Чтение онлайн

— Нет, ваше величество, — упрямо покачал головой начальник всех магов-учёных Браккары.

Многие находили долговязого и тощего прана Нор-Лисса похожим на журавля. Особенно, когда он прохаживался коридорами дворца, без всякой необходимости высоко поднимая колени, будто перешагивал лужи или груды мусора. Походка появилась у него лет сорок назад, никто уже не помнил по какой причине. Но сейчас Нор-Лисс напоминал королю хищную птицу. Чёрный бархатный кафтан с полами до середины бедра. Никаких кружев, никаких рисунков. Только белый воротничок, гофрированный по моде прошлого столетия. В Красногорье, которое охватывает полукольцом Тер-Веризу, прижимая её к морю, и на юге Лодда, где громоздятся отвесные скалы, не позволяющие проходить обозам и караванам — только носильщикам из местных жителей, — водится стервятник. Птица, которая питается падалью, расклёвывая тела сорвавшихся с горных троп людей и животных. У неё сильный клюв, способный дробить кости, крепкие, но короткие и тупые когти — сцапать ими добычу невозможно, но придерживать мертвечину — вполне. Так вот у стервятника шей и голова были без перьев. Очевидно Вседержитель создал их такими, чтобы не цеплялись сгустки крови, гнильё и слизь из внутренностей, когда птица пожирает труп. У прана Нор-Лисса на черепе остался лишь едва заметный пушок. Ну, очень похоже…

А ещё стервятники славились тем, что могли стражу напролёт парить в небе, выискивая добычу. Терпеливо ждать, когда сорвавшийся со скалы архар прекратит подавать признаки жизни. Не зря о них говорили: «Стервятник — птица терпеливая».

Вот и Нор-Лисс мог проявлять терпение, достойное лучшего применения. Он интриговал, выжидал, присматривался. Девиз Дома Чёрной Мурены, к которому принадлежал глава учёных Браккары — «Никогда первым». А Дома северян всегда следовали своим девизам.

— Я не хочу, чтобы вы смотрели на меня снизу вверх, — негромко проговорил. — И уж ни в коей мере не пытаюсь смотреть на вас сверху вниз. Вы — мой король. Я обязан повиноваться и проявлять самое великое уважение.

— И всё же вы отказываетесь сесть по моему приглашению?

Ак-Орр нахмурился. Он не верил ни едином у слову мага, поскольку прекрасно осознавал — власть, которой обладает Орден, намного превышает королевскую. Маги-учёные на Браккаре всесильны. От них зависит всё. А Нор-Лисс обладает нераздельной властью в Ордене. Никто не может ему прекословить. Даже король, чего там греха таить.

— Я с благодарностью принимаю ваше приглашение. — Старик чуть отодвинул кресло и присел, держа спину ровной, будто проглотил рукоятку от метлы. — Я готов выслушать ваше величество.

Выцветшие, когда-то голубые, а теперь блекло-серые с оттенком желтизны, глаза Нор-Лисса глядели устало и безрадостно. Пальцы слегка подрагивали на белой скатерти. Даже через стол король ощущал зловонное дыхание мага. Дыхание старика, отягощённого не только возрастом, но и множеством болезней, начиная от утраты зубов и заканчивая нарушениями в обращении желчи и флегмы в изношенном теле.

— Считайте мой первоначальный отказ причудами дряхлого старика, утратившего на службе престолу остатки здоровья.

Ак-Орр смотрел на собеседника и видел терпеливого стервятника. Он привык распоряжаться в державе, как иная хозяйка у себя на кухне. Он служит третьему королю, каждый из которых рано или поздно соглашался с его предложениями, прекращал спорить и сопротивляться. А почему? Да потому, что сила и слава Браккары зиждется на магах-учёных. Нет, конечно, знать любит своего короля. Капитаны и сухопутные капитаны готовы отдать за него жизнь. Но и за прана Нор-Лисса они тоже готовы умереть. Может, с меньшей охотой. А возможно, и нет. Никто не узнает, пока не дойдёт до дела. Но пойти на борьбу с Орденом Учёных может только окончательно обезумевший король. Ведь это будет означать слом порядка в державе, всяческие потрясения и потерю того положения в мире, которое Браккара занимает последние два-три столетия. Какой король, сохранивший здравый ум, на это пойдёт? Уж, Ак-Орр тер Шейл точно не станет причиной бедствий для своей страны. Но немножко поставить на место главного учёного не помешает. Иначе он по-прежнему будет считать себя важнее, чем король и принимать решения «через голову». К счастью, глава тайного сыска Браккары, Дар-Пенн тер Кварр из Дома Красного Моржа, больше верен королю, чем Нор-Лиссу. Он отыскал множество свидетельств самоуправства этого тощего старика с голым черепом и глазами снулой рыбы.

