Чтение онлайн

По дороге на базу пилот пытается выяснить, что за ажиотаж.

Пехота мнётся, жмётся, потом с великой неохотой объясняет: ракеты-то ваши, говорят, сульфидином снаряжают, а он от венерических болезней просто диво как хорош.

2. Самец!

1942. В полк привозят новинку советской техники – самолёт Ил-2. Народ ходит, дивится. Подходит замполит. Ну, сказать что-то надо. Что нормальный человек знает про Ил-2? Ага, летающий танк.

Замполит похлопывает по элерону – перкаль, ткань. После чего бодро поясняет: «Советская броня! Хорошая, легкая, надёжная»

3. Форменное

Нрав у Георгия Константиновича Жукова – не подарок. Совсем не подарок.

Через что он собственно и страдает. Да так что всего через год после окончания войны и Парада Победы обнаруживает себя на должности командующего Одесским военным округом. Знакомится с хозяйством. Приезжает в штурмовой авиаполк. Идёт вдоль строя.

Стоят бравые ребята, формы с иголочки, сапоги чистые, новенькие – и на груди две-три медальки. А рядом – для контраста – ну сущие вахлаки: форма – дыра на дыре, сапоги каши просят. Но – иконостасы во всю грудь.

Жуков:

– Это кто? – на бравых ребят.

– Батальон аэродромного охранения.

– А эти? – на вахлаков

– Лётчики.

…К чему я это всё? Ах да, нрав у Георгия Константиновича Жукова – совсем не подарок.

4. Нет атеистов в окопах под огнём

Штурмовики – народ суеверный. Кто-то возит в кармане образ животворящий, кто-то крестится перед каждым вылетом. И никто не соглашается бриться перед вылетом ("Вот Вася побрился, так и схоронили").

Николай Прибылов – летчик от бога. Но летает всегда в том же зимнем комбинезоне. Летом. В жару.

Ему: Мужик, ну когда ты тулуп этот снимешь? Упаришься ведь, амбрэ опять же некоторое.

Он: "Прямщаз. Меня в этом тулупе ещё никто не сбивал. Так что – до нашей победы".

Копенгагенский гамбит

Первая мировая. На складах в Копенгагене лежит большая партия новеньких пулемётов – 300 штук – построенная по заказу России и уже оплаченная. Впрочем, оплатить – ещё не значит забрать. Дания – страна нейтральная, Германия выражает решительный протест, пулемёты остаются на складе.

Затем ход делает уже немецкая сторона – производителю предлагается круглая сумма, всё уже договорено…но вокруг склада оказывается есть и российские наблюдатели. Дипломатический протест Антанты – пулемёты лежат, где лежали.

И так пять раз подряд.

Выход из положения придумывает капитан немецкого Генштаба Ринтелен.

Прибывает в Копенгаген под видом английского агента. Через лицо прикоммандрованное – местного немецкого коммерсанта находит выход на русскую резидентуру. Добывает корабль, замаскированный под российский.

И вот – финальная встреча. Дорогой ресторан, интим. Всё обговорено, дата погрузки назначена, все собираются расходиться…и тут лицо прикоммандированное ("Молчать, надувать щёки, лакать ликёр") решает наконец отметиться в истории.

Воздвигается, вытягивается по стойке "Смирно" и провозглашает на весь зал:

– Не угодно ли сигару гер-р-ру капитану?

На чём операция собственно и накрывается тазиком.

Байки от боевой химии

1. Идеальный пестицид

Сколько стоит идеальный пестицид? Сто тысяч долларов? Миллион?

Идеальный пестицид решают разработать британские химики в начале пятидесятых годов. Чтоб не вонял, тяжёлых металлов не содержал, был дешёвым, одного опрыскивания хватало надолго и, главное, чтобы у вредителей, типа колорадского жука привыкания не вызывал.

К 1952 году разработка закончена. Только вот получается… не то, чтобы плохо, а как-то слишком уж хорошо.

Имеется жидкость – консистенцией и летучестью с машинное масло. Прозрачная, как слеза. Без вкуса и запаха. На местности, будучи раз применённой, держится долго. На растения не действует. Зато колорадского жука валит на раз. Равно, как крыс, мышей и прочие формы жизни.

Включая человека. В любых концентрациях, включая сверхмалые.

Британское сельское хозяйство впечатляется. Как там в классике: "Ваш идеальный пестицид на неприятельские базы сбрасывать надо. На страх агрессору".

Оказавшись в надёжных руках оборонки, пестицид проходит небольшую доработку и получает название: VX.

Как раз на замену старому доброму зарину.

Впрочем, через некоторое время даже она, оборонка, признаёт, что продукт того… Забористый чересчур.

Узнаёт о продукте и премьер – то ли Черчилль, то ли Иден. Тоже впечатляется. Да так, что в 1956 Великобритания вводит полный односторонний мораторий на химическое оружие в общем, и VX в частности.

А ещё двумя годами позже – по принципу не врагам, так друзьям – отдаёт рецепт Штатам.

В обмен на технологию водородной бомбы.

2. Это уже не химия

VX – это серия V.

А лет за надцать до того отравляющие вещества разрабатывают немцы, серию G.

Табун – он же GA, зарин – он же GB. А вот следующий в серии – зоман – получает аббревиатуру GD.

Потому как GC занята.

Гонококк.

3. Завертелась твоя мясокрутка

Фриц Габер.

Знаменитый немецкий химик, отец химического оружия. Идея боевого использования хлора, каталитический синтез аммиака – всем этим человечество обязано Габеру.

Жена Габера правда мужниных достижений не одобряет, предвидя, что выйдут от них одни бедствия с последствиями. Но Габер не только учёный, но и большой патриот, так что 22 апреля 1915 года на речке Ипр имеет место первая химическая атака. А вечером того же дня, в Берлине банкет – по случаю её успеха. На каковом банкете случается неприятность: супруга Габерова стреляется. Из его же табельного пистолета. Высшая мера социального протеста, типа.