Чтение онлайн

На детских площадках не бегали дети. Не было матерей и нянек, смотрящих за юными чадами.

Все торговые лавки были закрыты, несмотря на то, что в среднем они работали до десяти часов вечера.

Не было служанок клана, суетящихся, исполняющих указы своих хозяев.

В воздухе витало напряжение.

Зато можно было услышать гомон из клановых помещений. Встревоженные голоса женщин, обеспокоенных тем, что их мужья отправили их в специально защищённые фуиндзюцу клановые залы. Звонкие голоса детей, не понимающих, почему им нужно сидеть в этих душных помещениях.

Бойцы различных родов клана, охраняющие свои жён, детей и матерей, смотрели вслед этой группе, направляющейся в святая святых клана Учиха.

И если старики смотрели хмуро, с недовольством и осуждением, то молодые - с нездоровым восхищением.

Сейчас было легко увидеть тех, кто желал перемен, возвращения к старым традициям.

И как ни странно, но именно молодые, горячие соклановцы, а не консервативные старики желали этого.

"Мда, повезло мне, что у меня есть "Перлы Отдыха". Пусть сегодня и пришлось закрыть их, но зато у меня появилось место, куда можно увести женщин и детей рода. Да и охраны нужно в разы меньше. Всё же "Перлы" построены не в клановом квартале, где Учихи могут творить всё, что захотят, а посреди квартала красных фонарей Конохи. Там уже власть клана ограничена, так что навряд ли туда сунутся бойцы других родов, если дело дойдёт до открытого конфликта", - облегчённо подумал Изами, бодро продвигаясь к собранию старейшин.
– "Так-так... Это что такое?"

Подойдя к залу собрания, юный глава рода увидел телохранителей других старейшин.

Если два бойца всегда находятся подле своего главы, то другая пара должна покинуть зал на время собрания.

И стоящая на входе в зал группа телохранителей могла означать только одно.

Собрание началось, и это без одного из старейшин.

"Смело... Так меня оскорбить, зная о моём характере. Хотя... Скорее всего, это провокация..." - подумал Изами, внимательно осматривая бойцов. Многих он знал, так как те устраивали с ним тренировочные бои по просьбе Момору-сенсея.
– "А ведь сработало бы, если бы это произошло до той ночи", - решил для себя юный глава рода.
– "Хорошо, значит, они не знают, что моя линия поведения изменилась. Это даст мне на первых порах небольшое преимущество."

– Планы поменялись. В зале меня будут сопровождать Нака и Бару. Рай, Наори, вы остаётесь на улице, - тихо отдал указания юный Учиха.

– Ты уверен?
– так же тихо спросил его Рай.

Рай прекрасно понимал, что он и Наори лучше подходят для того, чтобы присутствовать на собрании.

Изами могут попробовать спровоцировать, и будет лучше, если подле него будут Наори и он, а не вспыльчивые Бару и Нака.

– Да. Останьтесь здесь. Поговорите с другими телохранителями. Со мной пойдут Нака и Бару. Ясно?
– твёрдо ответил ему Изами.

– Хай, - в унисон ответила ему юная пара, встревоженно переглянувшись. Было ясно, что Наори посетили такие же мысли, как и её суженого.

– Добрый вечер вам, Изами-сан, - один из телохранителей, до этого подпиравший собой стену, приветливо улыбаясь, поздоровался с юным главой клана Учиха.

– О, Акира-сан!
– Натянув улыбку, Изами подошёл к одному из своих бывших партнёров для спарринга.
– Что вы делаете на улице? Неужели собрание началось? И это без меня?!
– Если вначале юный Учиха говорил приветливо, то к концу своей речи от такого пренебрежения к себе он, уже не сдерживаясь, начал выпускать жажду крови. Да и активированный шаринган не предвещал ничего хорошего.

– Вы опоздали, Изами-сан, поэтому другие старейшины решили начать без вас, - скороговоркой выпалил Акира.

Он помнил юного волчонка этого психа, Момору, и помнил, что тот был неплох.

Вот только на войне, если верить тем, кто вернулся, а верить им можно, юный волчонок превратился в матёрого волка.

"О биджу, зачем я только согласился на это? Нужно было послать старейшину сразу же, как он подошёл ко мне с просьбой позлить ученика Момору... Он без меча слаб, у него остался только один глаз... Да, конечно! Никогда больше, никогда!" - подумал Акира, смотря в активированные шаринганы Изами, судорожно улыбаясь.

– Ну что же, тогда мне нужно поторопиться. Поговорим как-нибудь в другой раз, Акира-сан.
– Хищно улыбнувшись, юный Учиха развернулся и быстрым шагом направился ко входу.

"Что же, они хотят вывести меня из себя, чтобы я совершал побольше ошибок и был более предсказуемым? Ну так я им подыграю..." - подумал Изами, ударом ноги раскрывая двери и заходя в помещение, при этом взвинчивая свою жажду крови до такой степени, что даже в самых далёких уголках квартала почувствовали её действие, а зверьё в округе начало удаляться от возможного источника опасности.

Испуганные слуги, стоявшие в коридоре перед входом в помещение, где шло заседание совета старейшин, забились в угол, ничего не сказав на такое вопиющее поведение юного Учихи.

Сам же Изами, поймав одного из них, спросил, в какой именно комнате проходит собрание, и быстрым шагом направился туда.

После того, как Изами сильным толчком открыл последнюю дверь, перед ним предстала картина напряжённых телохранителей и их объектов охраны, которые, вопреки всему, выглядели спокойно, а некоторые даже самодовольно.

– Добрый вечер, мои драгоценные коллеги, - хищно улыбнувшись, поприветствовал всё собрание совершенно обыденной фразой юный Учиха, игнорируя то, что для этого было предназначено своё ритуальное приветствие. Всё же Момору-сенсей учил его обманывать и вводить своих врагов в заблуждение, пусть только на поле боя. Поэтому юный Учиха решил для себя отыгрывать роль недалёкого рубаки, который умеет только резать глотки да решать проблемы в стиле: есть человек - есть проблема, нет человека - нет проблемы. Почему бы и нет, если его противники хотят видеть в нём именно это?
– Думаю, вон то свободное место моё?
– указав взглядом на единственное пустующее место в помещении, спросил Изами.

– А, Изами-кун, добрый вечер, - поприветствовал его добродушно Каварама Учиха, так же игнорируя все писаные и неписаные правила.
– Ты садись, садись. Мы тебя ждали, ждали, а ты всё не приходил. Нельзя же так, опаздывать - это плохо, или тебя родители этому не учили?
– приторно сладким голосом продолжал выводить из себя юного старейшину его старший коллега. Ну, он так ошибочно думал, так же как и его сторонники.

Так что, когда пропала чудовищная жажда крови, исходящая всё время от юного Учихи, и его лицо приобрело совершенно спокойное выражение, Каварама был, мягко говоря, озадачен.