Чтение онлайн

Ей попался на глаза муж — Левашёв что-то возбуждённо обсуждал с Завадским, до неё долетели слова: «Вы прирождённый охотник, граф! Вот уж не думал, что встречу в вас единомышленника»! Потом к Завадскому подскочил один из ловчих и выпалил: «Барин, Вьюга пропала! Звали-звали, как в воду канула! И Кирьяна нет!» Завадский что-то сурово приказал — видимо, найти немедленно потерявшуюся суку вместе с борзятником. Анна накинула поводья на ветку дуба и направилась к лесу. Сзади, за её спиной, слышались голоса: её окликали, но она не оборачивалась. Она погуляет здесь немного, потом потихоньку поедет вслед за всеми — лишь бы только её на заставляли рассматривать кровавые трофеи охоты и восхищаться ими.

Она так и сделала: дождалась, пока вся охота соберётся наконец и тронется к дому. В лесу совсем рядом перекликались доезжачие и ловцы — искали пропавшую борзую: «Неужто с волком они встретились? Да ведь Вьюга и на волка ходила…» Анна обернулась: издалека госпожа Завадская звала её и махала ей рукой. Анна взяла свою лошадку за повод — та слушалась беспрекословно — и направилась было за спутниками…

Впоследствии она вспоминала произошедшее так, точно это случилось не с ней, а где-нибудь на картине, изображающей охотничьи сцены. Прямо из кустарника на неё кинулось нечто белое, быстрое, как ветер… Анна успела только увидеть беззвучно оскаленную пасть прямо у своего лица, ощутить горячее дыхание, когда её опрокинули на спину и мощными лапами прижали к земле. Как сквозь пуховую подушку она услышала далёкий крик — должно быть, это была графиня Завадская — да ещё испуганные голоса доезжачих. И тут же, с разницей буквально в миг, над ухом прозвучало низкое утробное рычание. В следующее мгновение ей удалось высвободиться и откатиться в сторону — прежде, чем зажмурить глаза от ужаса, Анна ухитрилась заметить, что огромный волк вцепился в горло великолепной снежно-белой борзой и встряхнул её так, будто та ничего не весила… Борзая забилась в его пасти, взвизгнула беспомощно и жалобно, словно новорождённый щенок…

С разных сторон к ним уже спешили — ловчие, выжлятники; некоторые стреляли в волка из ружей, но тот двигался быстро, точно призрак. Ещё прежде, чем Анна успела понять, что это и есть её настоящий спаситель, волк мощным прыжком достиг кустарника, но не стал продираться в чащу — растворился там бесшумно и незаметно. Охотники завопили с досады, кинулись за ним следом; остальные уже изготовились вновь спускать борзых со своры.

— Анна Алексеевна! — чета Завадских вместе с Левашёвым были уже рядом с ней. — Анна Алексеевна! Вы ранены? Ушиблись?

Завадская быстро полила водой из фляги носовой платок и отёрла её лицо от пыли; Анну до сих пор сотрясала нервная дрожь, хотя она так и не поняла толком, что именно произошло.

— Ах, Вьюга, Вьюга! Лучшая борзая; взбесилась она, не иначе! — приговаривал, горестно разводя руками, господин Завадский. — Ещё и Кирьян исчез! Вот я его! А волчара огромный, если бы нам добыть такого, не правда ли, граф?..

Владимир, будто не слыша, решительно поднял Анну и зашагал с ней к своей лошади. Там он ловко вскочил в седло и с помощью слуги принял её на руки.

— Отсюда поедем шагом, — сказал он. — Всё будет хорошо, я больше не позволю, чтобы с вами что-нибудь случилось, Анна Алексеевна.

— Барин! — завопил кто-то. — А волчищу-то, похоже, таки ранили! Так его, он нашу Вьюгу одним махом насмерть задрал!

— Выследить! — велел Завадский. — Я с вами!

«Ранили волка, — отрешённо думала Анна, в то время как Левашёв осторожно вёз её в сторону усадьбы. — Если бы не волк, эта собака загрызла бы меня. Теперь они его, верно, убьют».

Она покачивалась в такт шагам лошади в объятиях Владимира и мечтала навсегда стереть из памяти сегодняшний день.

