Чтение онлайн

— Все нормально? — спросил ее любитель хранить журналы под кроватью.

— Да, кажется, ударилась рукой, только не пойму обо что…

— Алло, привет! — послышался голос девушки в телефоне.

— Привет, Лер. Сможешь помочь прояснить кое-какие вопросы по медицинской теме?

— Эм, конечно, — растерянно ответила девушка.

— Меня интересует информация по аномальной болезни, а точнее симптомы и причины её появления у человека. Сможешь подсказать? На портале совсем мало написано про неё.

Собеседница замялась, но после паузы продолжила:

— Да, на портале в целом очень мало действительно закрытой информации. Всё, что там написано по сути и так есть в открытых источниках. А касательно болезни вообще всё очень непросто.

Я молчал, позволяя девушке продолжить.

— Во-первых информации про аномальную болезнь очень мало, учёные уже несколько лет пытаются выяснить как она появляется, какие факторы влияют на заражение и как её излечить. Во-вторых… — Лера замялась, будто оценивая что именно можно мне сказать. — Во-вторых правительство не хочет допустить распространения информации про болезнь, ведь она смертельна и лечения никакого ещё не появилось. А смертельная пандемия, возникающая непонятно откуда вызовет панику среди населения и точно не улучшит предвыборные рейтинги.

Чёртовы политики! Ну почему любые вопросы, связанные с правительством всегда решаются через призму рейтингов и сохранения власти.

— Но не думай, что проблему не пытаются решить, — чувствуя мои настроения добавила девушка, — Сейчас насколько мне известно это одна из важнейших задач. А у тебя что-то случилось? Ты заболел?

— Понятно, а что по симптомам и заражению? — проигнорировал я её вопрос. — И как вообще определяют болезнь? Есть ли анализы?

— По последним данным есть стойкое мнение, что заражение происходит от воздействия энергии из разлома. Но почему кто-то заболевает, а кто-то нет — науке неизвестно. Симптомы у всех проявляются по-разному, но в основном это общее иммунное ослабление организма, сопровождающееся простым кашлем и насморком.

В груди тревожно забилось сердце.

— А обмороки? — прервал её я.

— Да, они тоже случаются. Причем их частота увеличивается с течением времени.

Я всё уже понимал, хоть и не хотел верить.

— А как узнать точно, что человек болеет?

— Сейчас единственный способ, это показать больного видящему — одарённому со способностью видеть энергетическую ауру. Их дар позволяет видеть энергию, излучаемую людьми, монстрами и разломами. Ты ведь знаешь про цветовую градацию монстров, людей и всё, что связано со сверхспособностями?

— Да, читал про это, честно говоря, полагал, что это условные обозначения, принятые для идентификации опасности, — эта информация очень меня заинтриговала, отвлекая от неприятных мыслей.

— Отчасти ты правильно понимаешь. Но цвета эти никто не придумывал, их увидели. Есть одарённые, которые видят энергетическую ауру и она бывает разных цветов: серая у обычных людей без способностей, зеленая у самых слабых, дальше синяя, оранжевая, красная и фиолетовая в зависимости от силы одаренного, ну или опасности твари.

— Получается эти видящие могут понять болен ли человек? — возвращаюсь я к неприятному вопросу.

— Да, энергетическая аура больного сильно отличается от аур обычных людей. Их энергия буквально утекает из тела, — с тоской добавила она.

— Лера, мне нужна помощь в поиске такого одаренного.

В ответ я услышал напряженную тишину.

— Ты уже знаком с таким. Это следователь Селиванов из отдела К, — поделилась информацией девушка. — Только он не любит об этом говорить.

— Ого, спасибо, видимо надо будет его навестить как можно скорее.

— Саш, — настойчиво произнесла Лера. — Ты ведь не просто так все это спрашиваешь, у тебя кто-то болеет?

Я помолчал, решая для себя готов ли признать что сестра в смертельной опасности.

— У меня есть все подозрения так думать.

— Мне очень жаль Саш, я обязательно помогу всем, чем смогу. Но ты должен понимать, что лекарства нет и болезнь длится около пяти месяцев, прежде чем… — тихо добавила она.

Меня будто окатило холодной водой. Я уже знал, что болезнь смертельная, но пока не верил, что скоро моя младшая сестрёнка может умереть.

Внутри родилась холодная решимость, и я произнёс:

— Если лекарство ещё не нашли, это не значит, что его не существует. Я обязательно его найду и спасу сестру.

Кабинет старшего следователя отдела К. Литейный проспект дом 4.

— Виктор Петрович, тут к Вам молодой человек на прием пришел. Без записи. Говорит что по личному вопросу, — прозвучал в трубке голос дежурного.

— Фамилия?

— Нестеров, Александр, — отчитался звонящий.

— Подержите его минут десять потом пропустите.

Следователь повесил трубку и задумался. Парень сам пришел к нему, не дожидаясь повестки. Он о чём-то подозревает или это просто совпадение? Мы только закончили анализ информации по закрытию разлома, а он тут как тут.

Вчера вечером Виктор Петрович сразу заметил изменившийся цвет энергетической ауры парня. Она оставалась зелёной, но стала куда более интенсивной, он явно быстро прогрессирует — никаких сомнений. Как он так быстро поднял свой уровень за такое короткое время, как смог выжить в разломе с тварью третьего уровня? Но даже это не объясняет такого быстрого прогресса.

Когда Селиванов увидел его впервые, парень показался полным профаном, да еще и дар такой странный… Селиванов слышал о таких, но они считались очередными слабаками. Что может предчувствие без атакующих навыков, или способности видеть уязвимости? Казалось бы ерунда какая-то, но что если эта сила куда ценнее чем считалось ранее? Надо присмотреться к пареньку внимательно и держать поближе.

Подготовив документы, Виктор Петрович налил крепкий черный чай с бергамотом. В дверь постучали.

— Добрый день, Виктор Петрович, — я сразу прошел к столу следователя и протянул ему руку.

Он пристально посмотрел на меня, но затем пожал протянутую ладонь

— Садитесь, Александр Сергеевич. Признаться редко кто приходит сюда по своему желанию. Поэтому сразу спрошу: зачем вы здесь? — без прелюдий начал следователь.

Ну что же, без прелюдий мне даже больше нравится.

— Мне нужна ваша помощь.

Виктор Петрович удивлённо вздёрнул бровь.

— Но не как следователя, а как одаренного — видящего, — продолжил я.