Как приручить джигита
Шрифт:
С сегодняшнего утра я вообще не люблю сюрпризы! И мне совершенно не нравится то, что сейчас происходит!
А ещё меня очень сильно смущает, что этот горячий кавказский мужчина ведёт себя так, будто имеет право распоряжаться моим временем и решать, что мы будем делать вместе.
Очень хочется спросить у него, что вчера произошло, но мне безумно стыдно признаться, что я нахрюкалась до такой степени, что у меня отшибло память. А если между нами что-то было, а я этого не помню, то это вообще позор! В его ауле меня бы камнями закидали за такое.
– Я надолго не могу, мне нужно к сыну, – хватаюсь за единственную соломинку, что приходит на ум.
– Так они же с бабушкой уехали в гости? – вижу, как брови Дамира удивлённо взлетают вверх, красиво выгибаясь дугами.
– Э-э... – теряюсь от его осведомленности, потому что не предполагала, что он может быть в курсе. Это я по пьяни такая болтушка или стечение обстоятельств?
– Так они скоро приедут, – вру и чувствую, как щеки начинают гореть.
Решаю больше ничего на эту тему не говорить, потому что не уверена, что он не догадается, что я придумываю на ходу.
– Не переживай, Юля, – усмехается Дамир, глядя в зеркало заднего вида и ловко перестраиваясь из ряда в ряд на оживленном шоссе. – Я верну тебя домой раньше, чем вернутся твои родные, в целости и сохранности.
Не знаю, что ещё придумать, чтобы отмазаться, поэтому решаю смириться с судьбой и посмотреть, что будет дальше. В конце концов, русский человек страшен своей импровизацией. Будем решать проблемы по мере их поступления.
Наверное, сказывается похмелье и усталость от активного праздника, но меня начинает неудержимо клонить в сон. Я ёрзаю на сиденье и борюсь всеми силами, но глаза слипаются, и я всё-таки проваливаюсь в темноту.
Просыпаюсь и подскакиваю на сиденье так, будто меня кто-то толкнул. Растерянно смотрю на вздрогнувшего от неожиданности Дамира.
– Выспалась? – улыбается он, снова расслабляясь.
Мы всё ещё находимся в его машине, но сейчас она припаркована на территории какого-то большого светлого здания, окруженного лесом. Это похоже на гостиничный комплекс.
Внутри всё сжимается от волнительного ожидания развязки. Неужели я задолжала ему ночь в отеле? Я не могла добровольно согласиться на это!
– Мне кажется, я не готова туда пойти, – кошусь то на Дамира, то на здание.
– Почему? – удивлённо улыбается он.
– Я не одета, – пожимаю плечами.
Надо бы сказать прямо, что я была не в себе, когда давала ему какие-то обещания, но я всё ещё надеюсь отделаться малой кровью.
– Мне кажется, ты очень подходяще одета, – усмехается он и выбирается из машины.
Смотрю, как мужчина быстро обходит её и открывает мне дверь. Сжимаюсь на сиденье, глядя на протянутую мне руку.
Наконец несмело подаю свою ладонь. В конце концов, я могу закатить истерику при сотрудниках отеля и вызвать такси. Не будет же он силком тащить меня в кровать?
Собираюсь выпрыгнуть из внедорожника, но Дамир подхватывает меня за талию и без особых усилий спускает на землю. Я даже не успеваю сказать, что я тяжёлая, и возмутиться – лишь открываю и закрываю рот от неожиданности.
Мне не нравится, что он касается меня без разрешения, и в то же время я впервые в жизни чувствую себя какой-то невесомой снежинкой в его руках.
Ошарашенно смотрю в выразительные глаза цвета крепкого кофе.
– Я тяжёлая, не надо так делать, – возмущаюсь, отстраняясь и стараясь скрыть своё смущение.
– Юля, ты не тяжёлая, – скромно улыбается Дамир. – Мужик в полном обмундировании, килограмм под сто пятьдесят, – вот это тяжело. А ты совсем легенькая.
– Что за мужик в обмундировании? – хмурюсь, не совсем понимая спросонья, о чём он говорит.
– Это пример из прошлого, – отмахивается он с улыбкой и делает приглашающий жест рукой в сторону здания. – Пойдём?
Глава 4. Хороший человек
Оборачиваюсь и, немного помедлив, всё же иду в сторону здания.
– Подожди, ты военный? – останавливаюсь, глядя на Дамира.
– Сейчас уже нет. Пять лет служил по контракту, – пожимает он плечами, и мы идём дальше.
Вот это да! Дамир вообще не похож на военного, пусть и в прошлом. Слишком ухоженный внешне, слишком дорогими и пафосными вещами окружённый.
– А кем? – не могу удержаться от вопроса, потому что теперь мне очень любопытно.
– Полевым хирургом, – усмехается он. – Или ты думала, я чучхелу на рынке продаю? “Вай, дорогой, не проходи мимо! Ты вкуснее ничего в жизни не пробовал! Мамой клянусь, дорогой!” – говорит он с ярким акцентом, щедро приправляя свою речь жестами.
– Да нет, – смущаюсь и прячу улыбку. – Просто ты не похож на человека, который служил в армии.
– Почему? – искренне удивляется Дамир, глядя на меня.
Теперь я пожимаю плечами, потому что не знаю, что сказать и как сказать так, чтобы не обидеть его.
– Нет, я хочу, чтобы ты мне сказала своё мнение, – мягко настаивает он.
– Ну, ты выглядишь как человек, который не знает, что такое бедность… Ну, хорошо, не бедность, а... скажем, обычная жизнь, – поправляюсь, увидев, что Дамир бросает на меня быстрый взгляд.
– Юля... – вздыхает он и качает головой.
– Я не хотела тебя обидеть, – добавляю смущенно, опуская глаза. – Просто у тебя машина, скорее всего, стоит дороже, чем моя квартира.
Снова ловлю на себе быстрый взгляд. Дамир зыркает на меня своими чёрными глазищами так выразительно, что я теряюсь.
Кажется, ему не очень приятно то, что я сказала, но он же сам попросил.
– Да нет, это на самом деле нормально, что есть богатые, есть бедные – это жизнь, – пытаюсь как-то сгладить ситуацию. – Просто я удивилась, что ты служил, если мог спокойно откосить от армии и заниматься бизнесом.
– Юля... – как-то обреченно вздыхает он снова. – Не стоит делать о людях поспешные выводы.
– Я расстроила тебя? – уточняю, не глядя на него, потому что мне неловко.
– Нет, просто я вспомнил, что забыл купить новую яхту – вот это действительно печально, – усмехается он.