Ехали они долго и медленно, однако большая часть охотников и гостей ещё задерживалась в месте сбора. В доме Завадских Анну быстро отнесли в одну из гостевых спален, уложили. Доктор Рихтер, бывший в числе приглашённых, в силу возраста и тучности в охоте участвовать не решился и остался в поместье. Теперь его спешно проводили к Анне, дабы он смог выяснить, сильно ли пострадала графиня Левашёва.

Оказалось, кроме нескольких царапин на лбу, руках и шишки на голове, ничего особенного с ней не случилось. Ссадины всё ещё кровоточили; доктор прижёг их и велел Анне лежать в постели. Однако когда госпожа Завадская и Левашёв рассказали Рихтеру, как произошло нападение, тот озабоченно покачал головой.

— Боюсь, как бы не rabies, бешенство то есть! Иначе, с чего выдрессированной собаке кидаться просто так?

— У нас все псы здоровы, — дрогнувшим голосом заверила Завадская. — Ни у кого водобоязни не наблюдалось!

— А что с тем доезжачим? Борзая его тоже покусала? — спросил доктор.

— Неизвестно: не нашли пока.

— М-да… Ну что же, Аннушка, будем надеяться на лучшее! Эх, как же вас угораздило-то ей попасться!

— Получается, если бы не волк, графини уже и в живых бы не было, — задумчиво протянула хозяйка усадьбы. — Вот ведь как оно случилось!

Владимир быстро вскочил и сделал по комнате несколько шагов — точно не мог усидеть на месте.

— Да! — подтвердил он. — Волк… Волк — ваш спаситель, Анна Алексеевна.

Его заметно потряхивало; доктор, кряхтя, поднялся, пошарил в своих бутылочках и принялся капать в рюмку какое-то лекарство.

— Выпейте, мой друг: вы так взволнованы. В конце концов, Аннушка жива и почти не пострадала. Бог милостив!

Левашёв выпил снадобье, упал обратно в кресло и закрыл лицо руками.

— Ну-с, пожалуй, я оставлю вас с мужем и доктором наедине, — протянула Завадская и вышла.

Анна приподнялась на локте.

— Я хотела бы побыть одной и отдохнуть немного. Благодарю вас за заботу, Владимир Андреевич, не волнуйтесь так.

Левашёв потерянно кивнул и, едва волоча ноги, пошёл к двери; Рихтер было направился за ним, но Анна остановила его.

— Доктор, повремените ещё минуту! У меня боль в колене, боюсь, не вывихнула ли.

Когда доктор вернулся к ней, Анна умоляюще поглядела ему в лицо.

— Скажите пожалуйста, если та собака действительно взбесилась и покусала волка, защитившего меня — это значит, он тоже заболеет?

Ей отчего-то было важно это знать; она страстно надеялась, что волк всё-таки уйдёт от охотников. Но ведь ужасная болезнь может его не пощадить!

— Ну, голубушка, кто же его знает? — развёл руками доктор. — Я ведь больше с людьми практику имею. Да и не обязательно она волка покусала: вот госпожа Завадская говорила, волк суке в горло вцепился — и всё тут! Силён, быстр оказался!

Рихтер поднялся.

— Теперь лежите, колено ваше в порядке, так, ушиб небольшой. А мне надо князя Полоцкого как следует осмотреть: ему на этой охоте больше досталось…

— Князя Полоцкого?! — вскрикнула Анна. — Да ведь он не поехал к Завадским? Что, он здесь теперь? Как?!

— Не было времени объяснять: сказал вот только, что ехал через лес, а там кто-то из охотников из ружья зацепил его. Пуля не осталась в теле, однако рана есть рана, да ещё огнестрельная… Аннушка, вы куда это? Вам отдыхать надо!

— Нет! — крикнула Анна. — Доктор, прошу, отведите меня к князю! Возможно, он видел, знает… Он тут, в этом доме?

Доктор Рихтер молча поддержал её под локоть, помогая подняться. Анна оперлась на его руку и проковыляла по коридору мимо нескольких гостевых комнат во втором этаже. Доктор распахнул перед ней дверь; они очутились в просторной спальне с огромной кроватью под балдахином и высокими, плотно занавешенными окнами. Здесь было темновато и прохладно.