Чтение онлайн

— Мхизе? Это я, Редиваан Фэйзал. — Взяв ручку, он делал торопливые записи в блокноте. Затем вернул Клэр ее телефон. Лицо его помрачнело.

— Кто? Где? — спросила Клэр.

— Аморе Хендрикс, единственная дочь пожилых родителей, танцовщица. Недавно победила в конкурсе «Мисс Панорама». Семнадцать лет, стройная, длинные черные волосы. Последний раз ее видели в субботу. Приятель родителей подвозил ее из магазина на встречу с подругой. Об ее исчезновении сообщил отец. Ладно, мне нужно в участок. Рита меня ждет, да и Фири тоже. Как ты можешь догадаться, он сейчас вышел на тропу войны и больше всего боится, как бы пресса что-нибудь не пронюхала. Бьюсь об заклад, «приятных» интервью нам не миновать.

Редиваан уже стоял с автомобильными ключами в руке. Клэр подала ему пиджак. Он ласково потрепал ее по щеке:

— Позвоню, когда будут новости.

— В данном случае «нет новостей» вовсе не означает «хорошие новости».

— Хотелось бы надеяться, что ты неправа.

— Я тоже на это надеюсь.

Клэр поехала домой, пробиваясь сквозь холодный туман.

Рита Мхизе и Редиваан опросили всех знакомых Аморе Хендрикс, но три дня напряженной работы не принесли никаких существенных результатов. Начальник полицейского участка Фири решил скрыть это происшествие от прессы. Редиваан как раз возражал, пытаясь убедить своего босса, что кто-нибудь из журналистов мог видеть девушку в субботу, но Фири категорически не хотел, чтобы обнаглевшие писаки снова обвиняли полицию в некомпетентности. Редиваан, конечно, сообщил Клэр все, что сумел раскопать, но фактов оказалось так мало, что ей было нечего делать. Так что она вернулась к работе над будущим фильмом.

День близился к концу, когда Клэр выключила компьютер и стала поспешно прихорашиваться перед вечеринкой. В приглашениях, разосланных группой «Озирис», предусматривалась строгая одежда — никаких излишеств и прибамбасов. Клэр тщательно выбрала туалет (вся в черном) и заколола волосы. Затем налила себе виски, радуясь, что Джейкс запаздывает. Ей нужно было успеть собраться с мыслями. Она изучила пресс-релиз, присланный вместе с приглашением. Из пресс-релиза выпал листок пергамента. Клэр с любопытством разгладила его. Там рассказывалось о боге древних египтян — Озирисе, которого предал его брат, лишил божественной власти и бросил в море. Но Озириса спасла его верная жена Изида.

В пресс-релизе вкратце были изложены жизнеописание Отиса Тохара и славная история группы «Озирис». Клэр бегло просмотрела все это, интересуясь в основном семейными фотографиями. Отис Тохар был единственным сыном своих родителей — матери, уроженки Южной Африки, и отца-ливанца. Отец был врачом. Сначала семья жила в Кейптауне. Но затем переехала в Йоханнесбург, позже — в Кимберли, затем — в Ливан и, наконец, в Сьерра-Леоне. Отец Тохара умер, оставив все состояние единственному сыну. Отис Тохар приумножил капитал, продолжая, как говорилось в пресс-релизе, «благородную гуманитарную миссию своего отца». Клэр скептически ухмыльнулась. Сьерра-Леоне была известна не столько достижениями в области прав человека, сколько алмазами на крови и детьми, наученными убивать людей.

В пресс-релизе почему-то не упоминалась девушка, фотографию которой Клэр увидела. Густые черные брови и такие же волосы — внешность эффектная. Наверное, сестра Отиса, подумала Клэр. Она на несколько лет старше брата. На фотографии она обнимает неуклюжего маленького мальчика. Мать Тохара назвала своего сына в честь Отиса Реддинга, одного из величайших соул-певцов XX в. Его строчки «Сидя на причале в заливе» всегда напоминали ей о юности, проведенной в Си Пойнте. Вот почему, умильно вздыхал пресс-релиз, Отис Тохар вернулся на родину матери, которую она в свое время вынуждена была покинуть.

Тохар продал часть своего бизнеса в Ливане и Сьерра-Леоне. Наличных денег у него, судя по всему, навалом. Он скупает один за одним старые кварталы, построенные в стиле ар-деко, сносит их и на их месте возводит громадины из стали и стекла. Клэр задумчиво повертела в руках пресс-релиз. Последнее приобретение Отиса моргает неоновыми «глазами» с другого берега залива Трех якорей. Ему нужно как можно скорее окупить столь масштабные капиталовложения да еще получить прибыль. Но городские власти Кейптауна, неповоротливые, как старая дама, подолгу рассматривают планировку новых застроек.

Мысли Клэр прервал звонок в дверь. Фриц, сброшенный с колен хозяйки, негодующе сузил глаза. Клэр схватила сумку и плащ. Хотя Джейкс Кани подогнал машину к самому подъезду, Клэр, пока села в нее, успела промокнуть.

— Льет как из ведра, — посетовал Джейкс, целуя ее в щеку. Он дал ей полотенце, и она вытерлась.

— Выглядишь фантастически, Клэр, — сказал он.

— Ты тоже неплохо, несмотря на солидный возраст.

Джейкс засмеялся и потер намечающуюся лысину.

— Ладно, Клэр, я с женщинами никогда не спорю. — Он завел свой старый «мерседес».

— Что ты знаешь об Отисе Тохаре? — спросила Клэр.

— Немногое. Так, ничего конкретного, кроме того, что он чересчур быстро взлетел по социальной лестнице Кейптауна. Но когда у человека большие деньги, то ничего удивительного в таком взлете нет.

— Не увиливай, Джейкс. Фотографы, работающие на таблоиды — а ты именно из тех — всегда все знают. Расскажи мне о нем подробней. Я сгораю от любопытства: почему меня пригласили?

— Ну, как каждая знаменитость, он любит журналистов. Это нетрудно понять, — Джейкс искоса взглянул на Клэр. Выглядит она для своих лет очень неплохо. Это еще одна причина, почему она оказалась в числе приглашенных. Но об этом Джейкс ей не сказал. Все же для Тохара и его окружения она чуть-чуть старовата. — Я слышал, что мэр устраивал свой день рождения на яхте Тохара — «Изиде».

— Она швартуется в порту?

— Да. Кроме того, я слышал, что Тохар и Келвин Лэндман — близкие друзья.

— Да, поистине сладкая парочка!

— Лэндман выдвинулся в главари кейптаунской мафии быстрее, чем кто-либо другой, — сказал Джейкс.

— Как ему это удалось?

— Он очень неглупый малый, и у него особое чутье бизнесмена. У него, конечно, своя территория, которую он полностью контролирует. Кто не согласен с ним, отправляется прямиком на тот свет, а кто согласен, набивает карманы. Все скоро усвоили эти простые правила.

— География его деятельности не ограничивается Кейптауном, — заметила Клэр. — У меня есть информация, что трафик живого товара налажен отлично.

— Я знаю, что какое-то время он жил в Йоханнесбурге. Чем он там конкретно занимался, сказать трудно, но, во всяком случае, у него были неприятности с полицией, и он добился политического убежища в Голландии. Это было еще до тысяча девятьсот девяносто четвертого года. Прожил в Нидерландах несколько лет, и там действительно прошел в высшую гангстерскую лигу.

— Я думаю, каждый, кто связан с международной организованной преступностью, повышает свою квалификацию в Амстердаме.