Избранная пламенем
Шрифт:
— А почему не Октября?
— Ха! Чтобы он лбом проломил металлическую крышку зеркала в погоне за тобой? Он же абсолютно неадекватен! — эмоционировал кот, что его длинные белые усы ритмично дёргались в такт возмущениям, а глаза сверкали как молнии.
— Да что с тобой?
— Ох… мяу. Это всё побочные эффекты обращения, прошу прощения за бестактность. Но, я сказал правду! Нам не нужны проблемы, ведь мы сами попали в капкан. Ой! Мяу.
Наблюдая за поведением Гелиодора, в голове возникла ясная мысль, что превращение в кота обнажило его эмоциональность, которую он тщательно контролировал.
— Я верю, что всё будет хорошо. Ты же сам говорил, что случайности не случайны. Значит, так должно было быть.
— Ах! Ты права, дорогая! Я совсем окошатился, и не контролирую себя. О, кажется, нам сюда! — сказал кот и завернул на дорожку, ведущую в глубокую чащу, более тёмную и мрачную. Совсем без светлячков.
— Ты уверен? — с сомнением спросила его. Что-то не внушала мне эта дорога доверия.
— Абсолютно! Мур! — ответил он, к чему-то принюхиваясь. Его ноздри расширялись и сужались, что-то учуяв.
Кот устремился вперёд, а я только успевала за ним, так быстро он перебирал своими лапками. Пройдя мрачную чащу, внезапно нашему вниманию открылась поразительная картина. Впереди находилось нечто восхитительное, что не сразу понятно, что это, но точно ясно, что доброе. В таком-то месте, действительно, неожиданно встретить нечто подобное.
Необычайной красоты цветок с левитирующей над его центром сферой, напоминавшей жемчужину, светились тёплой энергией. Сначала мы увидели сплошное свечение, как в тумане, который расступился перед нами, будто разрешая заглянуть за ширму.
Сам цветок располагался на озере, окружённом чёрными гладкими камнями на берегу. Они были идеальной овальной формы, как на подбор. Кто же это так постарался и зачем тут этот цветок? Какой смысл он несёт в этом тёмном, неприветливом месте?
— Что это? — шепотом спросила я кота, что зачарованно глядел на цветок.
— Не знаю, но должен узнать, мяу. Чувствуешь ли ты это? — ещё сильнее принюхивался он, и глаза его прикрылись как в экстазе.
— Что именно? С тобой всё в порядке?
— Аромат, мур, этот аромат, — промурлыкал кот.
Я втянула в себя воздух. Да, тут определённо пахнет как-то необычно. Ну, наверно, это цветок. Но выраженного аромата до желания впасть в нирвану не возникло, по сравнению с Гелиодором. Он так принюхивался, что мне показалось, его лапы оторвались от земли, и он… взлетает.
— Эй, это нормально? — тихо спросила я, блаженного кота.
— Ч-ш-ш, — шикнул он, не открывая глаз.
Цветок странно завибрировал, а жемчужная сфера начала погружаться в его центр. Оттуда вылетела золотистая пыльца и рассеялась в пространстве.
И тогда я почувствовала. Это неземное блаженство. Хотелось смеяться и плакать одновременно. Ноги подкосились, и я села на берегу, закрыв глаза, подняв лицо вверх его этой пыльце. Всё стало таким неважным. Всё стало хорошо.
Очарование момента нарушилось внезапно ворвавшимся в сознание голосом.
«Уходи! Беги!»
Я распахнула глаза, и увидела, что кот реально летит к центру цветка. Будто невидимая рука несёт его туда на ладони. Он уже совсем близко, и не видит опасности. Как впрочем, и я не понимала в чём она.
— Гелиодор, нужно уходить! — окликнула его я, стряхивая с себя пыльцу.
Но он меня будто не слышал.
— Очнись!
Но всё тщетно. Внезапно, цветок захлопнулся, спрятав в лепестках силуэт кота. Внутри меня пробежал холодок. Решив ступить на чёрные камни, меня резко отбросило назад. Из-под них выросла каменная клетка, угрожающе сверкая темным блеском.
Да это ловушка! Что делать?!
— Гелиодор! Ты меня слышишь?!
— Мяу! — глухо отозвался он. — Уходи отсюда! Брось меня! Спасайся!
— Нет! Я тебя не брошу! — судорожно соображая, бегала я вокруг клетки, пытаясь понять, что мне делать.
— Беги, светоч! Он и до тебя доберётся! Беги!
— Я сказала, нет! — схватившись руками за каменные решётки, заорала я, как вдруг ощутила боль.
Острые тёмные иглы впились в ладони. Хитрый камень защищался и не давал мне к нему притронуться. Одёрнув руки, я стала осматриваться вокруг. Завидев неподалеку груду камней и палок, решила использовать в ход всё что можно. Не раздумывая схватила их в охапку и начала швырять сквозь решётку, пытаясь попасть по цветку.
— Отпусти его! Слышишь?! Немедленно! — ругалась я, не прекращая атаки.
Цветок начал темнеть, и я не знала, к добру это или к худу.
— Гелиодор! Ты слышишь меня?
В ответ тишина. Я звала его много раз, а он не откликался. Страх за его жизнь накрыл меня с головой.
— Ах, ты ж проклятый обманщик! Я тебе сейчас покажу! Я не отдам тебе моего друга, не надейся!
Я угрожала цветку, и мне было всё равно, что он думает и как это выглядит. Я бросала в него всё подряд, била по каменной решётке всем, что попадалось под руку.
— Верни мне его! Немедленно! Иначе, я тебе не завидую! Ты не знаешь, с кем связался!
Меня обуревало яростью, в груди кипел гнев справедливости. Не обращая внимания на боль и усталость, в порыве эмоций, схватилась за эту решётку и начала её шатать. Послышался громкий звук, как раскат вулкана, что-то хрустнуло. У меня едва не искры из глаз летели от негодования, настолько захватили эмоции, что со стороны я должно быть сама выглядела как монстр. Но это не останавливало меня, напротив, всё только начиналось.
Решетка пошла трещинами и рассыпалась на тысячи тёмных осколков у моих ног. Я остановилась в ожидании, глядя на цветок, который, казалось, сжался под моим взором.
— Верни его, а не то!
И тут вдруг он как завибрирует, да как выпульнет кота из себя. А я бегу, пытаюсь поймать его, летящего без сознания. И благо, попадает он мне прямо в руки. Тормошу его, он весь мягкий, как тряпочка. Маленький какой-то стал, будто размер зависел от силы. А её у него забрали.
— Гелиодор, милый, очнись, — тормошила кота, что на мой призыв слабо шевельнул лапкой.