот же день вспыхнули боевые действия. Началось самое крупное вооруженное столкновение между Нго Динь Зьемом и религиозными группами…
Луан успел отдохнуть после обеда не более десяти минут, как его поднял звонок.
— Началась крупная драка! — с порога сообщили Тхать и Лук.
Тетушка Сау, которую Луан совсем недавно пригласил в дом поварихой, истово молилась Будде. Она ужасно испугалась шума канонады. В деревне, где она жила раньше, девять лет шла война. От пуль погибли ее муж, простой крестьянин, и единственный сын. Но от чьих пуль они погибли, французов или партизан, никто не знал. А грохот стрельбы в тот день стоял такой же, как сегодня.
Затрещал телефон. Ню сообщил Луану тревожную новость: отряды Биньсюен атаковали одновременно множество целей, в том числе генеральный штаб, городскую полицию, генеральное управление приема беженцев. Снаряды падают в парке дворца Независимости…
— Снаряд разорвался прямо в том месте, где мы с тобой обычно пьем кофе. Два металлических кресла изуродованы. Подставки для цветов, находившиеся рядом, расколоты вдребезги… — сообщал он.
Ню оставался спокойным, хотя вокруг бушевал огонь и столбы пламени взлетали в полуденное небо.
Он не пригласил Луана немедленно приехать во дворец Независимости. Таким образом, он как бы давал понять, что обстановка не настолько напряженная, чтобы тотчас начать обмен мнениями. Он лишь предложил Луану вместе отужинать сегодня вечером.
— Из Гуе мне прислали анчоусы. Пока они свежие, лежат в холодильнике. Я велю их приготовить по рецепту королевской столицы.
О еде Ню обычно не говорил. На еду он не обращал внимания. Сегодня об этом он заговорил впервые. Значит, Ню пребывает в исключительно приподнятом состоянии духа.
Лук вскарабкался на крышу гаража и стал напряженно всматриваться в даль.
— Лук! Осторожно, кругом рвутся снаряды, слезай! — громко крикнул Луан.
Лук немедленно слез с крыши и испуганно сообщил Луану:
— Горит деревня Тёкуан, а как же Зунг?
Луан забеспокоился. Он поспешно набрал номер ее домашнего телефона. Трубку долго никто не снимал, и Луан перезвонил. Но к телефону так никто и не подошел. Тогда Луан набрал номер телефона полицейского управления. Не исключено, что Зунг в это время находилась на работе.
Лук хорошо понимал отчаяние Луана. Он не спускал глаз с телефонного аппарата. Вдруг лицо Луана просветлело:
— Алло, это полиция? Прошу извинения, соедините меня с Зунг… Зунг! Она работает у полковника Чан Винь Дата!.. — что есть силы кричал он в трубку, в которой беспрерывно раздавались посторонние звуки. — Да, да, Зунг…
На той стороне кто-то отборно выругался, а затем как будто послышался голос Зунг. И все смолкло. Луан нетерпеливо ждал.
— А может быть, я сбегаю в управление? — тихо предложил Лук.