Чтение онлайн

Эта бронзовая маска была найдена в Аньяне на востоке Китая в гробнице правителя династии Шан – это один из самых ранних периодов китайской истории, о котором нам стало известно благодаря археологическим раскопкам

Древние китайцы гадали, задавая вопрос в письменном виде на панцире черепахи или на лопатке буйвола и затем дотрагиваясь до панциря или кости горячим металлическим прутом. Трещины, которые при этом появлялись, «расшифровывались» священнослужителями как ответ на вопрос, заданный оракулу, который, судя по всему, был предком монарха. «Стоит ли царю ехать на охоту в такой-то и такой-то день?» Ответ: «Да, этот день будет удачным для охоты; можно добыть много оленей, кабана и другую дичь». Конечно, не все ответы были благоприятными, некоторые из них советовали воздержаться от поездки.

Эти сведения представляют большой интерес, но они оставляют много пробелов в наших сведениях о династии Шан и ее истории. Мы не знаем точно, как далеко простирались границы ее влияния или кто были соседями. Древние иероглифы трудно поддаются расшифровке, особенно когда они обозначают названия мест, которые не сохранились до наших дней. Были предприняты многочисленные попытки понять, какой была социальная структура династии Шан, и выяснить, основывалась она на рабстве или феодальных отношениях, на основе изучения этих записей, но они не принесли большого результата. Ясно, что захваченные в плен воины составляли важную часть добычи, но остается непонятным, насколько экономика страны была основана на рабстве, когда рабами становились пленные.

При династии Шан очень высокого уровня достигло искусство обработки бронзы, образцы изделий из бронзы, датируемые этим периодом, не только красивы, но и свидетельствуют о высочайшем уровне ковки. Отлить в глиняной форме бронзовый сосуд весом в 3/4 тонны – задача не из легких. Изделия из бронзы периода Шан и следующего за ним периода Чжоу были отлиты в глиняных формах, а не восковых, техника использования которых утеряна, но которой преимущественно пользовались ремесленники древнего Ближнего Востока. Это доказывает, что металлургия или, по крайней мере, ее отдельные технологии развивались в Китае абсолютно независимо.

Первые дошедшие до нас памятники письменности, найденные в Аньяне, представляют собой уже довольно развитую систему письма, далеко ушедшего от примитивного изображения картинок. Оказалось, что прочитать эти записи не составляет большого труда, хотя форма иероглифов в записях весьма архаична. Именно в этом проявляется прямая связь и преемственность между самыми ранними из известных нам памятников китайской письменности и современной литературой. Это уникальное и наиболее показательное свидетельство характерной для Китая неразрывности прошлого и настоящего. Есть все основания полагать, что династия Шан была ранней формой, так сказать, прообразом китайской государственности и что население этой страны было предками нынешних китайцев, в особенности тех, которые проживают в провинциях Хэнань и Хэбэй.

Вполне возможно, что шанцы имели более развитую культуру письменной речи, чем те образцы, которые дошли до нас на гадальных костях. Они создали письменность, которая позволила им вести скрупулезные записи событий, но, к сожалению, эти записи не дошли до наших дней. Вероятно, во времена династии Шан, да и в более поздние времена, записи велись на деревянных или бамбуковых дощечках, то есть на материале, который подвержен гниению. К тому же все известные нам места поселений шанского периода были уничтожены разливами Хуанхэ и погребены под слоем ила. Естественно, что в подобных условиях ни дерево, ни ткани сохраниться не могли, хотя эти же условия способствовали сохранению твердых материалов: бронзы, камня, кости и гончарных изделий. Все, что нам известно о периоде правления династии Шан, мы знаем сквозь призму толкования официальной истории. Так, историки говорят нам, что династия Шан пала после долгого периода процветания и в конечном итоге попала под власть жестокого тирана, царя Чжоу Сина. Традиционная история гласит, что он предавался бесконечным оргиям (которые, судя по описаниям, больше походили на праздники плодородия) и казнил своих министров и верных советников, если они перечили ему. Человек по имени Вэнь – владыка запада и властитель Чжоу – покончил с шанской тиранией. Его преемник, У-ван, повел свою огромную армию на восток, победил правителя Чжоу Сина, уничтожил его столицу и покончил с династией Шан. После этого он сам был провозглашен правителем. Его династия, расположенная на территории нынешней провинции Шэньси на северо-западе Китая, называлась Чжоу, по названию государства, из которого она, по сути, образовалось.

Факт победы Чжоу над Шан исторически достоверен, также не подлежит сомнению то, что эта победа была одержана У-ваном. Однако далеко не ясно, какие взаимоотношения существовали между правителем Шан и владыкой запада: неясно, были ли это феодальные отношения или владыка запада был независимым вождем племени, состоящего из людей, несколько отличных от шанцев по происхождению, но подпавших под их культурное влияние. Эти загадки так и останутся загадками, пока не будут произведены дополнительные археологические раскопки, в особенности на западе, на родине прародителей Чжоу.