— Я знаю, что вы не просто так позвали меня, — продолжал Нор-Лисс. — У меня давняя привычка — выслушивать недовольство сильных мира сего стоя. Но если ваше величество настаивает…

— Недовольство — это слишком громко сказано, — пожал плечами король. — Я просто хотел кое-что прояснить для себя.

«Ах, ты старый, хитрющий кашалот… — подумал при этом Ак-Орр. — Ничего от тебя не укроется. Как ни крути, а такого лучше иметь в союзниках, чем во врагах…»

— Я готов ответить на любой вопрос вашего величества.

— Их не так много.

— Я внимательно слушаю. — Пальцы Нор-Лисса дрожали, но вряд ли от страха. Возраст не щадит никого. Даже самых сильных магов.

— Вы заговорили о моём недовольстве, — король чуть подался вперёд, нависая над столешницей. — Почему?

— Просто так вы не вызвали бы меня на «Гордость Бракки». Просто так не заставили бы ждать, пока отужинаете. Особенно сейчас, в сутках пути от острова Калвос, когда вот-вот появятся трагерские галеры.

— Они не появятся. Трагерцы не примут открытый бой. Так уже было.

— Полностью с вами согласен. Но в здешних шхерах наверняка срывается несколько десятков их судов.

— Пусть скрываются… — Отмахнулся король. — Вы меня простите, пран Нор-Лисс, сейчас слуги уберут со стола. Не будем же мы беседовать при них?

— Конечно, ваше величество. Я подожду.

Ак-Орр позвонил в бронзовый колокольчик. Двое стюардов в застёгнутых под горло кафтанах с изображением белой акулы на груди быстро собрали тарелки, кубки, кувшин из-под пива, вилки и ножи. Король ел в одиночестве, но стол всегда накрывали на двоих. Это была старинная традиция правящего Дома, пришедшая из глубины веков. Гость приносил удачу, а потому его следовало принимать, как близкого родственника. Король всегда об этом помнил. А кроме того, он воспользовался молчанием, чтобы ещё понаблюдать за Нор-Лиссом. С тем же успехом можно угадывать погоду по базальтовым скалам на входе в бухту Тер-Порта. На лице старика не дрогнула ни одна чёрточка. Он даже не моргнул ни разу. Только дрожание пальцев.

Взамен столовых приборов один из слуг расстелил карту мира. Северный и южный материки, острова Голлоана и Айа-Багаан, Браккара на севере. Все державы раскрашены в цвета правящих Домов. Указаны самые большие города, горы и реки. Над картой работали лучшие художники, используя краски, которые не смывались даже морской водой. Кстати, в этом заслуга магов-учёных. Да… Слишком многим северные острова обязаны им.

— Мы отправили туда дюжину судов. — Палец короля коснулся южной оконечности Калвоса. — И здесь оставим заслон. Полудюжины будет достаточно. — Теперь он указал на пролив Бригасир. — Трагерцы не высунут и носа.

Нор-Лисс кивнул. Он никогда не вмешивался в тактику и стратегию. Войной должны заниматься те, кто с детства учился сражаться. Дело Ордена — обеспечить поддержку воинов. Эскадра, куда вошли все боевые каракки королевства, даже не заметит отсутствия полутора дюжин кораблей. А для южан это сила, способная разгромить весь галерный флот. Конечно, они хитрецы и, как показала жизнь, не слишком стремились соблюдать договоры, но не настолько, чтобы утаить великое множество судов. Скорее всего, флот Трагеры не достиг силы, которой обладал во время прошлой войны, а ведь и тогда им сломали хребет, отделавшись не слишком большими потерями. На что рассчитывает адмирал Жильон? На чудо? Или у него в рукаве припрятана какая-то карта?

— Мы же пойдём на Эр-Трагер. На этот раз я не оставлю камня на камне.

Ак-Орр говорил ровным голосом. На войне он никогда позволял гневу овладеть своим рассудком. Именно поэтому о лучшем короле для Браккары не стоило и мечтать.

— Я полностью одобряю решение вашего величества, — согласился маг-учёный. — Надеюсь, в этот раз мы не будем столь великодушны и не ограничимся контрибуциями? Трагера должна стать нашим данником навсегда.

— Именно так. Я уже знаю имя наместника, которого оставлю править. Южане слишком хитры и вероломны, чтобы довериться им снова. Все высокие Дома Трагеры будут уничтожены. Остальные Дома сохранят право на существование, если предоставят заложников, которые будут жить в Бракке в относительной безопасности. До первого мятежа их родственников.