Чтение онлайн

Взяв хрустальный бокал с соком, и осушив его до дна, девушка облизнула губы и вдохнула тёплый влажный воздух, почти не ощущая качку под ногами. Сейчас на небе не было ни облачка, которые с раннего утра извергли из себя добрую порцию дождя. День после полудня обещал быть насыщенным активной работой.

Вспомнив про требуемые приготовления, и посмотрев в сторону разъехавшихся дверей, девушка пошла внутрь.

Очутившись посреди низко посаженных кожаных диванов, стоя босиком на полу из отполированного и лакированного светлого паркетного дерева, юная особа окинула желанным взглядом мирно стоящее раскрытое пианино и низкий журнальный столик, расположившийся возле бежевого углового дивана.

Девушка поправила тёмные волосы и подошла к тому, кто сидел на диване и внимательно изучал ветхую на вид вазу, стоящую на поверхности стола.

Присев рядом, Анабэлла Берковская улыбнулась электронно-механическому компьютерному существу, сидящему в белом бронекостюме, и проговорила на русском, развивая языковую практику, повышая уровень и сложность построения фраз. – Как думаешь, Прометей, сойдёт она для подмены?

Робот Прометей, вот уже как пять дней находящийся на яхте, и двое суток в компании Анабэллы Берковской, ответил ровной и уверенной интонацией, стараясь подкрасить её позитивным настроем. – Судя по фотографиям оригинала, которые вы сделали вчера в музее – одна к одному. Совершенная копия.

Анабэлла одарила электронное существо блистательно обаятельной улыбкой, и, склонив голову, посмотрела на открытое лицо робота и его технологические черты из полимерного сплава, похожие на людские, и добавила, – Прометей. Я же просила обращаться на «ты». Не первый день знакомы. А за точную сравнительную оценку спасибо. Я, честно говоря, думала, что ошибусь с предварительным изготовлением. Эмм, в плане реальных размеров, внешнего объёма и процента внешней ветхости. Пришлось изрядно постараться.

– Отличная реплика, Бэль. Достойная она того, чтоб на неё смотрели толпы пришлых иностранцев… – кивнул робот своей слегка овальной головой.

Перед ними стоял прямоугольный стеклянный журнальный столик. Под ударопрочным стеклом был насыпан чистейший белый песок, и окаменелые морские звёзды лежали на нём. На столике стояла античная на вид ваза высотой около семидесяти сантиметров с ровной поверхностью. На ней абстрактно раскинулись изрезанные на лоскутки разные геометрические формы с царапинами, на первый взгляд совершенно незнакомые, и не имеющие сходства друг с другом и какой-либо логики или закономерности. Местами на поверхности древней керамики имелись наросты, служившие указанием на то, что ваза долго пролежала под водой.

Рядом с высокой и дутой в объёме вазой лежал раскрытый ноутбук и отображал фотографии реальной вазы, сделанные в государственном музее Анабэллой вчера вечером, перед самым закрытием.

Берковская удачно вписалась в массу колоритных туристов и любителей истории, которая вопреки запретам щёлкала фотоаппаратами, стараясь запечатлеть крупицы ушедшей истории филиппинцев. И Бэль сделала удачные снимки, засняв вазу с разных сторон десятками кадров с высоким разрешением.

Благодаря им Прометей собрал трёхмерную фотографию в своём цифровом сознании и вывел её проекцию. Десятки проекторов, стилизованных и спрятанных в потолке гостиной так, что и не заметишь, вывели голограмму настоящей вазы рядом с искусной подделкой.

Бэль приятно поразилась тому, насколько реалистично проекторы могли строить голограммы, отображать в заданной точке пространства любые статичные или динамичные формы и палитру.

Берковская довольно кивнула. Она потратила время не зря.

– Почему археологи при музее не пропустили вазу через рентгеновский аппарат? – задался вопросом Прометей, смотря на современную реплику ветхого стиля и на проецируемую голограмму рядом с идеальной копией. – Тогда бы они обнаружили внутреннее содержимое, и не экспонировали находку.