Совершенно ясно, что, находясь у власти, правители династии Чжоу контролировали огромную по размерам территорию. Их земли простирались до побережья к востоку от Шэньси и до северной границы долины Хуанхэ, то есть на 600 миль в ту и другую сторону. Чтобы управлять такой территорией, правители Чжоу создали систему уделов, что впоследствии получило название китайской феодальной системы.

Все царство было разделено на области, некоторые из которых были весьма крупными, а некоторые – очень маленькими. Вероятно, крупнейшие из уделов, такие, как Ци на территории нынешней провинции Шаньдун, не в полном смысле подчинялись царю Чжоу, а скорее были наполовину независимыми племенами или царствами, добровольно присоединившимися к Чжоу, чтобы сбросить иго Шан. Многие уделы были отданы во владение братьям правителя, его сыновьям и другим родственникам. Если владелец удела не был родственником царя, то для него выдумывались несуществующие родственные связи. Суть отличия китайской феодальной системы от тех, которые позже возникли в Европе и Японии, состояла в том, что она строилась на принципе семейственности, так как правитель был главой, отцом семейства. Его братья и двоюродные братья, их сыновья и племянники и так далее были членами правящей фамилии, и, как таковые, они имели право на владение уделом как частью собственности семьи. Они отчитывались перед правителем за управление уделом. Они также должны были собирать людей и вести их на войну по первому требованию вана. В этом как раз китайский феодализм напоминает систему феодальных отношений в других странах и в другие периоды истории.

Территория Шан занимала большую часть Северного Китая (на карте – темно-серого цвета). Примерно такую же по масштабам территорию занимало древнее царство Чжоу. Эта территория оставалась центром китайской культуры во время «Эпохи воюющих государств» (481–221 гг. до н. э.), которая началась примерно тогда, когда умер Конфуций. С началом эпохи правления династии Цинь в 221 г. до н. э. начался период территориальной экспансии. Из своей столицы Чанъани правители Цинь управляли огромной территорией, включавшей прежнее государство Шан и большую часть Южного Китая (светло-серая часть карты)

Чжоу переняли у Шан письмо, культуру обработки бронзы и систему религиозных верований, хотя есть основания полагать, что они привнесли в нее свою религиозную практику и своих богов. Очень скоро стало появляться все больше записей, относящихся к этому периоду. Длинные надписи на бронзовых сосудах рассказывают об освоении новых областей, завоеванных во время войны с остатками сторонников династии Шан и с другими обитателями востока Китая. Эти надписи показывают, что свойственный традиционной истории подход к этим событиям является чрезмерно упрощенным. Завоевание Восточного Китая династией Чжоу было длительным процессом, и окончательной их победу назвать было нельзя. Сторонники династии Шан сохранили за собой большую территорию, государство Сун, которое лишь номинально объединилось с царством Чжоу.

Ранний период правления династии Чжоу с 1027-го по 722 год до нашей эры известен нам весьма схематично. Конечно, если сравнивать с эпохой Шан, династия Чжоу оставила нам больше надписей на бронзе, но только некоторые из них проливают свет на подлинную историю этой эпохи. Существует сборник исторических трудов, составленный на основе дошедших до нас памятников ранней китайской письменности. Он носит название «Шу цзин» – «Книга историй», большая часть которых относится к раннему периоду правления династии Чжоу. И все же традиционная история зачастую дает нам лишь перечисление правителей и приводит очень малое количество реальных фактов. Отсутствие письменных свидетельств той эпохи частично объясняется тем, что ранний, или западный, период династии Чжоу завершился в 722 году настоящей катастрофой: нашествием кочевых племен и сожжением столицы. После того как кочевые племена гуннов захватили историческую родину Чжоу – провинцию Шэньси, правитель Чжоу двинулся на восток и основал новую столицу в Лояне, в провинции Хэнань. Он назначил одного из своих приближенных охранять западные границы и изгнать племена гуннов с захваченной территории. Эта задача была полностью выполнена уже при его преемнике, и в результате на исторической территории Чжоу было положено начало новому царству Цинь, которому впоследствии было суждено покорить весь Китай.

В результате нашествия гуннов власть царя начала резко ослабевать. В эпоху, которую сейчас называют эпохой хроники «Весны и Осени», по названию древней книги, в которой отражены некоторые ее моменты, царь Чжоу стал уважаемым, но практически не имевшим власти правителем. Он наделял властью феодалов и исполнял древние обряды, но почти не имел реального влияния. Более сильные области начали подчинять себе более мелкие, а под конец и вовсе присоединили их территории к своей. Удивительно, но эта эпоха общего упадка является первым периодом, точно и хронологически верно отраженным в истории Китая. Вполне возможно, что это – чистая случайность. Вероятно, хронологические записи велись и раньше, во время существования старой столицы царства Чжоу на западе Китая. Однако Лоян просуществовал значительно дольше, не переживая серьезных катаклизмов и разрушений, естественно, что и записи того времени сохранились лучше. Существует относительно полная и подробная хроника событий той эпохи, которая охватывает примерно век с момента начала движения государства на восток. Ближе к концу эпохи хроник «Весны и Осени» началось распространение учения Конфуция, а свои идеи начали проповедовать и другие философы. Стала быстро развиваться литература и, естественно, история.