Стёкла заплаканные верандо неуюте, конечно, лгут.Тихо играет в кафе музыкантпальцами струнный блуд.Кофе турецкий, дела «на потом»,все разговоры о пустяках.Я в кашемировом, горизонт в золотом,прохожие впопыхах.Небо раздаривает перламутрщедрой унцией на собрата.Сколько бы ни было этих утр,мне всё равно маловато.
#тучи
Эти тучи – свинец по сути —красят небо в оттенки ртутии идут караваном на юг.И распутица у распутийнеуютна. И бесприютенмонотонный дождливый стук.Отражаясь в жемчужной луже,несозревший август простужени дрожит на ветру, как лист.Он боится, что он не нужен,разве что-то бывает хуже?Он напуган и серебрист.В эти тучи пробьётся лучики, недолго ища созвучий,упадёт на сплетение рук.Миг, живучести не обучен,осознав свою невезучесть,возвратится на новый круг.И по лету споёт панихидыпо веленью своей планидынаступивший яблочный Спас.Созерцая земные виды,полетят с небес персеиды,оседая на донце глаз.Эти тучи полны воды,и сады отдают плоды.Скоро августа дни прервутся.Он затянет зелёным прудыи у падающей звездызагадает сюда вернуться.
#трамвай
Где белый день ржавеет от листвы,и у дверей ждут каменные львы,где окна электрической надеждойживут в сердцах, укутанных одеждой,где пролегли твои следы во мне,слова тонули в птичьей трескотне,где без тебя была я пустотой самой,и ночь бессонная звала меня сестрой,где солнце за трамваем птицей желтобрюхой,и время прочь неслось косулей лопоухой,где жизнь моя стояла на кону,и я ждала тебя, лелея тишину,где в месяц окровавленных рябиннас раздавило в острых глыбах льдин,где зиму пережил лишь тот трамвай,там больше нет меня.Прощай.
#живая
Где-то там за поиском и путём,за болеющей памятью где-то там,за несмелостью жить, за нытьёмокеан подступает к моим ногам.Льнёт белухой, скользит касаткой,исцеляет ноющее, застарелое.Я вхожу в него, разрушенная и шаткая,он, как зодчий, строит из меня целое.Я впадаю в него, как в тяжёлый сон,обмелевшей тихой рекой,и лазорево-белый небесный склонотражается в нём и во мне мечтой.Забываю, как мне скулилось,как сходилось со всех осей.Просто плыть. Отдаваться на милость.Утопить в себе мир вещей.А потом я стою перед ним песочная,в конопатой позолоченной крошке,а он девять жизней мне в межпозвоночное,будто мне не раз умирать, как кошке.И спустя песок, счастливость, спустя океан,возвращаюсь, наполненная до края.Рьяный город небрит и июльски пьян,я танцую с ним, улыбчивая и живая.
#королевство
Мое богатое необъятное королевство —восход пьянящий, багряный спелый закат.вокруг, за солнцем, земля пускается в бегствои тысячи разных жизней даёт напрокат.И стаи птиц, летящих на юг и обратно,и сколы острые северного ледника,и облака, на гору севшие густо и ватно, —всё это вещи из сокровенного тайника.Глаза закрою, и рушатся стены зданий,луна свисает опалом в тысячи тысяч карат.Ведь красота всего на свете выходит из знаний,что миллионы жизней земля даёт напрокат.
#подранок
…И с тех пор он подранком мается,заливает в пустоту алкоголь,даже в церковь ходил, хотел покаяться,да не смог. Не пустила боль.Курит в комнате, смотрит в окна.Обречённее жертвы, ночи мрачней.И единственный свет, что впускают стёкла,смешан с желчью уличных фонарей.К нему ходят живые женские призраки,он не помнит ни лица их, ни колен.И под рёберной стенкой не чувствует признакижизни, движения, времени, перемен.А однажды она, наконец, вернулась.Села рядом и коротала с ним ночь.И к утру тихо так улыбнулась,говорит, я хочу помочь.Приходи, говорит, ко мне, у меня тихо.Только вороны да небесный свод.Приноси с собой цветы и немного выпить.Ты ведь помнишь всё,завтра исполнится ровно год.Он проснулся. Кажется, кровьпробивала новое русло,