– Возможности не те, и оборудования высокоточного им не хватает… – ответила Бэль, и пока ходила по музею и рассматривала всё подряд с целью изучения помещений, внутренне удивилась низкому уровню активной и пассивной системы безопасности и тому, что вазу поставили на задворки экспозиции в раздел предметов быта древних филиппинцев.

Вздохнув, Берковская продолжила, – знали бы музейщики её реальную ценность, затрубили бы на весь мир. На самом деле удивительно, что её в принципе выставили на обозрение, и написали об этой находке в интернете, на сайте музея. Как показывает практика, после обнаружения археологических экспонатов, риск ухода в частную коллекцию близится к девяносто процентам. Подпольная купля–продажа антиквариата аккурат довольно успешно развивается и занимает собственную нишу, уступая лишь торговле наркотикам, оружием, людьми и органами.

Вспомнив простодушное лицо филиппинца, который её обнаружил, Берковская с лёгкой усмешкой дополнила, – рыбак и вправду простодушный.

– Несведущий в истории человек, отнёс находку внука в музей. Поступил должным образом, – поддерживал Прометей диалог. – Мне кажется несвязанным то, как его внук вообще нашёл этот предмет возле коралловых рифов, собирая ракушки для туристов в сувенирную лавку. Поле стольких лет наслоение песка должно было погрузить артефакт на многие метры, и процент вероятности обнаружения…

– …возможно, раньше ваза была глубже, чем сейчас, – припомнила историю Прометею Анабэлла. – Или это была чистая случайность. Подводное течение вымыло часть донных отложений, приблизив вазу к верхнему песчаному слою и точке обнаружения. Ману Тэй случайно зацепил её и вытащил из песка, когда шарил в поисках причудливых ракушек…

Тогда Берковская первым делом по прибытию на борт Странника спустила на волнующиеся воды из ангара яхты гидроцикл. Она быстро унеслась по волнам к песчаному берегу к хижине рыбака, утопающей в роще среди кокосовых пальм и других разноцветных сочных растений, щекочущих нос своими запахами. Найдя там жилистого и высушенного на солнце старика, и юркого мальчишку, Берковская начала выпытывать из них все подробности о ценной находке и месте её обнаружения.

Её ухищрения дали нужный результат, и сейчас белоснежная огромная яхта дрейфовала в близкой доступности к области обнаружения артефакта.

Посмотрев на Прометея хитрым взором тёмно-синих глаз и поиграв тёмными слегка изогнутыми бровями, стройная красотка добавила загадочным тоном, – и я намерена там тщательно осмотреться, дружок. Мало ли, что ещё зарылось в песке…

– Я могу тебе в этом помочь, – дополнил Прометей, – на борту имеется управляемый подводный мини-робот для проведения сложных и точных работ. К нему можно подсоединить два водомёта. Аквабот поможет в раздуве песка и ила, сбора тяжёлых предметов. Ты установишь на дно пространственный локатор. Он определит структуру донного отложения в радиусе пятнадцати метров, и заглянет в глубину на двадцать-тридцать метров.

Прометей, ранее предварительно ознакомившись с местность куда лёг в дрейф Странник, продолжил, – от поверхности воды до дна в интересующем тебя районе глубина составляет не более двенадцати метров. Ты вполне справишься собственными лёгкими, однако можно использовать ребризер замкнутой системы, или из-за относительно малой глубины систему прямой подачи воздуха. Кабеля хватит с лихвой.

– Ты знаешь, думаю, я воспользуюсь ребризером. Мысль о том, что у меня за спиной болтается шланг с жизненно необходимым воздухом, уходящим на поверхность, всё же понижает мою манёвренность под водой. И морально напрягает, – заключила Анабэлла, и, встав с кремового кожаного дивана, потянувшись руками к песочному потолку с выключенной иллюминацией, окинула просторный холл.